"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

  
Глава 9
 
Слово взял не кто иной, как хозяин кабинета. Но прежде чем заговорить, он проследовал к своему столу и опустился в кресло, вновь превратившись в паука, засевшего в центре паутины.
Дурут же, наоборот, остался у входной двери, равно как и Ждан. Впрочем, последний стоял с таким видом, будто пытался отмежеваться от старика. Каждой чёрточкой, каждым жестом показывал – мы не вместе.
Это стало новым поводом насторожиться. Правда, настороженность захватила только меня и моих родных. Чужаки, которые прекрасно видели, что творится, остались совершенно спокойны. Особенно блондинчик – он вообще каким-то расслабленным выглядел.
А потом Нил прокашлялся и заговорил… И вот что интересно: последние семь лет – ну, собственно, с той поры, как на меня ошейник надели, – я тысячу раз признала себя дурой и миллион раз пожалела о побеге из Рестрича. Зато сейчас, слушая речь старейшины, поняла, что сокрушалась напрасно.
Пусть тот побег принёс мне много горя, но поступить иначе я действительно не могла. Более того, если бы я нынешняя, со всем багажом знаний о своих злоключениях, оказалась на месте той пятнадцатилетней девчонки… я бы поступила так же.
Просто это было выше любых пределов. Это было совершенно, абсолютно невыносимо!
– Ваша светлость, господин маг, – начал Нил. – Мы посовещались и поняли… Да, старейшина Ждан совершенно прав: прецеденты были и скрывать их действительно не стоит. Зачем скрывать то, что вы рано или поздно всё равно выведаете? А если не вы, то… – Косой взгляд в мою сторону заставил поморщиться, но Нил реакцией не впечатлился, продолжил: – К тому же, как заметил всё тот же старейшина Ждан, мы всего лишь смертные, и нам не все вопросы подвластны. Есть то, что находится за пределами нашей ответственности. То, что мы в любом случае не можем контролировать.
Я и так на чудо не надеялась, а после этих слов уровень тревоги взлетел до небес. Просто, когда личности вроде Нила начинают перекладывать ответственность на Леди Судьбу – жди не то что неприятностей, а настоящей беды.
– Упомянутые прецеденты, конечно, исключения, и на нашем веку ничего подобного не происходило. Но из исторических записок известно: браки эти заключались не просто так. У каждого смешанного брака была причина.
Губы старейшины растянулись в широкой, не слишком приятной улыбке, а блондинчик… он ответил тем же. И эта откровенная самоуверенность герцога Кернского вызвала новую волну нервной дрожи.
– Вы ведь знаете, что Рестрич не настолько закрыт, как может показаться, – продолжил Нил. – К нам приезжают торговцы, да и некоторые из нас тоже за пределы города выбираются. Вот и случаются порой… встречи.
На последнем слове в голосе старейшины проявились рычащие нотки, что выдавало истинное отношение старика к ситуации. Но внимания на этот момент никто, кажется, не обратил.
– Несколько таких встреч действительно закончились смешанными браками. Но во всех случаях свадьбе предшествовало некое событие. Вернее, целая череда сложных, важных, однозначных…
– Вы хотите устроить мне испытание? – перебил блондинчик ровно.
Старейшина чуть заметно вздрогнул, но благодушного настроения не утратил. Помедлив с секунду, этот паук кивнул, но пояснил:
– Не мы, ваша светлость. Такой подход диктуют прецеденты и традиции. Понимаете, мы не можем отдать Астрид просто так – народ метаморфов не примет подобное решение. А в случае испытания всё иначе. Тут возразить уже нечего.
Если бы эти слова прозвучали в самом начале, можно было подумать, что старейшины совсем не против нашего с Даном союза. Но правда заключалась в обратном, и герцогу Кернскому следовало насторожиться. Только вместо этого…
– Замечательно, – сказал Дантос. И добавил раньше, чем кто-либо разумный успел остановить: – Я готов.
– Готовы? – искренне изумился Нил. А мне пришлось закрыть рот ладонью, чтобы сдержать вопль. – Но вы ещё не слышали условий.
– Условия неважны, – отозвался Дан самонадеянно. – Просто скажите, что делать.
 
