"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Но, даже несмотря на этот маленький прокол, афера герцога Кернского, повторюсь, удалась! И эта его правота… лишний повод нахохлиться и засопеть. Не от обиды, нет! Просто… просто…
Додумать я не смогла. От мысли отвлекло ощущение чужого и очень сильного шока. Чуя источник эмоции, карликовый дракон повернул голову и вопросительно уставился на изодранного Тири. И не сразу, но всё-таки сообразил.
Младший лакей был одним из тех, кто видел, как их светлость уезжает из замка с драконом. Потом, почти сразу, отправился за нами – то есть, если до замка и дошли какие-то слухи, застать их не успел. А здесь, когда толпа и спецы из управления изумлялись, Тири был поглощён другими, собственными заботами. Зато сейчас, когда действие заклинания сошло на нет, он оказался свидетелем примечательного разговора. Разговора, из которого следовало…
– Ваша светлость, вы… женитесь на драконе? – не выдержав, выдохнул слуга.
– Да, – ответил Дантос торжественно.
Шок Тири перешел в крайнюю степень, а я фыркнула и опять отвернулась к окну. Ну их всех. Устала я от них!
…В особняке появлению маленького дракона ничуть не удивились и даже обрадовались. Вся встречавшая нас прислуга растеклась в улыбках, а кто-то ещё и повздыхал сентиментально.
Я же сделала вид, будто так и надо. Дружелюбно вильнула хвостиком, клацнула зубами – это чтоб не расслаблялись – и, дождавшись, когда герцог Кернский передаст Тири в руки остальных и распорядится вызвать для пострадавшего от заклинания слуги лекаря, направилась к лестнице.
Блондинчик поспешил следом. Несмотря на трудный день и недавний… ну почти скандал, герцог лучился позитивом. А я, наоборот, была собранна и серьёзна и, когда отошли на достаточное расстояние, сказала:
– Ву-у-у.
Что означало: любимый, это всё, конечно, замечательно, но со здешней прислуги тоже нужно взять клятву.
Сказала, а через миг услышала:
– Любимая, уже.
Крылатая девочка споткнулась и остановилась, чтобы неверяще вытаращиться на Дана. Когда? Нет, ну в самом деле, когда? Мы же постоянно вместе были!
– Пока одной капризной леди локоны крутили и оборки подшивали, – пояснил Дантос.
Маленький дракон прикрыл глаза, шумно вздохнул и, помянув коварство герцога незлым тихим словом, потопал дальше. А оказавшись в покоях, проследовал в спальню, молчаливо порадовался отсутствию ограждающей решетки и полез в камин.
– Куда?.. – глядя на это дело, простонал блондин.
– Сюда, – забираясь поглубже, ответила я.
Потом крутанулась, вытаптывая на углях полянку, легла и широко зевнула. Всё, отстаньте от меня. И до ужина не трогайте! Спать буду. Утомилась.
Утро следующего дня выдалось мрачным и совершенно неинтересным. Небо оказалось затянуто серыми свинцовыми тучами, ветер поднялся, да и вообще. Зато ближе к полудню ситуация переменилась – начался плотный, обильный снегопад. Серые краски растворились в белой пелене, а желание забиться под одеяло сменилось желанием сесть у окна и любоваться прелестью зимы.
Но последнее было столь же невозможно, сколь и первое. Нам с Дантосом предстояло самое при такой погоде ужасное – выбраться из дома и отправиться в гости. Причём не куда-нибудь, а во дворец, к их величеству Роналкору.
Император поступил относительно хитро – велел приехать не с утра, а после обеда. Чтобы непременно остались на ужин и дальше никуда не рыпнулись. Чтобы не бросили высокое собрание, как в прошлый раз.
Несмотря на то что компания подбиралась очень привилегированная, о своём внешнем виде я совершенно не переживала. Попросила Бонни сделать мне причёску, надела одно из сшитых Фанни повседневных платьев и закрыла шрамы не розовыми бриллиантами, а обыкновенным шарфом.
Вид получился довольно скромным, но герцогу Кернскому понравилось. Зато у меня повод для претензий к внешнему виду спутника был, и немалый.
