"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Стражник резко вытянулся по струнке и только после этого ответил:
— Сержант, ваша светлость!
Вопрос про звание был бессмысленным — на куртке Натара имелись нашивки, и уж кто, а Дантос звание прочесть мог. То есть здесь и сейчас кто-то хотел потянуть время. Сориентироваться пытался.
— Ву-у-у, — напомнил о себе дракон. Потом приподнялся и опять в ладонь стража тыркнулся. И пусть ответом на мои действия стала новая порция света из глаз и очередной забег золотых искорок, не струхнула.
— Этой мой друг! — повторила мысленно.
— Да неужели! — ответил Дантос уже вслух. — И именно поэтому ты об него обтираешься?
Глаза светлости благополучно потухли, а в гостиной повисла пауза. Натар с Жакаром глядели недоумённо, а Вернон… ну он тоже прифигел. А лично я сделала два шага в сторону и засопела. Да, обтираюсь. Но я же дракон! У меня других способов выражения чувств просто нету!
Я точно знала, что телепатия сработала, но реакция Дантоса была не слишком адекватной — он сложил руки на груди и грозно прищурился. А я… а мне… а мне так обидно стало! Сам, значится, всяких виконтесс в замке привечает, а мне даже со старинным другом пообщаться нельзя?
Как ни смешно, но блондинчик аргумент не оценил. Он даже хотел возразить, но, наконец, вспомнил, что мы не одни.
В итоге меня одарили суровым молчанием и новым гневным прищуром. А я подумала, и тоже прищурилась! А потом скакнула обратно к Натару, подставила чешуйчатую голову и заявила:
— Ву-у-у! — Что означало: гладь меня немедленно!
Но страж не шевельнулся. Понял, что хозяин категорически против, и решил проявить благоразумие. И даже мой укоризненно-тяжёлый вздох на решение не повлиял.
— Астра, — попробовал вклиниться в ситуацию Вернон. — Астра, отстань от человека.
Я дёрнула хвостом, как бы намекая, что ревнивцы и их друзья идут лесом, но маг не допёр. А вот светлость…
— Так. У нас труп из склепа. И осмотр лучше закончить сегодня.
С этими словами блондинчик схватил со стола нечто похожее на карту и прямоугольный кристалл из числа тех, на которых слепки аур хранятся, и бодро направился к выходу.
Прочим присутствующим, исключая Жакара, не оставалось ничего иного, как последовать за светлостью. Ну а я тоже к этой процессии присоединилась. Только в действительности не за Дантосом, а за сородичем увязалась.
Мне категорически не хотелось расставаться с тем, кто столь внезапно вернулся в мою жизнь. Наоборот! Я мечтала вцепиться всеми лапами, обнять крепко-крепко, потом отругать — не за что-то, а так, ради профилактики — и засыпать вопросами.
А вопросов было много…
Во-первых, меня интересовали подробности побега из Рестрича, в частности — мотивы. Прощальная записка какой-то свет на произошедшее проливала, но его было недостаточно. Душа жаждала большего!
Во-вторых, хотелось знать, как Натар жил все эти годы и как очутился в Керне. Как стал стражником замкового гарнизона. Как устроился, какие планы на будущее имеет и вообще всё-всё!
Ну и отдельный, мелкий, но любопытный, момент: как ему удалось разминуться с Гертоном? И заметил ли стражник присутствие здесь одарённого? Понял ли, что кто-то бродит по округе, собирая «образы» замковой прислуги и лиц, приближённых к герцогу?
Впрочем, нет. Заметить Гертона Натар не мог, ведь одарённый точно не в истинном облике этим делом занимался. В том же, что касается обратного, в смысле обнаружения Натара Гертоном…
Думаю, они либо вообще не пересеклись, либо Гертон попросту не знал Натара в лицо. Последнее, кстати, вполне возможно, ведь Натар сбежал из Рестрича почти сразу после меня, то есть до того, как в Рестриче объявились вызванные по тревоге одарённые.
И раз так, то бывший сосед, в отличие от той же Юдиссы, личного знакомства с Гертоном и компанией не удостоился. Натара вызванные одарённые не допрашивали и, следовательно, не видели.
Почувствовать беглеца Гертон не мог тем более, ибо такой фокус срабатывает лишь с теми, в ком есть родовая магия. А в Натаре родовой магии — да, той самой, которая и позволяет метаморфам перевоплощаться, — нету. Как, впрочем, в подавляющем большинстве остальных моих сородичей.