Драконья сущность опять заворочалась, а у меня самой возникло бешеное желание сказать их светлости много добрых, ласковых слов – да-да, из числа тех, от которых уши вянут. Но я опять-таки сдержалась. Слишком хорошо помнила своё нелепое вторжение в этот кабинет. Вероятности, конечно, никакой, но вдруг? Вдруг у несносного блондина и тут всё продумано?
– Что ж… – протянул старейшина. – В таком случае…
Нил на мгновение, но замялся. Потом вскинул подбородок и продолжил самым доброжелательным тоном:
– Ваша светлость, вы также должны понимать, что Астрид не обычная представительница народа метаморфов. Она наше сокровище. Одарённая! А отношение к одарённым несколько иное, нежели ко всем остальным. Это касается и испытания.
Старейшина замолчал, явно предлагая Дану вступить в диалог, но тот намёк проигнорировал. Просто сложил руки на груди и замер в ожидании пояснений.
В итоге Нил признался:
– Мы выбрали такое испытание, которое убедит всех.
– Что я должен сделать? – спросил блондинчик.
Улыбка, озарявшая лицо старика, стала чуть шире, и теперь в ней промелькнуло нечто зловещее. Но масштаб подлости стал ясен лишь после того, как старейшина сказал:
– Ничего особенного. Просто переплыть озеро Отречения.
Я застыла, не в силах шевельнуться. Брат и отец тоже замерли, шокированно вытаращили глаза. Даже Вернон и тот утратил расслабленный вид и выпрямил спину. И только их сероглазая светлость приняла слова Нила как нечто само собой разумеющееся!
– Хорошо, – произнёс Дантос. – Когда приступать?
В этот миг промелькнула мысль – герцог Кернский про озеро знает! Он прекрасно понял, что сейчас ему предложили просто пойти и умереть.
А вслед за этой мыслью пришла другая, куда более трезвая – блондинчик знать не может! Про что угодно, только не про это.
И пусть я решила помалкивать, пусть в этот момент даже сил говорить не было, всё-таки шагнула вперёд и выдохнула:
– Нет. – И уже твёрже, обращаясь к Нилу: – Вы не посмеете.
Минута тишины, и на губах старика проступила новая улыбка – фальшиво-печальная.
– Астрид, ты же слышала слова их светлости – без тебя он из Рестрича не уйдёт. Раз так, пусть пробует.
– Нет! – рыкнула я.
Но меня не слушали.
– Когда приступать к испытанию? – прежним ровным голосом повторил Дантос.
– Можете попытаться завтра утром, – столь же ровно ответил Нил. – Но…
– Но? – подтолкнул блондинчик.
Ответом ему стал снисходительный взгляд и… слова, которым следовало прозвучать гораздо раньше.
Понятия не имею, почему Нил и Дурут не использовали этот аргумент сразу, но здесь и сейчас показалось – старейшины придержали знание нарочно, чтобы ударить побольней, в миг, когда всё вроде бы решилось.
– Но прежде вам следует узнать одну достаточно важную деталь, – продолжил Нил. – Мы, метаморфы, внешне очень похожи на людей. Но всё-таки относимся к другой расе, к другому виду. И, в силу этих причин, у метаморфов не бывает потомства от людей. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.
Дантос застыл, словно в ледяную статую превратился. И пусть я точно знала, что совсем в сероглазого упрямца не влюблена, но в этот миг так больно стало, так обидно. Причём не столько за себя, сколько за нас. У нас и так шансов не было, а тут…
Я закусила губу, чтобы не вскрикнуть, когда Дантос тяжело вздохнёт и откажется от притязаний на мою руку, но…
– Хорошо, – сказала их светлость после паузы. – Хорошо, пусть так. Моих планов это не меняет.
Не знаю, как отреагировали старейшины, – не видела. Просто у меня голова внезапно закружилась и в глазах потемнело. А когда зрение вернулось, я увидела, как герцог Кернский дарит собеседнику скупую улыбку и поднимается на ноги. Потом отвешивает Нилу поклон, кивает Вернону и моим родным. Разница заключалась лишь в том, что Вернона он звал с собой, а с папой и Тором прощался.
На меня тоже взглянул, но мельком. Будто я… не заслуживаю. Будто… провинилась! И хотя основания для подобного отношения у Дантоса имелись, сердце вновь сжалось от обиды.