Мой опасный ведьмак (СИ)

— Ухты! — воскликнула я, запрыгав на месте.
Никто из присутствующих, впрочем, моего восторга не разделял. Все ведьмаки смотрели на меня еще менее радостно, чем в начале пары.
— Ну, будем считать, что ты не безнадежна, — произнес Кабан.
А затем декан без каких-либо предупреждений или объявлений, без замаха и почти не меняя расслабленной позы швырнул в меня Жернова. Точнее, не в меня, а в созданный мной щит.
Я даже испугаться толком не успела — лишь взвизгнула и зажмурилась, ожидая, когда меня красиво распилит на несколько частей, и я поэтично забрызгаю своей кровью окружающих.
Раздался дружный АХ, а потом… ничего не произошло.
Я открыла один глаз. Затем второй.
Сначала увидела Кабана, рассматривающего меня с задумчивым видом. Потом его Жернова, завязшие в моем щите. А потом второй щит, выставленный передо мной почти что вплотную. Второй щит был толще, мощнее и вообще впечатлял со всех сторон.
— Вы с ума сошли?! — возмутился Дарен. — Вы же могли ее убить!
— Вряд ли, — медленно произнес декан, продолжая рассматривать меня. — Она же под протекцией Леннарта.
Что?
— Это не повод швырять в девушку боевые заклинания в полную силу, — сказал блондин, источая убийственные эманации гнева.
Что?!
— Меня другое интересует, — произнес Кабан, словно бы мы все сейчас говорили о погоде, а не о попытках убить студента по обмену в моем лице, — на каком факультете ты, говоришь, училась в нормальной жизни?
— Факультет общей магии, кафедра Теоретической магии, — произнесла я. Вернее даже сказать пролепетала, потому что от избытка впечатлений голос как-то невовремя подвел.
— Да? — приподнял брови мужчина. — А почему?
— Люблю академические науки, — пожала плечами в ответ.
— Странно, на месте вашего ректора я бы тебя всеми правдами и неправдами заманил бы на боевой факультет.
— Почему? — удивилась я.
— Твой резерв, — ответил декан, как будто это что-то объясняло.
— Что мой резерв?
— Он ускоренного восполнения, — охотно пояснил Кабан. — Можно сказать бездонный.
Что?!!
  
Глава 17
 
Я сидела в кабинете Кабана. Звали его, кстати, магистр Гунай, и от присутствия меня на его факультете он был примерно в таком же восторге, как и я. Вот только приятное-неприятное открытие особенностей моего резерва немного изменило его отношение к моей персоне.
Ну как немного…
Ну как изменило…
Теперь я чувствовала себя не ограненным алмазом, попавшим к ювелиру. Будет малоприятно, но мне попытаются придать форму. Или сломают в процессе.
Декан тяжело опустился в кресло и несколько минут молчал, смотря на меня мрачно и задумчиво. Кабинет у него был максимально аскетичный — стены из необработанного камня, россыпь магических светильников под потолком, два массивных книжных шкафа, пара полок в одном из которых была перетянута толстенной цепью. Магические гримуары характерно шелестели, но попыток побега пока никто не предпринимал, хотя я и о таком слышала.
— Я не большой фанат политики, — негромко проговорил мужчина, — но существовать вне нее сейчас невозможно. Думаю, ты понимаешь, что обмен студентками между Магистериумом и Ковеном это очередная робкая попытка найти равновесие, что убережет всех от надвигающихся проблем. И никто здесь не сомневается, что маги прислали чудовище в юбке. Какую-нибудь помесь универсального бойца и вертихвостки. Мы им отправили кошмарную ведьму и даже немного вздохнули с облегчением, когда она отчалила. И ожидали аналогичную девицу в ответ. Но ты не такая.
— Уверены? — спросила я с вызовом.
Рассуждения декана были не лишены логики, и я была вынуждена с ним согласиться. Чего я не понимала, так это с чего такая доброжелательность?
— Вполне. Во-первых, ты не стала юлить, хитрить и искать способы извернуться на практике боя. Ты понимала, что там опасно, и выбрала единственное верное решение — сбежать. Если бы у тебя были хоть какие-нибудь навыки, ты бы чувствовала себя комфортно. Во-вторых, аркан, который я тебе предложил, никто из студентов не изучает. Это высшая магия. Те, кто учится у вас на боевом чисто механически бы допустили ошибку в его воспроизведении, потому что этот аркан содержит нестандартный элемент. А привычка — вторая натура.
  
