Энтропия (СИ)
— Наталья, — сказал Дмитрий Сергеевич. — Мне кажется, или они ходят по кругу?
— Нет не кажется. Идут против часовой стрелки.
— По вращению Земли, — заметил Виктор Николаевич. — Хотя это нам вряд ли на что даст ответ.
— Остальные группы так же вращаются, — сказала Наташа.
— Интересное наблюдение, — высказались из "ШТАБА". — Присутствует какое-то подобие коллективного.
— Да. И если вдруг мутация продвинет их к разумным действиям… — Дмитрий Сергеевич на мгновенье задумался.
— То теория Дарвина подтвердится, — ответили из "ШТАБА". — Что бы этого не произошло срочно разработайте антидот. Работайте круглосуточно. Всё что нужно, специалисты, материалы, оборудование, всё предоставим.
— Хорошо. Но почему такая спешка, — задал вопрос Дмитрий Сергеевич. — Нельзя ли просто всё взять и уничтожить?
— Хотели проводить наземную операцию с помощью спец войск, так как ядерный удар вероятнее всего не уничтожил бы всех заражённых, а радиоактивные инфицированные по расчётам наших учёных представляют ещё большую опасность, но пока решили от радикальных мер воздержаться. Просочилась информация что в Китае тоже произошла вспышка бешенства. Там всё секретно и поэтому мы не знаем связано это как-то с нашим случаем или нет. Сами понимаете что нам лучше самим перестраховаться, чтобы не было для нас угрозы извне. Что во второй лаборатории? Вы работаете на вскрытиях.
— Отчёт буду давать я, руководитель второй мобильной лаборатории Антонов Валерий Юрьевич, — начал мужчина. — Мы применили комбинированные хирургические инструменты и нам кое-что удалось, правда только на мышах. Для настоящего вскрытия нужен препарат. Мы хотим попросить хотя бы четыре ампулы. "ЦЕНТР", дадите?
— Не раньше пятницы, а это через два дня. Проверим действие улучшенного, синтезируем новые дозы, тогда, пожалуйста, — ответил Дмитрий Сергеевич.
— Объявите когда будут готовы мы пришлём дрон. Наталья Игоревна, дрон одолжите?
— Хорошо, — ответила Селезнёва.
В квадрате с надписью "ШТАБ" из-за стола поднялся крупный, грузный мужчина, координатор работы всего карантина. — Теперь план действий, — начал он. — С завтрашнего дня "ЦЕНТР" займётся улучшением и испытанием новых вакцин. Через пять дней нужен препарат останавливающий или замедляющий инфицированных на длительное время. Хотя бы пять, шесть часов. Вторая лаборатория начнёт работать над проблемой массового внедрения в организмы заражённых препарата. Первая продолжит мониторинг. Наблюдения над скоплениями проводить круглосуточно. О любых крупных изменениях докладывать в "ШТАБ" по прямой линии. Видео сеанс считаю закрытым.
Потух экран. Люди стали расходиться. К Дмитрию Сергеевичу подошёл Виктор.
— Дядь Дима. Я вот что думаю. Скоплений заражённых три и наших подразделений тоже три. Они все почти по нашим направлениям. Вы не находите это странным? — спросил он.
— Нет Витя, не нахожу. Мы по их направлениям будем если они пойдут именно на нас. А это маловероятно, потому что у них направлений у самих много, если они вообще пойдут куда-либо. Пойдём лучше реактивы и химические препараты к завтрашнему дню подготовим. Завтра первый полный эксперимент. Задействуем всех четверых недавно привезённых заражённых. Того, которого испытывали первым, пойдёт по отдельной программе.
Дмитрий с Виктором уже собрались уходить, но тут к ним подошёл Владимир Николаевич.
— Дмитрий Анатольевич, Виктор Валерьевич, куда это вы собрались? — спросил он преградив им путь своим немаленьким животом.
— Готовиться к завтрашнему дню, — ответил Дмитрий. — Подготовить журналы проведения опытов, препараты.
— Нет, нет, — запротестовал Владимир Николаевич. — Вы нам должны показать все помещения, которые будут завтра задействованы.
— Так ведь уже показывали, — пожал плечами Дмитрий.
— Ещё раз. Мы же не расписали маршруты. Виталий! — позвал он молодого человека, который стоял возле висящего экрана и что-то переписывал на бумажный лист, закреплённый зажимом на планшетке. — Подойди к нам! — парень подошёл. — Сегодня ты уже проходил с нами маршрут, но у нас не было с собой плана помещений и я попросил тебя распечатать несколько схем расположения боксов и модулей центра. Ты это выполнил? Карты центра с собой?
