Симеон (СИ)

— Три линкора, шесть фрегатов и шесть шлюпов. Это, так сказать, компенсация за моральный ущерб, нанесённый недоверием.
— Но я не владею такими возможностями, ваше величество.
— Раз ваш парламент не заинтересован в дружбе и сотрудничестве с Россией, то о чём мне с вами договариваться? Просто заплатите Пруссии и Польше ту сумму, которую они просят, и целый год уния не будет иметь претензий к Австрии.
Посол понимал, что аудиенция завершена, но…
— Мало того, после компенсации ущерба вам придётся начинать переговоры со мной с нуля. Не сердитесь, nothing personal, just business.
Блин, неужели я подписал смертный приговор Австрии? Или это всего лишь моё самомнение, а История поступит по-своему?
Так и случилось. Австрия через англичан уплатила огромную сумму унии, а король Понятовский передал мне десять процентов от неё за добрый выгодный совет. Ещё один дружеский платёж в мой карман произойдёт, если Боня возьмёт в этом году Вену. Тогда для защиты Галиции и Лодомерии поляки всё-таки введут туда свои войска. Кое-что, в этом случае, перепадёт и Наполеону, согласно нашей тайной договорённости.
Кроме того, я предупредил корсиканца о том, что по моим сведеням Директория уже точит на него зубы за победы в Италии. Республиканцы боятся излишне ретивого генерала, имеющего верную ему армию. Но им предстоят выборы весной и никто не рискует потерять голоса электората, уже наслышанного о молодом генерале.
— Александр Васильевич, наш друг Наполеон Бонапарт уже создаёт в Италии республики, начав это ещё в прошлом декабре.
— И чего он этим добивается, Семён Афанасьевич, почему к Франции не присоединяет?
— Задумка у него проста. Если Директория снимет его с должности, то он просто объявит себя властелином Северной Италии. Тен более, что Франции он передал и Савойю и Ниццу.
Храповицкий призадумался, а потом спросил.
— А если его не будут снимать или отзывать?
— Тогда, через два-три года, он сам придёт к власти, восстановит монархию, а итальянские республики раздаст верным ему генералам.
Ну да, самому страшно такое предсказывать, даже если знаешь итоговое итого. Это пока мы с Боней друзья и заговорщики против той же Австрии, а завтра я ему буду нафиг не нужен, как и он мне.
Кстати, Директория готовила подляну Бонапарту, решив усилить рейнские армии и снабжая в первую очередь именно их. Всё-таки, кто первый возьмёт Вену, того и всеевропейские тапки будут. А кто опоздает к разделу пирога, тот сам дурак и всё прощёлкал.
Правда у Наполеона до фига всякх итальянских пирогов до самого юга полуострова. Вполне сможет объединить Италию, усилить различными макаронниками армию и стать противовесом самим франкопузам.
Именно в этом плане у него есть мощный восточный союзник. Готовый поддержать и флотом, и армией его амбиции за всего лишь парочку островков, именуемых Сардиния и Сицилия. Те, котрые я не против присоединить к Мальте.
А, совсем забыл! Дело в том, что Орден Иоаннитов выбрал меня Великим Магистром вместо убитого Павла Первого. Откорячиться не удалось и теперь я должен заботиться о тех, кто мне доверился.
Вот, закончил проект реструктуризации прибалтийских земель в одну большую губернию. С учётом географических выкрутасов и готовой оборонной линии хотелось бы и Восточную Пруссию включить в состав будущего региона. Можно, конечно, и завоевать, но лучше отжать мирным путём, поддержав Пруссию в захвате Богемии и даже Моравии. Всё-таки тайные переговорты с одним пруссаком ведём уже полтора года, но русские императоры мешались под ногами. Азиаты, блин, и в колбасных обрезках не разбираются. Сейчас, ясен пень, ситуация изменилась, только парижане со своими рейнскими армиями мешают творить доброе и навечное…
  
Глава 44
 
Плохо не знать исторический период в деталях и подробностях, как обычные обитатели интернета в будущем. Ещё хуже не разбираться в правильностях построения абсолютно верного режима в "справедливой стране". Даже лекала высококлассного экономического развития мне неведомы. Мало того, постоянно возникают всякие заманухи, которые хочется реализовать, пользуясь историческим моментом.
 
