Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга VIII

В день приезда Хуркос ненадолго встретился с руководителями правоохранительных органов округа Уоштеноу и штата Мичиган. Он сказал, что устал с дороги и не может сейчас работать с конвертами, попросив перенести этот тест на следующий день. После этого добавил, что убийца находится где-то совсем рядом и не собирается от него (то есть Хуркоса) бежать. Следующее преступление убийца совершит в самое ближайшее время, не пройдёт и недели. Понятно, что такой прогноз вызвал у всех присутствовавших на встрече весьма пессимистические эмоции (кстати, даже не будучи экстрасенсом, можно было предположить с большой долей вероятности, что появление такого человека, как Хуркос, спровоцирует активность убийцы).
На следующий день экстрасенс вроде бы был готов работать. Остались диаметрально противоположные воспоминания о том, как вёл себя и что говорил Хуркос, поэтому сделать какое-то однозначное заключение довольно трудно. Тем не менее вроде бы всеми признаётся, что экстрасенс работал с запечатанными конвертами и сообщил довольно полные и даже исчерпывающие сведения об эпизодах, информация о которых содержалась внутри конвертов.
22 июля 1969 г.: Питер Хуркос (в центре) прибыл в Энн-Арбор и даёт одно из своих многочисленных интервью. Крайний слева — Начальник полиции Энн-Арбора Уолтер Красный.
Результат был сочтён присутствовавшими представителями правоохранительного сообщества вполне удовлетворительным. Хуркос не ошибся, описывая травмы и места нахождения жертв, а после того, как из конверта извлекалось содержимое, становилось ясно, что ясновидящий довольно точно описывал детали, порой даже выходя за рамки тех сведений, что содержались в следственных протоколах. Тогда же Хуркос сделал несколько сообщений, так сказать, личного характера, имевших отношение к отдельным лицам, находившимся в зале. Например, одному из детективов он сообщил о том, что газовая плита в его прицепном трейлере, с которым тот ездил на рыбалку, неисправна и её надлежит проверить из-за угрозы пожара или взрыва. Детектив в тот же вечер проверил это сообщение и на следующий день подтвердил точность слов Хуркоса — одна из двух конфорок его плиты действительно оказалась забита и не пропускала газ, что могло привести к взрыву. Эта история чрезвычайно подняла авторитет экстрасенса в глазах местных правоохранителей.
Но «чтение» улик и фотографий из конвертов, рассказы о тайных болезнях родственников присутствовавших полицейских и прокурорских чинов, а также неполадках бытовой техники в их домах являлись лишь прелюдией для предметного разговора о личности «Убийцы студенток». Межведомственный штаб ждал ответа на главный вопрос: кого надлежит искать? В течение 22 июля Хуркос несколько раз приступал к описанию личности таинственного преступника — сначала это произошло на встрече с представителями правоохранительных органов, а затем, во время вечера, организованного в одном из баров Энн-Арбора, где Хуркос дал своего рода театрализованное представление. Там Питер отвечал на вопросы из зала и, само собой, вопрос об убийце был задан. Если суммировать всё, сказанное Хуркосом на эту тему в тот день, то получался примерно такой портрет «Убийцы студенток» — это мужчина в возрасте 25–26 лет, с моложавым, незрелым лицом, почти лишённым естественной растительности. Мужчина принадлежал к белой расе и являлся естественным блондином. Рост преступника был, по мнению экстрасенса, невелик — всего 170 см, а вес — примерно 58 кг. Прямо скажем, далеко не атлант! Хуркос сначала назвал убийцу «гомосексуалистом», затем уточнил и заявил, что убийца — «трансвестит». Характеризуя мотив, которым руководствовался преступник, экстрасенс выразился довольно неопределённо — он сказал, что «Убийца студенток» является последователем некоего сатанинского культа, требовавшего кровавых жертвоприношений.
