Тёмная Ангел (СИ)

<<Принц на балу. Таинственный незнакомец>>. — Голос Ангела звучал насмешливо, однако нежно.
На уроке журналистики Дью сидел за Дэрилом Новаком, апатичным мальчиком со светлыми глазами и короткими ресницами.
Дэрил-Богач, Дэрил-Путешественник. Он говорил о Лондоне, Италии и Америке, будто само собой подразумевалось, что Дью там был. Настало время обеда. Дью остановился нерешительно в дверях столовой колледжа.
Обычно он сидел с Эдом в самом дальнем углу. Однако с недавних пор с Эдом сидит Юдж. За первым столом он увидел компанию, в которой были Аман-Предводитель, Атлет Ким и другие крутые ребята из Клики.
Джиллиан и Тан сидели за соседним столиком.
<<Мне сесть с ними? Меня никто не приглашал>>.
<<Нет, не с ними, мой маленький. Но возле них. Сядь с краю в самом конце стола. Не гляди в их сторону, когда будешь проходить мимо. Гляди на свой обед. Начинай есть>>.
Дью никогда раньше не обедал один — во всяком случае, в общественном месте. В те дни, когда Эда не было в колледже и ему не удавалось найти кого-то из младших классов, с кем бы он чувствовал себя удобно, он прятался в библиотеке и ел там. В прежние времена Дью чувствовал бы себя ужасно, очутившись у всех на виду, только теперь он был не совсем один, у него была Ангел со своими шутками около самого его уха. Он обрёл уверенность, словно видел себя со стороны: как он ест, спокойно и безразлично к окружающим, сосредоточенный на том, что нужно сохранять вид витающего в облаках.
Он старался придать движениям немного лени, копируя Дэрила-Богача.
<<Надеюсь, Эд не думает, что я им пренебрегаю. То есть он ведь не один там, в конце столовой. У него есть Юдж>>.
<<Ладно, мы ещё поговорим об Эде, малыш. А теперь тебя зовут. Улыбнись и будь милым>>.
— Эй, Дью, спустись на землю!
— Дью, иди к нам!
Они хотели, чтобы он присоединился к ним.
Он передвинул свой обед и ничего не пролил, не споткнулся и не поскользнулся. Он был маленьким, изящным и лёгким в движениях.
Ребята вновь сгрудились вокруг него в тёплой компании. Он больше их не боялся. И это было замечательнее всего. Эти школьники, казавшиеся ему звёздами телешоу о молодёжи, очутились вполне реальными людьми, которые сыпали крошки на одежду и обменивались вполне понятными для него шутками. Дью всегда было интересно, над чем они так смеются, когда собираются вместе. Но теперь он знал: причина в самой атмосфере осознания того, что они особенные. И тогда было легко смеяться над всем. Он заметил, что Джиллиан, сидевшая тихо возле Тана, смотрела, как он смеётся. До него доносились отдельные фразы тех, кто сидел с краю его компании, тех, кого не принимали в Клику. Большей частью радостное щебетание и воркование в знак восхищения. Ему показалось, что кто-то упомянул его имя… Он прислушался.
— А между прочим, его папа — алкаш.
Эти слова прозвучали для Дью ужасно громко и отчётливо, выпадая из общего шума.
Он передёрнулся, как от озноба, и пропустил сюжетную развязку истории, которую рассказывал Атлет Ким.
<<Ангел, кто это сказал? Это было про меня — про моего папу?>>
Он не осмеливался оглянуться.
— …стал пить пару лет назад и теперь у него галлюцинации…
На сей раз голос был таким громким, что он оборвал добродушную беседу компании Дью.
Ким остановился на полуслове. Улыбка Бри-Гимнастки стала вынужденной. Настало неловкое молчание. Волна гнева захлестнула Дью, он был в гневе.
<<Кто это сказал ? Я убью их…>>.
<<Успокойся! Успокойся. Ты не должен так вести себя>>.
<<Но…>>.
<<Я сказала, успокойся! Смотри в тарелку. Нет, в свою тарелку. А теперь скажи — и абсолютно спокойным голосом — “Презираю сплетни и сплетников. А вы? Что это за люди? Совсем непонятная порода”>>.
Дью два раза вздохнул и послушался, хотя его голос и не был абсолютно спокойным. Он немного дрожал.
— И я! — поддержал его новый голос.
Подняв глаза от тарелки, Дью увидел, что Джиллиан вскочила, её лицо потемнело от ярости, и она медленно обвела глазами стол за его спиной, будто высматривая того, кто это сказал.
 