— Господа, а почему бы нам не завоевать в этом году остров Сицилия? Его некому защищать, кроме самого Неаполитанского короля.
Это мы собрались мини-кучкой из Долгорукова, Воронцова, Храповицкого и меня, чтобы спланировать нашу европейскую политику на ближайшие год-другой.
— Семён Афанасьевич, но Англия будет очень недовольна и пошлёт свой флот, — начинает возражать Воронцов.
— Не беспокойтесь, Семён Романович, — вступает Долгоруков, — в английском флоте зреет мятеж из-за недоплат, да и им самим сейчас не до заступничества. Другое дело, что воевать с Неаполитанским королевством сложно будет на таком расстоянии. Даже экспедиционный корпус посуху не доберётся.
— Мы можем доставить солдат морем, тем же грузовым флотом сателлитов, но это будет дорого стоить, — подключается Храповицкий, хорошо изучивший возможности голландцев.
Странным непредсказуемым образом выявляется, что в данной ситуации нам окажет помощь… Франция. Нужно лишь предложить им дружеский раздел. Пусть завоюют себе (с помощью нашего 70-тысячного корпуса) ту часть Неаполитанского королевства, которая расположена на италийском полуострове. А за это передадут нам остров Сардиния. Сицилию-то мы сами заграбастать можем, без сопливых.
— А вдруг Испания вмешается?
Тут же выясняется, что Испания ныне ничего с этого королебства не имеет, кроме родственных отношений монархов обеих стран. Кроме того, именно сейчас существуют отдельно, как Сицилия, так и Неаполь. Объединены лишь тем, что ими правит один и тот же Фердинанд.
— Но мы же провозгласили оборонную доктрину, ваше величество, — опять возражает Воронцов, — получится, что мы своё обещание нарушим.
— Не переживайте, Семён Романович, воевать будет не Россия.
Сразу три пары глаз смотрят на меня, как на зарвавшегося придурка, потерявшего последнюю связь с реальностью.
— Господа, воевать будет Мальтийский Орден, который я возглавляю, причём, как частная организация. А петербургский и мемельский корпуса я возьму в аренду у вас по субсидному договору. Ещё арендую часть именно русского флота, добавив к мальтийским и моим собственным кораблям.
Хренасе, меня понесло, а всё Боня виноват. Это он предложил в конце прошлого года разделить неаполитанцев между ним и мной. Правда его войска пока доступа посуху к Неаполю не имеют, поэтому мои корпуса будут десантированы. Зато платит он, как деньгами, так и завоёванной Сардинией. Лишь островом, ясен перец, а не всем Сардинским королевством.
— Тогда вам, Семён Афанасьевич, придётся уйти с поста главы Регентского совета и вы потеряете власть над нашей страной.
— Но я же сразу предупредил о своём уходе, — удивляюсь напоследок.
— Так мы думали, что это лишь красивые слова, чтобы…
Люди по-прежнему не понимают как в здравом уме и твёрдой памяти можно добровольно отказаться от прав императорствовать хотя бы де-факто. Они же не знают о том, что некие "высшие силы", занесшие мою лчность в тело Симеона Великого, могут в любой момент вынуть её и отправить к чёрту на кулички.
И тогда им останется недоумевающий гомункулус, неизвестно как и чем думающий. Вдруг он прожил эти годы в моём пожилом теле в будущем, да ещё в какой-нибудь психушке? В одной палате с тем же Наполеоном или Леонардо да Винчи.
— Тогда, ваше величество, нужно начать подготовку, чтобы весной уже отправить экспедиционный корпус в Средиземное море, — подвёл итог нашим сомнениям Долгоруков.
— Да, тем более, что многое я уже подготовил, Юрий Владимирович.
План кампании мы устаканили за несколько дней, но остальных членопотамов Регентского совета решили поставить перед фактом лишь впоследствии, чтобы они не охали от счастья или от несогласий. Пусть числятся ради собственного величия и не лезут в серьёзные дела.