 
Именно поэтому Натар, несмотря на недавний визит в Керн внука нашего старейшины, жив и здоров. По той же причине продолжает службу, а не возвращается в Рестрич, погоняемый кнутом и угрозами.
Подумав об этом, маленький дракон слегка споткнулся, что стало поводом вынырнуть из фантазий и обратить взор на окружающую действительность. И тут же поймать взгляд герцога Кернского, который всё так же шёл впереди, но обернулся.
Чуйка подсказала — телепатия работала без сбоев, то есть Дантос все мои мысли слышал. Но вопроса, который прозвучал в следующий миг, в моём списке не было!
— Сержант, а ты женат?
Золотая девочка опять споткнулась — как-то не ожидала от светлости такой логики. Друг детства удивился ещё больше, но ответил, не раздумывая:
— Да.
От Дантоса повеяло чем-то сильно напоминающим облегчение, а вот следующий вопрос… Скажем так, с учётом знаний, которыми владел Дан, вопрос был болезненным и бестактным, но тем не менее.
— А дети есть?
Вот теперь Натар паузу всё-таки взял.
— Родных нет, — наконец сказал он. — Есть приёмные. Двое.
На последних словах голос стражника потеплел, а драконья сущность уловила ощущение счастья. Оно было очень светлым и до того искренним, что сердце сжалось.
Блондинчик, как ни странно, тоже проникся.
— Это замечательно, — мягко сказал он.
— Думаете? — переспросил воин почти шёпотом.
Их светлость помедлила, но кивнула.
Остаток пути прошли молча. Миновали три лестницы, чтобы оказаться в подвальном коридоре, соседним с тем, который вёл в склеп. И этот коридор стал ещё одним поводом споткнуться. Дело в том, что тут тюрьма располагалась.
Заключённых, если верить драконьей сущности, не имелось, но двери с решетчатыми окошками впечатляли. Правда, труп Ласта всё-таки не в камере разместили, а в одной из комнат для допросов.
На этой двери решётки не имелось, зато рядом с ней наблюдался караул в составе четырёх человек. Завидев герцога, стражники выпрямились и щёлкнули каблуками, но через миг всё внимание мужчин переключилось на меня.
А я что? Я ничего. Осознав интерес, остановилась и крутанулась на месте. Потом выдержала паузу и крутанулась ещё раз.
Смотрите, пожалуйста, мне не жалко. И да, я понимаю, что прятать такую красоту от мира просто грешно!
Ну как? Как можно скрывать эти великолепные короткие лапки? Эти красивые крылышки и изящный до дерзости хвост? Эти янтарные глаза, острые шипы и блестящие чешуйки! Ну и её — неповторимую грушевидную фигуру…
— Астра, — послышалось со стороны Дантоса. В голосе светлости звучал лёгкий, но укор.
А вот Вернон бранить не стал, он шумно втянул ноздрями воздух, а потом не выдержал и рассмеялся. Тихо, необидно, но всё-таки!
Стражники тоже заулыбались, я же повернулась к Натару и спросила:
— Гладить будешь?
Бывший сосед промолчал, но чутьё подсказало — нет, гладить дракона эта бука не собирается. Но данный факт не помешал мне остаться по эту сторону двери, в смысле отказаться от осмотра трупа, которым намеревался заняться Дан.
Блондинчик оставлять дракона без присмотра точно не хотел, но под недоумёнными взглядами окружающих сдался. В итоге они с Верноном скрылись в комнате для допросов, а я плюхнулась на попу и принялась ждать.
Я была такой маленькой, такой скромной и послушной, что стражники не выдержали. Старший из них осторожно шагнул ко мне, чтобы тут же услышать:
— Брумс, ты сдурел? Что если покусает?
— Роззи заверила, что дракон не кусается, — парировал мужчина.
Он сделал ещё полшага, и тут в разговор Натар вмешался.
— Астра не покусает, — сказал сородич тихо, — а вот их светлость может. Если рядом с Астрой застукает.
Стражники, как ни странно, поверили. Вот только любопытство оказалось сильней! Уже через минуту меня гладили, почёсывали и нахваливали. Попавший под бич герцогского гнева Натар тоже не сдержался, так что свою порцию нежности я всё-таки получила.