"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Моя реплика звучит как обычное «Ву-у-у» и тут же тонет в новой порции визга. В этот раз верещит не дракон, а зачинщица всей этой паники — портниха.
И вот теперь, когда от силы звука начинают дрожать хрустальные подвески на люстре, я таки озадачиваюсь вопросом: а чего мы, собственно говоря, испугались? По какому поводу так истошно орём?
Плюнув на страх, я трачу добрую минуту на то, чтобы выискать источник опасности. Ещё столько же на то, чтобы проанализировать странное поведение Полли и прийти к самому невероятному выводу… Портниха испугалась не проникшего в замок бандита или грабителя. Женщина испугалась… меня.
Меня?!
После этой догадки маленький дракон едва не свалился со стула. Потом тряхнул головой и вопросительно уставился на… нет, не на портниху, на горничную.
— Дорогая моя, хорошая, замечательная, Полли, — начала я вкрадчиво. — Объясни, пожалуйста, почему эта глупая женщина так на меня реагирует? Я что же, сильно за последние несколько часов подурнела? Или… или что?
Вопрос опять-таки прозвучал как «Ву-у-у», но, как по мне, смысл был предельно ясен. Тем не менее Полли не поняла. И вообще — отвернулась от золотой девочки и полностью на портнихе сосредоточилась.
— Вас не предупредили? — поинтересовалась она. — У их светлости дракон. Ручной и очень послушный. Он, вернее она, не кусается. По крайней мере без причин.
Последняя фраза логично усилила напряжённость, но лишь на мгновение.
— Он… она… ручная? — переспросила портниха, помедлив.
Горничная улыбнулась уголками губ и кивнула, а повелительница оборок и рюш выдохнула и недоверчиво покосилась на меня.
На какое-то время в спальне воцарилось молчание — мы с портнихой стояли на разных стульях и дружно таращились друг на друга. В финале этой игры в гляделки женщина начала осторожно со стула слезать, ну а я плюхнулась на попу и засопела.
Всё понятно. Это слишком ровное отношение обитателей замка, а также гостей из числа местной аристократии сказалось. Тут, в Керне, на маленького дракона реагировали настолько спокойно, что я слегка запамятовала, что вообще-то являюсь хищником.
Впрочем, если быть объективной, дело не только во мне. Портниха тоже свою лепту внесла — она боялась так сильно, так заразительно, что я просто не могла остаться равнодушной. И это несмотря на природную храбрость и находчивость!
Собственная реакция была настолько глупой, что я слегка расстроилась. А через миг вздрогнула, услышав первый смешок. За этим последовал и второй, и третий, а потом… Полли залилась хохотом. Причём он был не менее заразителен, чем страх портнихи.
Секунда, и главная по оборочкам к горничной присоединилась. Я же подумала и, спрыгнув со стула, направилась к кровати. Просто оттуда наблюдать за происходящим в комнате приятнее, да и мягкость подушек проверить не мешает. А кому как не мне данным вопросом заняться?
Прошло около четверти часа, прежде чем все успокоились и к делам вернулись. Теперь, слегка надутая, я могла наблюдать, как портниха рассматривает платья, вытащенные из чемодана — да, те самые, что в Фагоре покупались. Потом, поворчав, подхватывает одно из них и устремляется к кровати.
Вновь косится на дракона, но уже без страха. По-доброму улыбается моей нескромной позе — я лежу, облокотившись на подушки и выставив переполненное пузико. Опять-таки поворчав, расстилает на кровати платье и принимается его измерять. А приставленная к портнихе горничная итоги этих измерений записывает.
Где-то в середине процесса госпожа Фанни не выдерживает — отбрасывает портновский метр и, всплеснув руками, восклицает:
— Ну как? Как можно работать по таким меркам?
— Не волнуйтесь. — В голосе Полли звучит позитив. — Всё непременно получится.
— А если девушка приедет ровно к балу? — вопрошает портниха. — Если я не успею подогнать сшитое платье точно по фигуре?
Вот тут я слегка ёжусь и впервые за всё время жалею о профуканной конспирации. Просто, вместо того чтобы ответить на вопрос, горничная скашивает взгляд на меня, и…
Нет, вслух не звучит ни слова, но взгляд Полли настолько красноречив, что появляется желание спрятать голову под подушку. И я бы, пожалуй, так и поступила, если б не пережор.