— Я думаю, это просто ненормальные и нам нужно их наказать.
В её глазах появился тот стальной блеск, за который она и получила репутацию крутой девушки. Дью почувствовал, словно сильная рука поддержала его. Его охватило чувство благодарности, и он потянулся к ней, но поджал губы, останавливаясь.
— И я презираю сплетни, — сказал Джон Оберлин своим обычным равнодушным голосом.
Джон. Этот парень всегда выглядел как живая реклама компании Келвина Кляйна и был так сексуален, что дух захватывало.
Однако всё, по мнению Дью, портила безразличная маска, всегда присутствовавшая на его лице.
Только сейчас Джон неожиданно проявил свои эмоции:
— В прошлом году кто-то распустил сплетню, что я пытался покончить с собой. Я так и не выяснил, кто это сделал. — Его серо-синие глаза с поволокой прищурились.
А потом все заговорили о слухах, и о тех, кто их распускает, и о том, что это за гады.
Компания сплотилась вокруг Дью.
<<Однако именно Дэжиллиан была первой, кто за меня заступилась>>, — подумал Дью.
Он посмотрел в её сторону, и тут раздался звенящий звук. Он был почти мелодичным, только таким странным, что сразу привлёк к себе внимание всей столовой. Кто-то разбил стакан. Дью вместе со всеми озирался по сторонам: кто? Никто не признался, не смутился, не посмотрел на пол. Все растерянно оглядывались по сторонам. Звук повторился, и двое стоявших возле входа в столовую ребят поглядели сначала себе под ноги, а затем наверх. Высоко над входом красовалось полукруглое окно, окантованное красным кирпичом. Дью заметил, что свет, проходя сквозь него, преломляется, как направленный сквозь призму, и будто затуманивается. В стекле заиграли разноцветные радуги… И засверкали, падая вниз, <<снежинки>>. Они ударялись об пол и позвякивали. Ребята возле двери завороженно глядели на них. Удивлению не было предела. Дью вдруг догадался.
Он вскочил на ноги, но единственное, что он мог вскрикнуть, было:
— О господи!
— Уходите оттуда! Сейчас всё рухнет! Отойдите быстро! — Это была Джиллиан, она махала рукой стоящим под окном ребятам.
Затем побежала к ним.
<<Как глупо>>, — подумал Дью, оцепенев и сердце его замерло.
Все остальные тоже орали. Кора и Аман, и Бри, и Тан. Атлет Ким отчаянно вскрикнул… И тут стекло полетело вниз, осколки падали градом, крошась, сверкая да позвякивая. Всё падали, падали, падали, как в замедленной съёмке. Стеклянные крошки разлетались по всему кафе, отскакивая от пола и играя радужными лучами, и устилали пол, как градины. Наконец всё завершилось, окно превратилось в дыру в форме арки с торчащими по краям острыми зубьями.
Ребята с крайних столов рассматривали отрикошетившие осколки. Однако ни в кого не попало, и никто не был серьёзно ранен.
<<Благодаря Джиллиан! — Дью всё ещё был в оцепенении, но теперь уже от радости, что всё обошлось. — Она сумела вывести всех вовремя из опасной зоны. О господи, она не ранена?>>
<<С ней всё нормально. А почему ты думаешь, что это она одна всех спасла? Может быть, я тоже приняла в этом некоторое участие. Я умею, ты знаешь, подталкивать людей к правильным действиям, а они даже и не догадываются, что это делаю я>>.
В голосе Ангела звучала обида.
<<Да? Это сделала ты? И правда, очень мило с твоей стороны>>.
Дью видел, как Джиллиан прошла через столовку к своему столику, как Тан рассматривал её руку, кивнул, пожал плечами, огляделся по сторонам.
 
<<Она не поранилась. Слава господу!>> — Дью вздохнул с болезненным облегчением.
И лишь тогда ему пришло в голову поинтересоваться, что же в действительности произошло. Перед тем как стекло упало, окно выглядело точно так же, как и зеркало в его ванной комнате. Потрескалось ровно, по всей поверхности — из края в край паутинка трещин. Зеркало в ванной треснуло, когда Тан насмехался над спальней Дью. Теперь он вспомнил, о чём хотел спросить Ангела прошлой ночью. Он хотел спросить, почему зеркало разбилось таким странным образом.