Тёмная Ангел (СИ)

Он и правда не слышал.
— У него ужасная сыпь — какая-то инфекция или ещё что-то. Как крапивный ожог. Это сводит его с ума.
Джон говорил с равнодушным, отсутствующим видом, как обычно растягивая слова. И всё же Дью уловил злорадный блеск в его ничего не выражающих глазах. Он пронзил Джона острым взглядом.
— Ну, это очень плохо.
— Разумеется, — промурчал Джон и улыбка скользнула по его губам.
— А больше никто не заболел? — поинтересовался Дью, надеясь услышать что-либо о Киме.
Однако Джон лишь сказал:
— По крайней мере, Джиллиан не заразилась, — и лениво удалился.
<<Ангел, этот мальчик не любит Тана>>.
<<Многие не любят Тана>>.
<<Странно. Я думал, быть популярным означает, что все тебя любят. Теперь я думаю, популярность — это, скорее, когда тебя боятся не любить>>.
<<Правильно. Только пусть себе ненавидят тебя до тех пор, пока они тебя боятся. Видишь, ты для всех сделал полезное дело, убрав Тана>>.
На уроке биологии Дью узнал, что Ким тоже не пришёл в колледж и отменил занятия атлетикой. У него заболело горло, да так сильно, что он даже не может говорить.
Никто, впрочем, и о нём сильно не сокрушался.
<<Быть популярным означает, что все радуются, когда с тобой происходит что-то плохое>>.
<<Малыш, это мир волков>>. — Ангел усмехнулась.
Дью улыбнулся ей в ответ. Зато он сумел защитить Джиллиан. Это замечательно! Он может защитить её, позаботиться о ней. Хотя вовсе не одобрял её действий: купить контрольную работу и выдать её за свою.
<<Возможно, она и сама жалеет об этом. Она ведь говорила, что совершала поступки, которыми не может гордиться. Может, она могла бы всё исправить. Написать другую работу, сдать её и всё объяснить мистеру Ренквисту. Как ты думаешь, Ангел?>>
<<А? Что? Ну да… Отличная идея>>.
<<Сожалеть — недостаточно, ты ведь знаешь. Нужно что-то сделать. Ангел! Ангел?!>>
<<Я тут. Просто я думаю о твоём следующем уроке. О твоей силе и о многом другом. А ты знаешь, что есть заклинание на деньги?>>
<<Правда? Это действительно интересно. То есть меня не интересуют деньги ради денег. Но мне бы так хотелось автомобиль…>>.
***
Вечером Дью лежал в кровати, зарывшись головой в подушки и, свернувшись эмбрионом под одеялом, размышлял о том, какой он счастливый. Ангел, видимо, куда-то ушла ненадолго. Он не видел и не слышал её.
Но думал он именно об Ангеле. Она так много ему дала. А главное — это она сама! Иногда она казалась ему величайшим из всех даров.
Разве не бывает так, что у парня сразу две классных девушки, и он честен с ними обеими и никого не заставляет ревновать? Разве не бывает, что любишь сразу обеих, не совершая ничего предосудительного? Он думал об Ангеле как о своей величайшей любви. Она больше не была для него пятном света или пугающе прекрасным видением с пламенным голосом. Она стала почти обычной девушкой, только красивой до невозможности, невероятно остроумной и сверхъестественной. Узнав, что и сам он обладает сверхъестественной силой, Дью решил, что она для него вполне досягаема.
Она абсолютно понимала его. Никто никогда не знал и не мог бы узнать его так, как Ангел.
Она знала все его заветные секреты, самые потаённые страхи — и всё равно любила его.
Её любовь становилась очевидной каждый раз, когда она заговаривала с ним, каждый раз, когда она появлялась и смотрела на него сверкающими глазами.
<<Я влюблён и в неё тоже!>>
Дью это нисколько не тревожило. Это ведь совсем не то, что любить Джиллиан. В какой-то мере это чувство было даже сильнее, потому что никто не смог бы стать ему ближе, чем Ангел, однако их близость не была физической. Он сливался с Ангелом на духовном уровне, недосягаемом для обычных людей. Их отношения находились вне обыденного мира. Они были уникальны.
— Привяжи моего кенгуру, коллега! — Луч света появился в углу за кроватью.
