"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Но если действительно найдём товары, то вероятность отыскать правильную дверь гораздо выше. Ещё «предмет» можно «датировать», определить регион, к которому он относится, а это тоже важно: вдруг открою дверь в какой‑нибудь Америке и что потом делать? Как жить? Как с блондинкой связаться? Тогда уж лучше в Ремвиде, тут хоть язык понятный и знакомые есть.
Главное – не паниковать и не отчаиваться раньше времени.
Я бросила короткий взгляд на Косаря, невольно нахмурилась. В нашем путешествии была ещё одна деталь, с которой я горячо спорила: Косарь придумал для нас «легенду», согласно ей, я – его невеста, а идём мы к моим дальним – дальним родственникам просить благословения на свадьбу. Что может быть глупее, чем просить благословения у «седьмой воды на киселе»? Я б в такой бред точно не поверила. Остаётся надеяться, что воспользоваться ей случая не представится.
К полудню ноги начали гудеть, правая пятка горела огнём – верный признак новой мозоли. Вернее, пока единственной. Сколько их будет к концу этого путешествия? Наверное, ни одной, потому что ноги отвалятся раньше.
Чёрт, ну почему же я попала в такую жуткую сказку? У нормальных девушек в моей ситуации обычно принцы всякие под ногами вертятся, рыцари, а у меня кто? Простой деревенский парень, у которого даже лошади собственной нет!
– О чём думаешь? – внезапно спросил Косарь.
Я стыдливо покраснела и не ответила.
– Через пару часов привал устроим, как раз к речке подойдём, – начал объяснять попутчик. – Ночевать придётся под открытым небом, тут деревень нет. Зато к завтрашнему полудню будем на месте. – И, покосившись на меня, добавил: – если ход не убавим.
– Буду стараться идти быстрее, – уверенно ответила я.
После привала, который был не отдыхом, а десятиминутным издевательством, дорога свернула вправо и, наконец, превратилась из широкой тропинки в настоящий тракт. Слева по – прежнему высился лес, зато справа раскинулись бесконечные луга. Кажется, заметила пасущееся вдалеке стадо.
Ещё через час, сзади послышалось громкое цоканье.
– Попутка! – взвизгнула я, едва не повисла на шее у Косаря.
– Нам нельзя, – мрачно отозвался он. – С чужими ездить опасно.
– Да ладно тебе! Ну ты посмотри! Что опасного? Обычная деревенская телега, причём явно в Западный едет, на утренний торг. Давай попросимся с ними, а?
– А платить чем будем?
Телега как раз поравнялась с нами. Мохнатый конь казался потомком великанов, а возница наоборот – гном среди гномов. Почему такой маленький человек не боится ехать в одиночку?
Стоп! У нас что же, денег нет?
Я вопросительно уставилась на Косаря, тот понял не озвученный вопрос, виновато развёл руками.
Мама дорогая, за что? В чужом мире и без денег! Что может быть ужаснее?
…Лучше б не спрашивала.
Близ моей лачуги, да и в самой деревне, ветер был до того частым гостем, что за всё время ни одного комара не встретила. Но чем дальше от благословенного места прошлой дислокации, тем шире материк, гуще лес и меньше ветров.
Сперва я просто отмахивалась, потом занялась избиением самой себя, а вечером просто взвыла. Комары были всюду, висели над дорогой плотным, непроницаемым облаком, залетали в нос, прицельно пикировали в глаза. Одежду прокусывали на раз, и кожу прогрызали едва ли ни до костей.
Я быстро покрылась огромными красными волдырями, начала чесаться, с трудом удерживаясь от того, чтобы не содрать ногтями кожу.
– Чем больше чешешь, тем больше чешется, – важно заметил Косарь. Самого кровопийцы почти не трогали.
– Косарь! – взвыла в ответ, истово раздирая шею. – Умоляю! Сделай что‑нибудь!
– А что тут сделаешь? Нужно просто потерпеть, потом само пройдёт.
Здоровяк говорил серьёзно, без тени сочувствия. А я начала звереть. Интересно, в уголовном кодексе Ремвида есть понятие аффекта?
– Ладно, – взглянув в моё лицо, нехотя сжалился парень. – Придётся встать на ночёвку раньше, чем задумывал. Но, получается, и в Западный попадём не к полудню, а позже. И на торг, видать, не успеем.
