Ближе некуда (СИ)

— Нас пустят к нему только как претендентку и ее мать, — сказала Патрон, словно прочитав мои мысли. — Мы пойдем рано утром, Стилгмар. Тебе советую приготовить какое-нибудь угощение, я позабочусь о подарках. Я боюсь, дело Лакстерна касается тебя напрямую, — добавила она с проницательностью мудрого Патрона. — Иначе бы он не стал так торопить события, настаивая на том, чтобы ты сражалась завтра. Видимо, здесь что-то срочное.
Уже совсем поздно вечером ко мне заглянули Лидилла и Керр. Они бы зашли раньше, но сначала я говорила с Патроном, а потом закрылась и приняла ванну, не отвечая на стук в дверь. Я как раз заправила углями тяжелый чугунный утюг и гладила к завтрашнему дню одну из рубашек. Пистолеты были начищены, обувь отполирована. На столике у окна лежало мое удостоверение, на развороте которого стояла печать турнира и имя Аркселя Перунки. Увидев его, Керр переменился в лице. Он подскочил к столику, схватил удостоверение и, словно не веря, вчитался в имя.
— Так это правда, Стил? Но зачем? Ты что, вдруг научилась держать оружие? Что за Арксель Перунка? Почему ты решила участвовать в Турнире? Ты лишилась… — Он осекся, увидев выражение моего лица.
— Ты нас очень напугала, — сказала Лидилла. — Ты что, собираешься участвовать в турнире, Стилгмар? Но это же опасно!
— Да знаю я! — не выдержала я, отставляя в сторону утюг и поворачиваясь к ним. — И не собираюсь я ни в чем участвовать, так просто… получилось.
Керр потряс перед моим носом удостоверением.
— Получилось, Стил? Получилось? — Он, казалось, с трудом сдерживался. — Когда нечаянно наступишь кому-то на ногу — это получилось. Когда уронишь на кого-то стакан молока — это получилось, Стил. Зачем ты ввязываешься в такие авантюры? Тебе нравится быть в центре внимания?
— Да причем тут центр внимания? — Я не понимала, почему он так злится.
— Притом, что у нас вторая практика, и ты второй раз встреваешь в какие-то неприятности, — сказал Керр, швыряя бумагу на стол. В глазах его полыхала ярость. — Тебе так понравилось торчать на заседаниях Совета? Мне нет, знаешь ли. Мне и одного раза хватило.
На языке вертелись резкие слова, но я не позволила себе сделать глупость и рассказать Лидилле и Керру о том, что «какой-то» Арксель — это сын Мастера правления. Патрон Камнри просила молчать до выяснения обстоятельств. Сжав зубы, я промолчала.
— Вы пришли воззвать к моей совести? — вместо этого спросила я. — Прошу все вопросы задать своему Патрону, Керр. Поверь, твоей репутации мой поступок не повредит. И твоей тоже, Лидилла.
— Я вовсе не имела в этого в виду… — заговорила Лидилла. — Но, Стилгмар, я не собираюсь покидать Школу, как ты. Я хочу учиться, доучиться и работать по специальности. Для меня очень важна каждая практика, важен каждый мир. Я тебя понимаю. Тебе нечего терять…
— Да причем тут это, — вмешался Керр, расхаживая по комнате туда-сюда. — Стил, если тебя убьют на турнире, тебя придется воскрешать. Если тебя придется воскрешать, придется Мастеру правления дергать архангелов. К слову, эти ребята не подчиняются Владыке, они просто делают добрые дела, потому что такова их природа, но дело здесь даже не в этом. Лидди, ты же знаешь, что за время сейчас в Белом мире.
Лидилла закусила губу.
— Скоро полнолуние.
— Именно. Мы прибываем в Белый мир как раз в полнолуние.
— И что? — спросила я.
— В полнолуние все ангелы заняты оборотнями, Стил. Это давняя история, я тебе ее как-нибудь расскажу, но сейчас знай только, что если где-то будет умирать оборотень, а здесь и сейчас станет плохо человеку, как ты думаешь, кого они будут спасать? Им плевать на людей, когда страдают их любимые домашние животные.
— Керр! — возмутилась Лидилла.
— Ну, что Керр? Короче говоря, Стил, если ты тут помрешь, я не даю гарантии, что тебя оживят. Ты вернешься в свой мир… — Он замолчал так резко, что, казалось, даже дышать перестал. — Это твоя идея, да? Ты хочешь так вернуться в свой мир?