— В чем же выгода была отправлять меня к вам, раз я такая безнадежная?
— Магистериум отчитается императору, что отправил к нам лучшую студентку, а она не прижилась, не доучилась, трагически погибла при невыясненных обстоятельствах — выбери любой вариант. И политику сближения снова отбросят на пару десятков лет.
— А Ковен не заинтересован в сближении больше Магистериума? — приподняла я брови.
— Нет, — покачал головой декан, — Ковен заинтересован лишь в дополнительных свободах, которые император может нам выписать. А для этого нужно стать незаменимой силой. Что несколько осложняется существующими проблемами… но это опять-таки скучная политика. Меня интересует другое — почему ты не знала про особенности своего резерва? Вас не тестируют при поступлении?
— Тестируют боевиков, — нехотя ответила я. — И тех, кто идет на факультеты с активным оперированием магии. Среди моих же одногруппников в основном… — я замялась, не зная, как корректнее сформулировать.
Но Кабан политкорректностью не страдал.
— А среди твоей специальности в основном слабосилки, — закончил мужчина за меня мысль.
Я лишь молча кивнула, а Гунай задумчиво забарабанил по столешнице.
— Бесконечный резерв у магов — это большая редкость и невероятная ценность. И передается по крови. Ты сирота?
— Нет. Моя мать слабый маг, как я. А отец… — я запнулась, внезапно осознавая собственную жизнь в ином свете.
— А отец наверняка погиб при исполнении. Ты получила квоты на образование, как дочь боевого мага, и мать, не желая, чтобы ты последовала по стопам погибшего мужа, нежно подтолкнула тебя в сторону академических наук.
— Откуда вы знаете? — хмуро спросила я.
— Для этого не нужно быть гением, — усмехнулся декан. — Странно только что ваш ректор прощелкал. Это же наследственное.
— Мать взяла девичью фамилию после гибели отца, — нехотя ответила я. — Наверное, канцелярия поленилась отчитаться по моим документам при поступлении.
— Какая потрясающая бюрократическая ошибка, — восхитился Гунай и снова замолчал, что-то обдумывая.
Прошло не меньше четверти часа, прежде чем декан снова заговорил. За это время я успела мысленно составить матери гневное письмо, рассмотреть все корешки гримуаров и, клянусь, мне не померещилось, с одним из них поиграть в гляделки.
— Ладно, поступим так. В отличие от некоторые власть имущих, я хоть и далек от политики, но зато близок к народу. И считаю, что сближение с магами принесет свои плоды. Поэтому, твоя задача — стать сносной студенткой на моем факультете.
— Но я же теоретик! — воскликнула я, с ужасом воображая перспективы.
— А я — боевой ведьмак в отставке, но подтираю сопли малолеткам, — парировал декан. — Мало кто занимается тем, чем хочется по жизни. Вот ты, если бы знала, что твоя магия бездонна, стала бы чертить формулы в тетрадке или бы занялась чем-то поинтереснее?
На этот вопрос мне пришлось промолчать, потому что ответ был очевиден. Никто не откажется от магии добровольно, это идиотизм. Но идти на боевое направление…
— Здесь тебе мало кто поможет, — мягко проговорил Гунай, увидев мое смятение. — А кто поможет — постарается использовать в своих интересах.
— Вы не исключение.
— Не исключение, — согласился декан. — Зато говорю об этом честно. Ты будешь учиться боевой магии. И заставишь Магистериум подавиться ядом, когда вернешься с дипломом ведьмачьей Школы. За это время научишься оперировать своей магией и, при необходимости, получишь еще одно высшее образование по другому профилю в родной академии. Как перспектива? Заманчива?
Очень.
— Я приставлю к тебе кого-нибудь из толковых студентов, — продолжил декан, не дождавшись моего ответа. — И по возможности сам буду контролировать твой прогресс. Заниматься лично, увы, не получится. Это вызовет много неудобных вопросов, в основном со стороны моей жены, — хмыкнул Гунай. — Договорились?