— Где ты была? В Австралии?
— Навещала Тана и Алета Кима. Рука у Тана забинтована от плеча до самых пальцев, и он уже не собирается ничего писать. Ким сосёт лекарство и стонет. Беззвучно.
 
— Прекрасно!
Дью торжествовал, что, конечно, было нехорошо — ему бы не следовало радоваться чужой боли. Однако он не смог скрыть от Ангела свою радость, да и мальчишки это заслужили. Они очень пожалеют, что связались с Дью Ленном.
— Однако нам придётся придумать, как решить проблему раз и навсегда, — сказал он. — И ещё, как наладить отношения моих родителей.
— Я уже работаю над этим. — Ангел откровенно разглядывала его.
— Что-то не так?
— Нет. Просто любуюсь тобой. Сегодня ты выглядишь особенно красивым, что звучит абсурдно, конечно, учитывая, что на тебе фланелевая пижама с поездами.
Сердце сладко застучало. Он посмотрел на пижаму.
— Эта с трансформерами. Но пижама с поездами — моя любимая.
Он опять взглянул на неё и озорно улыбнулся.
— Спорим, я смогу ввести в колледже моду на пижамы с поездами. Можно сделать всё, что угодно, — хватило бы решимости.
— Да, ты сможешь всё, что угодно, это уж точно. Сладких сновидений, красавчик.
— Глупая. Прекрати.
Дью махнул на неё рукой. Но его щёки всё ещё пылали от смущения, когда он улёгся под одеяло и закрыл глаза. Он получил массу внимания и был совершенно счастлив. И красив. И могущественен. И исключителен.
***
— Ты слышал про Тана? — спросил его Аман-Предводитель следующим днём, когда они во время обеденного перерыва забежали в комнату для мальчиков.
Дью смотрелся в зеркало. Он притронулся к волосам руками… отлично. Может, стоило побрить лицо? Сегодня он выглядел очаровательно. Лицо с щетиной и усики над верхней губой. Или лучше надо было их сбрить и отрастить бакенбарды?
Он испробовал обиженную гримаску и обронил равнодушно:
— Старые новости.
— Нет, у меня имеются и новые. У Тана начались осложнения.
Дью перестал разглядывать своё лицо:
— Какие осложнения?
— Не знаю. Температура, я думаю. И вся рука стала бордовой.
<<Как — бордовой? Ангел!>>
<<Ну, я бы сказала, скорее, розово-лиловой. Расслабься, малыш. Температура — естественная реакция организма на инфекционную сыпь. Как на крапивный ожог>>.
<<Но…>>.
<<Посмотри на Амана. Он не шибко расстроен>>.
<<Возможно, он знает, что Тан путался с его девушкой. Или у него есть какая-то другая причина его недолюбливать. Но я-то не собирался действительно вредить Тану>>.
<<Разве? А по-честному?>>
<<Э, не то чтобы совсем… но чтобы он не сильно страдал, ты ведь знаешь. Страдал бы… так… не очень. И всё>>.
<<Не думаю, чтобы в данный момент он собрался умирать>>, — заметила Ангел весьма сдержанно.
<<Ладно. Хорошо>>.
Дью немного смутился из-за того, что он придал ерундовой сыпи такое значение. В то же время ему захотелось проверить самому, как дела у Тана. Впрочем, мимолётное желание было легко забыто. Тан получил по заслугам. Это всего-то сыпь. Ну какую опасность может представлять собою сыпь?
Кроме того, Ангел присматривает за процессом, а Дью ей доверяет. Он вновь посмотрел на себя в зеркало и улыбнулся собственному отражению. Определённо, он выглядел настоящим колдуном. На шестом уроке посыльные принесли чупа-чупсы на палочке, заказанные в джаз-клубе ещё на прошлой неделе. К чупа-чупсу привязывалась красной лентой записка, и подарок с пожеланиями отправлялся в колледже кому угодно. Дью набрал себе целую кучу чупа-чупсов — такую огромную, что все рассмеялись, а Сея Пайлс подбежала и сняла их на фото для школьного ежегодника. После уроков подошла Джиллиан и рассыпала всю кучу чупа-чупсов, рассматривая записки и шутливо грозя в воздух кулаком, изображая ревность. Это был очень хороший день.