Он покачал головой.
— А ты хитрее, чем я думал.
Я догладила рубашку, пока утюг не остыл, и повесила ее на спинку стула под взглядами Керра и Лидиллы. Потом повернулась к ним.
 
— Слушайте, ребята, я вам даю честное слово, что делаю это не потому, что мне все равно и не потому, что я собираюсь так вернуться в свой мир. Обещаю завтра вам все рассказать. А теперь — спокойной ночи.
Лидилла подошла ко мне и заглянула в глаза. На лице ее читалась тревога.
— Я… я верю тебе, Стилгмар, — сказала она, изучая мое лицо. — Надеюсь только, в этот раз не получится так же, как с миром дайт.
— Я обещаю тебе, — сказала я твердо.
— Стил, ты не врешь? — Керр приблизился и заглянул мне в глаза. — Я не хочу терять свою потенциальную восьмую жену из-за какой-то глупости.
Я даже не улыбнулась его шутке, но внутри стало легче.
— Обещаю и тебе тоже.
На следующее утро, едва первое из солнц этого мира поднялось над горизонтом, мы с Патроном Камнри отправились в дом Неяря Перунки. Я встала еще затемно, чтобы приготовить угощение — специальное сладкое блюдо, которое я должна была преподнести Лаксу в качестве демонстрации своей любви.
Я долго думала, как приготовить земные кексы из неземных продуктов, но ничего не придумала — слишком все было тут другое, и по вкусу, и по консистенции. Патрон Камнри достала откуда-то местную поваренную книгу, и вдвоем с ней мы соорудили десерт — что-то, похожее по виду на большой комок слизи с украшениями из мертвых червей. На вкус это, по заверениям Патрона, напоминало беломирскую карамель, но пробовать я не рискнула, предоставив право дегустации своему «любимому».
Уложив лакомство и подарки, я подпоясалась тем же кушаком, что был на мне вчера — его я должна была сама повязать Лаксу на пояс в знак того, что готова отдать за него жизнь. Вот и готова к сватовству. Боже, думала ли я когда-нибудь… Нет. Точно не думала. О таком — точно нет.
Я шагала за Патроном Камнри и чувствовала, как с каждым шагом все сильнее дрожат от волнения колени.
Роскошный четырехэтажный особняк, в котором проживали братья Перунка, был темен и казался пустым. Кованая ограда предостерегающе ощетинилась острыми железными прутьями. В свете утреннего солнца она казалась почти черной. Патрон Камнри уверенно отыскала калитку и, открыв ее, ступила на ведущую к дому дорожку. И только тут я увидела стоящих у самых дверей женщин с копьями. Похоже, автор учебника по культурологии Миламира не шутил, когда писал о вооруженной до зубов охране мужчин в период турнира. Это после семидесятидневного кровопролития им позволялось свободно гулять по городу, обниматься с чужими женщинами и навещать своих детей от прошлых союзов. Массовая истерия турнира была не просто опасна для мужчин — обезумевшая толпа женщин часто сносила все на своем пути в попытке добраться до чужого Трофея. Дети, рожденные не в срок — то есть, зачатые в течение семидесяти «чистых» дней турнира, считались незаконными, однако это не мешало им в будущем становиться гражданами страны и обретать соответствующие права и обязанности. Другое дело, что отцы таких детей не считали себя обязанными заботиться о них — но… это действительно другое дело.
Когда мы подошли к двери, нас сопровождали уже шестеро. Копья нацелились в спину мне и моему Патрону безмолвно и внушительно.
— Я — претендентка, — провозгласила я, показывая свое удостоверение с печатью. — Мне назначено.
Стоящая у двери высокая красивая женщина аккуратно поднесла удостоверение к лицу, достала из кармана образец печати и неторопливо сверила оттиски. Патрон Камнри подала свое удостоверение для проверки другой женщине, еще две аккуратно и методично перерыли содержимое корзинки с едой и подарком
— Арксель Перунка ждет тебя, — сказала мне высокая женщина, возвращая удостоверение. Хмурое и настороженное выражение на ее лице сохранилось. — Второй этаж, там его апартаменты. Прошу вести себя согласно кодексу турнира.
— Я прослежу за этим, — сказала Патрон. — Уверяю вас, мы приличные женщины. Все будет по правилам.