Бесконечная. Чужие (СИ)

Вернулась?
Рик нарыл вопросительные знаки. Соскучился, наверно.
Я: ну да
Он: сообщить хотела
Не хотела – сам хотел. Ну и теперь сообщила же.
Я: закрутилась
Он: ладно отдыхай завтра увидимся
Соскучился и организацию встречи берет на себя. Это удобно. Да и я соскучилась, если честно – уезжала на три дня.
Наутро даже решаю поздороваться:
привет
Он: прогресс
Я: ??? - (а потому что как его понимать?..)
Он: больше слов
Да ладно, сам-то.
В то воскресенье в Эндлосе «общались» мы по тому же сценарию: Рик говорил мало, я – еще меньше. Он просек, что инициатива как в общении, так и в действиях предоставляется ему, а я не то, чтоб робкая, а – да хрен меня поймет. Похотливая лентяйка, наглая пофигистка, эмансипированная сучка – всего понемногу. Ведь так он считает?..
Но в то воскресенье Рик нашелся, как поступить: привел нас на хату, и мы хорошенько потрахались. При этом чуть-чуть поближе узнали друг друга.
Потом было «потом», за ним – выходной перед командировкой. Всякий раз он хотел углубить процесс узнавания друг друга, но я отмазывалась.
Теперь ему, похоже, приспичило... общаться. Поэтому он «подлавливает» меня по пути на работу, хоть и не живьем.
у меня дела сегодня возле Ку‘Дамма - сообщает он.
к обеду освобожусь
Я: окей
«окей» – ведь это слово? Он слов просит.
Он не просит, а требует:
заберу в обед скажи когда
Я: в обед
Не переспрашивает. Скорее всего, просто явится подкарауливать меня в надежде, что мы и в этот раз друг друга не пропустим.
После нашего «рандеву» прошло четыре дня.
Я ездила на Йеноптик, в Йену. Йена – это в Тюрингии и от Берлина дальше, чем кажется. Пришлось пожить там, чтобы не убивать каждый день по четыре часа на дорогу.
Йеноптик продает один из своих старых фабричных комплексов, а наш клиент – не Франк, в кои-то веки, - надумал его купить и устроить там научно-деловой центр, часть из которого хочет арендовать Йеноптик. Я ездила с презентацией нашего проекта, заявленного на их тендере. Подрядчика по планированию научной части комплекса пришлось буквально взять с улицы, времени покопать получше не было. В общем, я сделала, что смогла, остальное покажет тендер. Хоть посмотрела Йеноптик. Так и сказала Мартину.
Ты очень сексуальная, Кати. Очень.
Фраза-слова-буквы всплывают у меня на воображаемом «жестком диске» и помимо моей воли мне становится жарко. Жара усиливается, когда зачем-то представляю, как Рик произносит это вслух и как при этом выглядит.
Сегодня он ничего такого не сказал, я даже голоса его еще не слышала. Как видно, этого не требуется: его злоебучая – иначе не назовешь – решимость, не терпящая знаков препинания, возбуждает и без того.
После этой недоделанной переписки с ним я разбухаю, между ног поламывает, воспаляет лихорадочным румянцем щеки. Губы шепчут, шевелясь беззвучно, или же голос повторяет еле слышно: «Рик... Рик... Рик...» Глаза горят голодным блеском. Ё-маё, в кого я превращаюсь?
Затем он и сказал мне свое имя - приучает, приручает... Выходит, это я дикая, не он. Меня приручать надо. Только хрен меня приручишь, ожесточаюсь отчего-то.
Я давно уже приехала на работу. Всю дорогу скролила переписку и теперь в бешеном темпе готовлю блиц-отчет по Бланкенбургу – они получили часть оборудования и запрашивают подтверждение, чтобы начать встраивать. Ненавижу командировки – выпадаешь из нормальной работы. Все это я выполняю машинально, ошибок вроде не допускаю.
В таком же бешеном темпе пролетают мимо обрывки ощущения: – не приручусь, не приручусь... Ведусь только на собственные эмоции, не на него. Нет, не из-за потрясений, что испытала в жизни. Не тащу багаж – живу сегодня. Но на сегодня планов повестись на него у меня нет.