 
Уж не знаю почему, но после пережитого страха чувство сытости усилилось. Теперь оно сковывает по всем лапкам и делает золотую девочку предельно неповоротливой. Более того, вместо попытки спрятаться я, в конце концов, зеваю. А потом ещё раз, гораздо слаще и сильней.
— Думаю, леди Астрид не опоздает, — по-своему истолковав реакцию, говорит Полли.
Портниха патетически вздыхает и, подхватив метр, возвращается к измерениям. Ну а я… слежу за действом в полглаза, а заодно пытаюсь понять: и всё-таки, надо мне на этот бал, или…
Ещё один широкий сладкий зевок, и портниха приходит к гениальному выводу:
— А чего я мучаюсь? Я же могу с собою это платье забрать. Верно?
Горничная хмурится и, мазнув по сонному дракону взглядом, уверенно кивает. После этого портниха откладывает платье и возвращается к разглядыванию содержимого чемоданов.
Я такой перемене сперва удивляюсь, а потом понимаю — Фанни не просто любопытствует, а пытается составить представление об обладательнице вещей. И вскоре эта догадка подтверждается.
— Говорите, она брюнетка? — вопрошает портниха.
— Да, — отвечает Полли, чтобы тут же добавить: — С белой кожей и зелёными глазами.
Я резко выныриваю из накатившей дрёмы, но спросить: «Откуда знаешь?» — не успеваю.
— Мы не знакомы, но их светлость упоминала, что леди Астрид… — вот тут Полли на громкий шёпот переходит, — умопомрачительно красива.
Портниха широко улыбнулась и тоже голос понизила. В её интонациях прозвучали и хитрость, и удовольствие, и бешеный интерес:
— Так и сказал?
Вместо ответа горничная закатила глаза, а я внезапно свою встречу со стражей на западных воротах вспомнила. Как там в выданной им бумаге было?
— Кожа белая, глаза зелёные, волосы чёрные до пояса, — перебив мою мысль, процитировала Полли. — Рост средний, фигура тонкая, и… умопомрачительно красива!
— Если исключить последнюю фразу, то на ориентировку похоже, — хихикнула портниха.
Полли расплылась в новой улыбке и пожала плечами, а я зевнула ещё раз и прикрыла уставшие глазки.
Я уснула на моменте обсуждения тканей. Вернее, как… Фанни не обсуждала и даже не советовалась, а просто показывала образцы и мыслила вслух. Как вот такой оттенок жемчужного подчеркнёт светлую кожу, как оборки цвета изумрудов будут сочетаться с глазами, и прочее, прочее, прочее.
По правде, это было интересно, и обрывки фраз, которые долетали сквозь ватную пелену, я ловила очень жадно. Но пересилить накатившую сонливость всё-таки не могла. Да и не рвалась, если быть честной.
А в какой-то момент вздрогнула всем тельцем и не то что проснулась, а вылетела из сна как ошпаренная. Вскочила на лапы, чтобы осознать себя и тут же замереть, пытаясь утихомирить обезумевшее от страха сердце.
Просто там, во сне, меня каким-то невероятным образом настигло воспоминание о том, что я с некоторых пор бессознательными трансформациями промышляю. И подумалось — вдруг уже превратилась? Прямо в присутствии горничной и портнихи.
Вот поэтому и очнулась. Да, в холодном поту и с бешено стучащим сердцем. А осознав, что всё в порядке, замерла и попыталась успокоиться.
Когда же паника сошла на нет, крылатая девочка огляделась и с некоторым удивлением узнала, что по-прежнему находится в покоях кузины. Только Полли и Фанни поблизости уже не было, я осталась одна.
В огромном камине весело плясало пламя, в незашторенные окна лился печальный сумеречный свет. Окружающая тишина была отдельно и особенно прекрасна, а в воздухе появился аромат поздних осенних цветов.
Затопленный камин и этот аромат намекали: кто-то всерьёз надеется, что я в замечательных комнатах «кузины» останусь, но… Маленький дракон потянулся, разминая косточки, бодро приблизился к краю постели и, спрыгнув на пол, направился к выходу.