Просто Дантос с самого утра напоминал очень неспелый лимон. Казалось, ещё немного, и забрюзжит как столетний дед. И если поначалу я списывала такое настроение на погоду, то в процессе обеда, который оказался до того вкусным, словно сама Роззи готовила, не выдержала и спросила:
 
– Любимый, что не так?
К моему полному удивлению, Дантос говорить не захотел. Когда перешли из столовой в гостиную, чтобы погреться у огня и выпить чаю, я не постеснялась и спросила снова. И лишь после третьего, предельно требовательного вопроса их светлость признался:
– Виконт Таринский. Он был мне почти другом.
Драконья сущность уловила в эмоциях Дантоса нотки горечи, сожаления и даже обиды. А я… выждала с пару минут и новый вопрос задала:
– Как давно вы знакомы? И как давно дружите?
Их светлость подарил довольно неоднозначный взгляд. Я почувствовала себя и садисткой, и дурочкой, и… человеком, который может знать нечто очень ценное. А ведь я в самом деле знала, но в данный момент мне требовалось понять, в каком направлении мыслит Дан. Как всю эту ситуацию оценивает.
Наконец собеседник ответил:
– Мы знакомы лет десять, а приятельствуем последние три.
Вероятно, в этот миг Дантос и сам понял, но я всё-таки сказала:
– Ты симпатизировал не виконту Таринскому, а одарённому метаморфу.
Блондинчик застыл на миг и шумно выдохнул. А потом я услышала совершенно закономерный вопрос:
– То есть виконта Таринского убили не вчера? То есть…
Я отпила чаю и кивнула. И хотя информация была самой что ни на есть закрытой, принялась пояснять:
– Ради возможности попасть на какое-нибудь мероприятие метаморфы не убивают. Образами тех, кто находится в отъезде или лежит в отключке, в подобных случаях тоже не пользуются. Это глупо и опасно. Любое убийство – повод для расследования, а значит, требует тщательного планирования, а вдобавок некоторого количества сил и средств. Убивать ради одного вечера совершенно невыгодно.
Временная подмена – ещё хуже, – продолжала я. – Свидетели, да и сам объект, могут сопоставить факты, найти несоответствия и понять, что вместо настоящего человека действовал двойник. Ну а слишком частое столкновение с качественными двойниками неизбежно наводит на мысли, которые метаморфам совершенно не нужны.
– Получается, на приём в честь наследника…
– Метаморфы пришли в своих постоянных личинах, – кивнув, закончила фразу я.
Дантос отставил чашку, которую держал в руках, и откинулся на спинку кресла. По красивым мужественным губам скользнула горькая улыбка, и я, не выдержав, вновь спросила:
– Что?
– Они убивают людей моего круга. Они убивают аристократов.
Я хмыкнула и сделала новый глоток чаю.
Реакция Дантоса была закономерна. Клич «наших бьют» не может оставить равнодушным, так всегда было. Понимание того, что родословная, деньги и влияние не являются гарантией защиты, – тоже не слишком приятно, но…
– Каждый выживает как может. Если бы аристократия обладала возможностями, которые есть у метаморфов, она бы тоже этими возможностями пользовалась.
Их светлость спорить не стал, более того – кивнул. И настроение его чуть-чуть, самую малость, но улучшилось. Это было опять-таки закономерно. Просто есть вещи, которые от нас не зависят, и только законченный глупец может всерьёз расстраиваться из-за своей неспособности на эти вещи повлиять.
Те же одарённые метаморфы… Они живут среди людей очень давно, но об их присутствии мало кто догадывается. Метаморфы – один из множества подводных камней, которые нас окружают, только и всего.
Выкорчевать этот камень? Уничтожить? Допустим, это возможно. Но что изменится? Жизнь людей станет лучше? Что, в самом деле?
Озвучивать последний вопрос я не стала – герцог Кернский, будучи человеком опытным и умным, безусловно, сам всё понимал. И к моменту нашего выезда из дома окончательно расслабился и даже заулыбался.
Я тоже улыбалась, хотя некоторые нежелательные мысли тема всё-таки всколыхнула. Ведь я могла стать одной из них. Из тех, кто годами живёт под чужой личиной и притворяется тем, кем никогда не являлся.