Наследие исполинов. Никто, кроме нас

— Четвертый? Это ж офицерский! — удивился Саня.
— Не бзди, пропустят. Кстати, — неожиданно сменил тему бригадир. — Тебя еще не затрахали эти ежедневные траления в пустоте?
— Если честно, шеф, затрахали по самое не могу! — искренне признался Саня.
— Это хорошо, — удовлетворенно заметил бригадир и кашлянул. — Давай сюда, рысью.
И отключился.
Вздохнув по поводу несостоявшейся помывки, Саня проскочил перепонку ангара и направился к лифтам. Столовые располагались на осевом уровне, самом длинном и объемном.
У шлюза в офицерский сектор, разумеется, дежурил рослый пехотинец в каске. На Саню он едва взглянул; пробасил полуутвердительно:
— Веселов?
— Он самый.
— Направо, сорок седьмой столик.
И головой чуть заметно дернул: заходи, мол, салага штатская…
Саня кивнул и впервые в жизни вошел в офицерский сектор. Отличия имелись, хотя и незначительные: вместо обычной таблички со стрелками
 
Бар Столовая
 
← →
 
на стене пульсировала красочная голограмма в рамочке из бегущих огней. В столовой скатерти были не синтетические, а льняные, с рисунком. Посуда не пластиковая, а фарфоровая, а приборы металлические с закосом под старинное серебро, хотя скорее всего это был какой-нибудь мельхиор или ферманит. Пол — не стандартное ворсистое покрытие, а паркет, с ходу можно даже решить, что реально деревянный. В общем, побогаче обстановочка. Когда только успели отделать — база-то птичкина, а цоофт даже столами почти не пользуются, у них в ходу циновки прямо на полу.
— Кадет!
За одним из столов призывно махнули рукой — бригадира попробуй не узнай.
Новый Санин бригадир мало напоминал прежнего, Тахира Плужник, погибшего на Табаске, но Саню также называл кадетом. Звали его Ролан Пыржек, был он миниатюрен, шустр, черняв и кучеряв. Помимо бригадира за столом сидело трое незнакомых типов и штурман Вася Шулейко, с которым Саня ходил в тот самый приснопамятный поиск, из-за которого вся каша и заварилась, а позже с ним же бок о бок воевал со скелетиками на Табаске. Васе тогда здорово досталось, чуть не погиб от тяжелого ранения, но ничего, выкарабкался в итоге, хотя шрамы на боку остались довольно устрашающего вида. Девчонки аж млеют, увидев.
— Привет, Саня, — поздоровался Шулейко, искатель без возраста.
— Здорово, Вася! — Саня от души пожал штурману руку: Вася был таким человеком, с которым все на «ты» и которому даже «кадет» всегда прощался.
Остальные Сане сдержанно кивнули.
— Садись. Вот меню, выбирай. — Бригадир передал Сане раскрытую книжицу.
Вот и еще одно различие. В столовых для низшего состава никакого меню нет и в помине: чего подадут, то и жуй со всей возможной благодарностью. А тут — меню…
Официант, к счастью, оказался роботом. Саня не любил, когда люди кому-нибудь прислуживают. Ладно еще каким высокопоставленным генералам-адмиралам, у тех голова не мирскими делами забита, а возвышенным. Там не прислуживать скорее надо, а присматривать за ними, будто за детьми малыми, дабы чего не натворили в задумчивости. Взять того же Ролана Пыржека — небольшая ведь шишка, командует бригадой из полутора десятков искателей. На кой, спрашивается, ляд ему живой официант?
Впрочем, живого и нет: есть тупой, но исполнительный автомат, умеющий распознавать речь, доставлять заказы и убирать со стола.
Заказав отбивную по-флотски с жареным бататом, дежурный салат и чай, Саня захлопнул меню. Робот неожиданно веселым девчачьим голосом осведомился насчет десерта. Недолго думая, Саня присовокупил к заказу фруктовое мороженое. На этом железка угомонилась и резво укатила на кухню.
А Саня преданно уставился на Пыржека. Должно же быть этому вызову какое-нибудь достойное объяснение?
Тот перехватил его взгляд, отхлебнул из разрисованной чашки чего-то светло-коричневого, то ли кофе с молоком, то ли крепкий уклу, и словно бы невзначай заметил:
— Значит, ты тоже считаешь поиски в окрестностях генератора бессмысленными?
От Сани не ускользнуло, что обращался бригадир хоть и к Сане, но сделано это было как-то напоказ, для остальных сидящих за столом. Эдакая демонстрация независимого мнения.
 