 
Межведомственный штаб принялся за розыск лица, удовлетворявшего описанию Хуркоса, а сам экстрасенс на следующий день повторил своё выступление в другом баре Энн-Арбора. Владельцы злачных мест стояли в очередь, чтобы пригласить Питера к себе, о перемещениях экстрасенса сообщали радио- и телевизионные новости, так что вояж Хуркоса в Мичиган оказался для него в любом случае весьма доходным мероприятием. Он находился в самом центре криминальной интриги, волновавшей весь штат, а о лучшей рекламе невозможно было и подумать! Тем более, рекламе бесплатной…
Однако утром 24 июля Хуркос получил письмо без подписи, в котором в довольно резкой и даже оскорбительной форме сообщалось, что ясновидящему либо надлежит уехать из Энн-Арбора как разоблачённому мошеннику, либо раскрыть преступление, о котором никто не знает. И тем подтвердить свой статус экстрасенса… Письмо тут же было представлено в Межведомственный штаб, и правоохранители резко разошлись в его оценке — одни считали, что анонимка написана «Убийцей студенток», совершившим новое преступление, а другие придерживались прямо противоположного мнения — письмо состряпал некий мифоман, надумавший дискредитировать Хуркоса. Разумеется, детективам хотелось знать мнение и самого экстрасенса — что, дескать, он сам думает о подобном обращении?
Питер считал, что анонимка написана убийцей и является своего рода вызовом. Преступник действительно совершил новое убийство (просто тело жертвы пока не найдено) и ждёт, что Хуркос покажет свой класс "детектива-экстрасенса". Это была жестокая игра, но Питер заявил, что принимает вызов негодяя. Он попросил предоставить ему телевизионный эфир 27 июля 1969 г. и обратился к местным полицейским с просьбой провезти его на автомашине по местам, где убийца прежде оставлял тела жертв. Хуркос надеялся, что ему удастся предсказать место обнаружения тела новой — ещё неизвестной — жертвы.
Такая поездка состоялась в тот же день. По её результатам Питер сделал некоторые уточнения высказанным прежде умозаключениям. Он сообщил детективам, что убита ещё одна девушка и её тело надлежит искать в районе, в названии которого присутствуют слова "Ривервью" ("Riverview") или "Ривердрайв" ("Riverdrive"). Тело помещено убийцей в канаву, но воды там нет. Местность лесистая, сильно пересечённая, рядом находится глубокий овраг. О телесных повреждениях погибшей Хуркос не мог сказать ничего определённого, но, как ему казалось, женщина подверглась сильному прижизненному избиению. Экстрасенс уточнил, что лицо погибшей полностью разбито и неузнаваемо. Убийца — молодой мужчина белой расы ростом 180 см, имеющий тёмно-каштановые волосы, это атлет, находящийся в прекрасной спортивной форме. То есть, как видим, Хуркос довольно сильно изменил описание разыскиваемого.
Служба шерифа приступила к немедленному осмотру территорий, соответствовавших описанию Хуркоса. Прежде всего, это были участки, прилегающие к дорогам "Гурон-ривер драйв" ("Huron river drive") и её западной оконечности "Вест Гурон-ривер драйв", а также многочисленные объекты, содержащие в своём названии слово "ривер" ("river" — река), как-то: кладбище "Риверсайд" и прочие (более дюжины на территории округа Уоштеноу).
Около 16 часов 26 июля 1969 г. изуродованный женский труп был найден примерно в 1800 метрах от того места, которое указал Питер Хуркос на карте, неподалёку от пересечения дорог «Риверсайд драйв» («Riverside drive») и «Гурон-ривер драйв» («Huron river drive»). Этот район уже осматривался службой шерифа в числе первоочередных во второй половине дня 24 июля, но тогда трупа в этом месте не было. Это означало, что преступник оставил там тело уже после проведения осмотра.
Тело обнаружил Конрад Мэйсон (Conrad Mason), доктор физики, руководитель крупного подразделения корпорации «Боинг», вышедший на прогулку вместе с женой. Они едва отошли от своего почтового ящика на 30 м, как Конрад увидел в кустах нечто светлое, похожее на манекен из магазина одежды. Мужчина сошёл с дороги и обнаружил обнажённое женское тело, лежавшее ничком (лицом вниз). Руки погибшей были связаны за спиной электрическим проводом в чёрной изоляции, на одной ноге трупа осталась сандалия, тело было полностью обнажено и перепачкано кровью — более Мэйсон ничего существенного не отметил.