– К чёрту торг! Не убежит.
 
Мы свернули в лес, довольно быстро нашли поляну, рядом с которой протекал холодный, как арктический лёд, ручей. Комаров в лесу было меньше, правда в глазах всё равно рябило.
Пока Косарь собирал костёр, я со скоростью болида стянула сапоги и опустила ступни в ручей. Стало намного легче. От комариных укусов холод спасал хуже, но почувствовав хоть какое‑то облегчение, я собралась раздеться и занырнуть с головой. Едва потянула подол вверх, за спиной раздался полный ужаса оклик:
– Настя! Что ты делаешь?
– Раздеваюсь, – огрызнулась я. – Если тебя это смущает – отвернись и не смотри!
С воплем «Ну ты же простудишься!» Косарь подскочил к ручью, схватил в охапку и отволок к будущему костру. Кажется, я его укусила.
– Нельзя, – повторил он, ничуть не сочувствуя моим проблемам. – Простынешь. И как тебя лечить? У нас ведь от простуды и умереть можно.
Ох… Лучше мне действительно умереть, чем терпеть этот дикий зуд!
– А может у вас снадобье какое‑нибудь есть? От комаров?
– Нету. Кабы было, я б тебя ещё на привале натёр.
Натёр???
Кстати, о благоразумии… А насколько безопасна компания Косаря?
От нехорошей догадки душа сползла сперва в район коленок, а потом и вовсе… под стельки спряталась. Нет, Косарь не может обидеть, он не такой. Он честный, порядочный, добрый. Выручал несколько раз, защищал. И помощь предложил, не задумываясь о последствиях.
Я довольно долго наблюдала как парень складывает и разжигает костёр, как достаёт из своего мешка хлеб, сыр, вяленое мясо… И почти успокоилась, когда его случайный взгляд плеснул масла в огонь моей паранойи.
Косарь меня любит. И сколько бы я не отмахивалась, факт остаётся фактом. А влюблённый мужчина, особенно дикарь из недоразвитого королевства, способен на всё. Когда мы вместе болтались в моём мире, его сковывала обстановка, да и дел по горло было. Сейчас же, мы на его территории, причём одни в глухом лесу. Что если Косарь решит применить ко мне древний метод соблазнения? Сперва секс, а потом… Стерпится – слюбится, как говорят в народе.
Чёрт! Если между нами что‑то случится, он точно не отвяжется. Вон, Рогору ведь хватило наглости заявить о правах собственника, и это после единственного поцелуя!
– Пора ужинать, – сообщил улыбчивый здоровяк, подсел ближе.
Одно хорошо… от охватившего ужаса, я совсем забыла про комариные укусы и стёртые ноги.
Вопреки моим страхам, ночь прошла спокойно.
Зато под утро вдалеке раздался волчий вой и мы, подхватив котомки, помчались к дороге. О завтраке, умывании и даже… утреннем походе в кустики, и мысли не возникло.
Точнее, о походе в кустики я всё‑таки вспомнила, когда на выходе из леса, из малинника высунулась медвежья морда, одарила осмысленным взглядом и сказала «Р – р-р!». Ещё я узнала, какое ускорение может придать взрыв адреналина.
Едва дыхание вернулось, а сердце перестало набатом стучать в ушах, спросила спутника:
– А на ночлег в городе деньги есть?
– Нет. Но у меня в Западном тётка четвероюродная живёт, она нам в сенях постелет. Или в сараюшке.
Следующие пять минут я вслух вспоминала все матерные слова, какие узнала за двадцать лет жизни. Увы, их было немного. Пришлось часто повторяться и импровизировать: сочетать, склонять, выдумывать новые.
Косарь слушал мою тираду с выражением дикой обиды. Он даже покраснел и отступил на несколько шагов. Кажется, его собственная сказка о великолепной, скромной девушке из параллельного мира, только что обратилась в пыль. Так ему и надо!
Под занавес моей тирады, парень робко предложил:
– Так может вернёмся? Будем в Вешенке жить. Денег подзаработаем, а уж после…
Ага… Заработаешь на местном товаре, как же! Вот на предметах из моего мира заработать действительно можно, только проще сразу костёр сложить и к столбику себя привязать, потому что итог этой торговли будет именно таким.