Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга VIII

Ситуация некоторое время оставалась неопределённой, пока не выяснилось, что Эндрю Мануэль — третий из студентов университета, снимавший коттедж на Эммет-стрит — исчез в неизвестном направлении. Мануэль в тот самый вечер, когда был арестован Джон Коллинз, был допрошен, но допрос этот во многом носил формальный характер — молодой человек был нетрезв, и с ним следователи из прокуратуры решили обстоятельно поговорить позднее. Прошло несколько дней, и выяснилось, что Эндрю, собрав минимум вещей, исчез в неизвестном направлении. Выглядело это очень странно, особенно, если принять во внимание, что к Мануэлю прокуратура никаких претензий в тот момент не имела. Однако поспешный отъезд дружка главного подозреваемого лишь усугубил подозрения в адрес последнего. Сработал существующий в англо-американском уголовном праве принцип: "бегство от правосудия есть признание своей вины".
Эндрю Мануэля стали искать — сначала у друзей по университету, затем у родственников, затем пошли широким бреднем по всему штату и — ничего! Потребовалось много месяцев, прежде чем ушлого студента отыскали в Аризоне. Произошло это, впрочем, лишь весной 1970 г., о чем подробнее будет сказано ниже.
Ввиду бегства от правосудия Эндрю Мануэля и полного молчания Джона Коллинза интерес следствия оказался сосредоточен на Арнольде Дэвисе. Тот, будучи другом обоих, невольно навлёк подозрения и на себя, хотя никто не мог толком сказать, что же именно можно вменить в вину Дэвису. Арнольду надо отдать должное — как следует испугавшись, он стал выкладывать о дружках всю «чернуху», какую только знал.
Так, например, он рассказал, что Коллинз не брезговал мелким воровством в округе, причём «тырил» в основном разного рода механику — велосипеды, мотоциклы, разного рода автомобильную мелочёвку. Любил человек железяки, что тут поделаешь? Дэвис сообщил следствию, что велосипед, стоявший в гараже подле дома, был украден Коллинзом буквально за неделю до ареста. Велосипед казался не очень серьёзной поживой, поэтому прокуратура довольно равнодушно отнеслась к данному сообщению, и вот тогда Арнольд Дэвис поспешил сообщить кое-что поинтереснее, а именно о краже Коллинзом револьвера из дома в городке Ливония, совершённой за четыре месяца до ареста. Револьвер был 22-го калибра, именно из такого оружия была убита Элис Кэлом. Револьвер, правда, отыскать не удалось, Коллинз явно позаботился о его сокрытии, но само по себе свидетельство было очень ценным. Помимо этого, Арнольд припомнил и кое-что ещё — по его мнению, он видел Элис Кэлом вместе с Джоном Коллинзом днём 7 июня 1969 г., то есть за несколько часов до гибели девушки! Он встретил парочку в доме на Эммет-стрит. Джон, по-видимому, пригласил Элис в гости к себе домой, но после появления Дэвиса парочка собралась и живо ушла.
Продолжая цепочку своих воспоминаний, разговорчивый свидетель показал, что Эндрю Мануэль и Джон Коллинз во второй половине июня — начале июля 1969 г. отправились на машине в поездку в Калифорнию через всю страну. И с целью обеспечить в поездке удобство и независимость от мотелей, решили обзавестись прицепным трейлером. Нет, они не купили его, как поступили бы на их месте нормальные люди — они мошеннически приобрели его, всучив владельцу поддельный чек, выписанный от имени ничего не подозревавшего студента. Чтобы усыпить бдительность продавца, Мануэль предъявил тому студенческую карточку и пропуск на территорию кампуса, которые неделей ранее Коллинз украл на пляже. В этой истории самое интригующее заключалось в том, что нигде следов украденного трейлера отыскать не удалось. Можно было подумать, что Дэвис выдумал всю эту историю, но прокурор Делхи так не считал, и следственная группа затратила много сил и времени на то, чтобы разобраться во всех перипетиях, связанных с ворованным трейлером. Кстати, в этой связи внимательные читатели могут вспомнить и телевизионное выступление Питера Хуркоса 27 июля 1969 г., в котором ясновидящий сказал, что одна из кровавых тайн «Убийцы студенток» связана с трейлером.