— Да, здесь, — парень поднял планшетку и перелистнул несколько станиц показывая чертежи плана исследовательского центра.
Владимир Николаевич бросил взгляд на схемы. — Хорошо. Сейчас снова пойдёшь с нами и будешь размечать маршрут нашего передвижения. Для каждого подопытного свой.
— А как их обозначать, испытуемых? Имён у них нет.
Владимир Николаевич на секунду задумался. Почесал подбородок. — Завтра мы эту проблему решим, а пока пусть будут просто под номерами.
— Тогда пойдёмте, — предложил Дмитрий Сергеевич. — Начнём с бокса номер один. Как вы помните у нас там стоят пять клеток с заключёнными в них заражёнными. Четверых наши ловцы сегодня привезли. В центральной клетке… В центральной клетке находится подопытный на котором мы вчера провели испытания штатной вакцины. И на нём, заметьте Владимир Николаевич, мы завтра опробуем улучшенный препарат, то есть завтра мы его трогать не будем. Проследим сколько времени будет действовать вакцина. Вместе с привезёнными у нас сейчас пять заражённых. Получается что все клети заняты. Одна из заражённых женщина. Она в пятой клетке.
— Виталий отметь, пожалуйста, на схеме пятую клеть буквой Ж и цифрой пять, — распорядился Владимир Николаевич. — Отметил? — Виталий кивнул. — Отлично. Так, теперь отметь третью клетку буквой М и цифрой один. Это у нас, если так можно выразится, первый реципиент. Да-а, — протянул Владимир Николаевич. — Действительно нужно им придумать какие-то имена, иначе у нас получится путаница.
— Пойдёмте уже в первый бокс, — сказал раздражённо Дмитрий поглядывая на наручные часы.
Они ходили четыре раза, продвигаясь по маршруту вывода "больных" из бокса и проведения мероприятий с ними. Засекали время перемещения, время процедур, если можно так назвать опыты над бешеными. Всё это отмечали на картах-схемах. Нужно было уложиться в пятьдесят пять минут с каждым, чтобы вернуть подопытных обратно в клетки. По продолжительности маршрутов выходило, что заражённым требовалось бы вводить по второй дозе. Третий маршрут был самый длинный. После МРТ инфицированного нужно было провести в четвёртый бокс для дальнейших испытаний. (Бокс № 4 или ГКсВФ что расшифровывается как газовая камера с вытяжным фильтром. Специальное глухое помещение, лишённое окон, с сильной вытяжкой, идущей через специальный многоступенчатый задерживающий фильтр. Имеет один герметичный вход. Предназначена для испытаний отравляющих газов на зараженных. В небольшом сообществе учёных тут же получила название "Освенцим".) После проведения мероприятия в ГКсВФ нужно было доставить бешеного обратно в первый бокс, но перед этим требовалась полная дезактивация "больного" с последующим вводом в него препарата. Тут уже подключали ловцов. Те должны были войти в модуль (естественно в костюмах химической защиты) и применить пневмопистолет чтобы опять подчинить заражённого. После чего, прямо там произвести дегазацию. Тут они, репетируя маршрут, провозились долго. Лишь поздно вечером разошлись по своим лабораториям готовиться к завтрашнему дню.
Глава 11. Лабораторная работа
Утро началось с подготовки к эксперименту. Все участвовавшие облачились в противочумные костюмы, надели специальные маски с углеродным слоем заглушающие вонь от разлагающихся тел в боксе и защитные очки. Вентиляция не справлялась и тогда решили подвести трубу небольшого диаметра (другой в наличии не оказалось) нагнетающую воздух с улицы, но это слабо помогло. Владимир Николаевич поинтересовался у Дмитрия Сергеевича, как это у него с Виктором получается не обращать внимания на запах, на что профессор ответил, что они уже принюхались и практически его не замечают. В эксперименте приняло участие одиннадцать человек. Академик, два профессора, два доцента, два старших и четыре младших научных сотрудника. На руководителях нужно остановиться поподробней. Каждый вёл свою бригаду учёных, Дмитрий Сергеевич был главным над всеми, по образованию эпидемиолог. Профессор занимался всей работай центра, но упор в его работе был на изготовление и улучшение препарата, Виктор был его заместителем. Владимир Николаевич, вирусолог, хоть и был академиком, всё равно находился в подчинении профессора. На большой земле он изучал штаммы вирусов в лабораториях. Здесь вирусологу, кроме испытательных работ, предстояло выделить и изучить штамм переносящий болезнь. Лидия Михайловна инфекционист-токсиколог, профессор. Здесь задача её отделения состояла в приготовлении на месте сильнейших комбинированных антибиотиков и всевозможных отравляющих веществ.