— Ну, в общем, да, — вторично признался Саня. — Объяснять почему?
— Объясни, — попросил один из незнакомцев.
— Пара генераторов и нуль-коридор образуют единую транспортную систему. Вряд ли строителям этой системы нужен мусор в районе коридора. Насколько можно судить по скудным находкам, раса предтеч-исполинов уважала порядок. Скорее всего они позаботились о том, чтобы в районе коридора всегда было чисто, и слабое антиполе тому лучшее доказательство.
— Какое антиполе? — не понял незнакомец, сидящий по правую руку от Сани.
Пришлось растолковать:
— Около генераторов и коридора действует слабая центробежная гравитация, направленная от продольной оси коридора наружу. То есть вся система в целом отталкивает разнообразную космическую пыль и прочий мусор.
— А засечь генератор по этому фону нельзя? — забеспокоился сосед.
— В том-то и дело! Если это и гравитация, то какая-то необычная. Никаких признаков работы генератора, никакого тазионарного фона. Она просто действует и все, без всяких видимых причин. Определили опытным путем. По отклонению трасс «Черемошей». Ну… и еще по ряду наблюдений.
— Ладно, допустим, — снова заговорил первый незнакомец, расположившийся напротив Сани, рядом с Васей Шулейко. — Продолжай, Ролан.
— Ага, — встрепенулся Пыржек и снова обратился к Сане: — Скажи, где бы ты сам искал новые следы предтеч-исполинов в первую очередь?
Саня в душе недоумевал. Почему подобные вопросы задают ему, простому искателю? Единственная его заслуга во всей происходящей заварухе состоит в том, что именно он, искатель Саня Веселов обнаружил стартовый генератор в родной галактике и одним из первых вместе с Васей Шулейко и покойным Тахиром Плужником прошел нуль-коридором в иную галактику. А потом вернулся. И все.
— Я могу поинтересоваться — с какой целью вы спрашиваете об этом именно меня? — осторожненько сформулировал собственное недоумение Саня.
— Пока — нет, — отрезал незнакомец справа.
«Ну, нет — так нет…» — смирился Саня. Да и выбора у него в общем-то не было.
— В таком случае я искал бы следы деятельности предтеч в ближайшей звездной системе по вектору коридора. Особенно на планетах. Именно по вектору: в траверзных и ахтерных областях искать, на мой взгляд, бессмысленно.
Сидящие за столом дружно переглянулись. Дружно и многозначительно, аж озноб по спине.
— В яблочко, — прокомментировал незнакомец рядом с Васей Шулейко.
Сане как раз доставили заказ.
— Ну, что же, — решил высказаться и доселе молчавший третий незнакомец, самый старший из всех присутствующих. — Весьма убедительно, Ролан. Не будем мешать молодому человеку насыщаться после поиска. А вы, коллега, после ужина ступайте с посыльным: он будет ждать вас у выхода из столовой, подле охранника. Приятного аппетита!
Вся компания дружно встала и довольно спешно потянулась к выходу. Пыржек незаметно подмигнул Сане — вроде бы одобрительно. Тут же прикатил официант и принялся убирать грязную посуду; при этом он умудрялся не мешать Сане и вообще тактично держался поодаль, у противоположного края стола.
Кормили вкусно, но не скажешь, что много вкуснее, нежели в обычных столовых для рядового состава и обслуги. Значит, стандартная вакуумная кухня.
«Черт возьми! — подумал Саня с некоторым напряжением. — Что все это означает? Допрос какой-то непонятный, намеки, переглядывания…»
Тем не менее за учиненным допросом чувствовалась некая единая осмысленная затея. Система чувствовалась. Стройная и логичная. Саня не мог объяснить, почему так думает, просто чувствовал, ведь для искателя развитое чутье — первейшее качество.
Особенно если оно редко подводит.
Насытившись, Саня без задержек покинул столовую. Мысли на какое-то время угомонились и среди всех желаний возобладало одно, простое и первобытное: принять горизонталь и некоторое время поваляться, время от времени сыто цыкая зубом и хлопая ладонью по набитому пузу. Увы: как Сане и обещали, при выходе рядом с охранником терпеливо дожидался робот-посыльный — пупырчатая сфера размером с теннисный мячик. Висел посыльный на уровне груди и бдительно поблескивал полированными хрусталиками объектива. Завидев Саню, автомат слегка развернулся и посветил в лицо красноватым лучиком; на сетчатке глаз возникла проекция — надпись «Follow me». После этого автомат плавно заскользил вдоль коридора. Саня, машинально кивнув охраннику, поплелся за посыльным.