 
Чуть позже мы вернёмся к истории украденного трейлера и кровавой тайне поездки в Калифорнию, а пока, следуя хронологии событий, коснёмся вкратце вопроса о полноте доказательной базы, опираясь на которую, прокуратура собиралась построить обвинение против Джона Нормана Коллинза. Понятно, что тех данных, которые удалось собрать к моменту ареста подозреваемого, явно не хватало для представления дела в суде. Обвинение требовалось радикально усилить, и в течение последующих девяти месяцев окружная прокуратура затратила много сил на то, чтобы сделать это.
В целом после проверки большого количества разного рода свидетельских материалов, заявлений и сопоставления аналитических материалов улики обвинения свелись к нижеследующим доводам.
— Прокуратура по минутам восстановила перемещения Коллинза 23 июля 1969 г. и подготовила детальную карту города Ипсиланти с указанием мест, которые Коллинз посетил в тот день. Благодаря этой карте очень наглядно доказывался главный посыл обвинения: Джон Коллинз имел запас времени вполне достаточный для встречи с Карен Сью Бейнемен у магазина париков в 12:30 (или чуть позже), поездки с нею в дом сержанта Лэйка, убийства девушки в подвале этого дома и последующего возвращения к 15:45 в дом на Эммет-стрит.
— Прокуратуре удалось отыскать семерых (!) девушек, с которыми Джон Коллинз пытался познакомиться 23 июля 1969 г. на разных улицах Ипсиланти. Из этого делался вывод, что Коллинз в тот день находился в состоянии сильного сексуального возбуждения и искал потенциальную жертву. Места и время встреч с этими девушками находились в полном соответствии с маршрутом перемещения Коллинза по городу. Сам по себе факт подобных знакомств ни в чём Коллинза не уличал — ибо никто и ничто не запрещает знакомиться с девушками на улице — но по мнению обвинения сам факт подобных многочисленных знакомств являлся указанием на "косвенный умысел" обвиняемого совершить сексуальное посягательство на удобную жертву.
— Обвинению удалось отыскать и представить суду в качестве свидетелей трёх студенток Восточно-Мичиганского университета — Сандру Херреру (Sandra Herrera), Эйлин Гейл (Eileen Gale) и Мэри Томпсон (Mary Thompson) — которые независимо друг от друга дали довольно интересные показания, связанные с манерой поведения Джона Нормана Коллинза. Эти студентки хорошо знали последнего, и за каждой из них Коллинз в разное время пытался ухаживать. Свидетельницы характеризовали Джона как общительного и приятного молодого человека, но в определённый момент, когда тот считал, что ситуация допускает интимное сближение, Джон вдруг начинал настойчиво интересоваться, наступили ли у девушек месячные и есть ли сейчас кровотечение? Такой вопрос, заданный в лоб и в совершенно неподобающей манере, шокировал каждую из свидетельниц. Все трое признавали, что назойливое любопытство Коллинза производило очень отталкивающее впечатление и послужило причиной разрыва отношений. Сверившись с данными судебно-медицинских экспертиз, работники прокуратуры обнаружили интересное совпадение, ранее ускользавшее от внимания следствия — по крайней мере у пятерых жертв "Убийцы студенток" в момент убийства шли месячные, и у всех погибших отмечались в той или иной степени повреждения половых органов с сопутствующим кровотечением. По мнению обвинения, кровавые выделения из половых органов служили неким "маркером" или "спусковым крючком", каким-то образом возбуждавшим фантазию преступника и выводившим его из равновесия. Озабоченность Джона Коллинза менструальным циклом своих знакомых служила, по мнению обвинения, косвенным указанием на то, что именно он и являлся "Убийцей студенток".
— Марджори Барнс (Marjorie Barnes), соседка семьи Лэйк, заявила, что 24 и 25 июля 1969 г. Коллинз приезжал в дом сержанта на мотоцикле, который она видела стоящим либо на газоне, либо в гараже. Это означало, что обвиняемый располагал возможностью осуществить тщательную уборку дома и подвала, а также двукратную покраску пола в подвале с целью сокрытия следов преступления.