У нас тим-митинг, в который спонтанно и по просьбе Мартина включаю итоги Йены – вернее, говорю, что нет там никаких итогов. Сегодня мне нечего больше порассказать, вот я и слушаю других. Интересные моменты протоколирую для обсуждения с Мартином тет-а-тет.
 
Осечек с этим нет, но параллельное то-ли-штырево-то-ли-я-сама-не-знаю-что никуда не девается и продолжает свое возбужденное существование. Мое возбуждение не проходит. Такого со мной раньше не случалось.
Как будто что-то гладит открытые участки кожи у меня не теле, скользит по ним, сканирует – что это?..
Поднимаю голову и замечаю, что на меня пристально смотрит Йонас и не отводит взгляда, встречаясь с моим. Чего он там такого заметил? Что-то не так с моей одеждой? Я в белой маечке и красном кардигане, накинутом поверх – в меру женственно, удобно и прилично и... а-а-а, ясно. Неприлично. Футболка с глубоким вырезом, Йонас заметил засос у меня на груди, поэтому глазеет. Он не из тех, что станут отводить взгляд, даже будучи застуканными. «Прикрываюсь» кардиганом, но поздно: картинка меня с засосом, верно, отпечаталась у него в мозгу и теперь только сильнее подогревает, отправив в мир пошлых фантазий.
Итак, Йонас попал и, кажется, хочет меня. Правда, я его совершенно не хочу. Никогда не хотела.
С максимально равнодушным видом продолжаю протоколировать интересующие меня моменты совещания, соображая, что надо было, конечно, с утра поработать тональником – не додумалась с непривычки.
пообедаем сегодня
Это Рик.
заберу тебя
Я: куда пойдем
Он: О, Панама
Ого – дорого. И правда – о-па… на-ма.
Я: давай попроще что-нибудь
В ответ – наезд «голосом»:
«Че, думаешь, совсем бомж, не могу угостить?»
Признаться, именно так и думала.
Меня не особо напрягает тот его имидж, который сама для себя составила, или квартира, в которой мне довелось побывать, и я не допытываюсь, чем он занимается, но разве я неправа?..
по понедельникам времени в перерыв мало - пишу ему в ответ.
Он: сегодня пятница
Я: первый день после командировки – всегда «понедельник
легкое что-нибудь возьмем
по-быстрому - пишет он и завершает: жду - чтобы я не передумала.
- Кати, идешь? – зовет меня кто-то.
Оказывается, совещание закончилось. Оказывается, ко мне вплотную подошел Йонас:
- Ты с нами?
Опоздал немного с приглашением на обед. Да я бы и не пошла все равно.
- Сорри, я распланирована, - качаю головой. Надеюсь, только что у него на глазах не играла демонстративно золотой цепочкой на шее. – В другой раз.
- Жаль.
Я подтверждаю собственное «сожаление» фальшиво-вежливой улыбкой: - Хорошо вам пообедать, - роняя при этом ручку от планшета. Поднимаю ручку с пола сама, Йонас не успевает сориентироваться. Кажется, оголила злосчастный засос – он окончательно «залип» на моем декольте.
- Тебе тоже. Увидимся, - вмазавшись зачарованным взглядом в засос, говорит ему Йонас.
***
Заскакиваю к Рози – скинуть папку с лишними хенд-аутами презентации для «йеноптиков».
- Ну?.. – наседает она.
- Я ненадолго.
- Я наслышана. А чего это Йонас в слюнях весь?
- Не знаю. С детства не отучен.
Рози тихо и понимающе смеется:
— Вот и я ему говорю: я, мол, тебе что, гувернантка ее?.. Пытал меня только что, с каким клиентом ты собираешься на бизнес-ланч.
- Ни с каким.
- Я так ему и сказала. Он не отлип. Докапывался, есть у тебя кто или нет. Мол, однозначно же есть.
- Сахарок, я спешу. Вернусь – расскажу.
- Ниче, подождет. Колись – есть?
- Да нету, нету.
- Понятно. Ты хоть расскажи, от чего мазать. Мне ж надо в курсе быть.
- У меня встреча на обед.
- С ним? – у Рози загораются глазки. – С которым ничего нету?
- Ага. Я ненадолго.
А внутренне посмеиваюсь, потому что прямо-таки всем-всем с ней делиться я ведь тоже не обязана...