Тропы Подземья (СИ)

— Я смогу помочь вам так еще максимум пару раз, — добавила Мора
— Ты себе помогаешь, — возмутился Сай. — Оно бы и тебя порвало.
— После этого моего превосходства в уровне будет недостаточно, чтобы быстро создать печать трясины. Мои желания здесь не при чем, ворон.
Шепчущий голос Кикиморы был почти нормальным.
Море Тишины — удивительное место. Мы медленно плыли высоко над ним, иногда поднимаясь к далеким сводам пещеры, где монорельс крепился к камню, или опускаясь так, что казалось, будто бы кроме едва заметной медной ветви и нашей летающей комнатки более нет ничего. Похожее ощущение у меня было на первой станции, когда мы только начали идти воздушной вороньей тропой.
На бесконечной воде внизу не было волн и едва угадывался запах. Рыба в воде если и водилась, ни разу никак не подала о себе знать, хотя Сайрис заверил, что в нем полно существ, которые не прочь сами поохотиться на нас. Ходили легенды о существах с уровнями за гранью нашего воображения. Твари с девятисотым уровнем. Бессмертные монстры. Осколки павших богов, слившиеся в чудовищ, способных бросить вызов древним магам.
Древняя битва волшебников — вторая по популярности легенда среди сиин. Бездушным богом пугает своих детей одинаково и ворон, и змей, и свинорылый гверф. Это истории о волшебниках, что свободно ходили между мирами и могуществом своим были равны богам. Конечно, это было так давно, что вполне может оказаться неправдой — еще до безумия бога-чудовища.
Но если легенда правдива, то однажды они вернутся в наш мир, чтобы стать сильнее, сражаясь с такими тварями. Некоторые верят, что существование древних чудовищ нужно как раз для их великого турнира, чтобы стать с их убийством еще сильней.
— Гляди-ка, — тихо произнес Сайрис, осторожно указывая далеко вниз.
— Я отсюда ничего не увижу, ворон, — о том, чтобы просить баф у Моры и речи быть не могло. — Что там?
Обернувшись зверем, я принюхался и прислушался, но не почувствовал ни звука, ни запаха.
— Какая-то мелкая тварь со скрытым уровнем плывет на брюхе дохлой хреновины размером небольшой остров. При жизни у нее точно уровень был не меньше пяти сотен. Ж-жуть. Ох ёб!
Сайрис испуганно пригнулся, а его сердце застучалось так, что в звериной форме я услышал барабанную дробь.
— Он только что посмотрел в мою сторону, — прошептал он одними губами.
— Брось, нас снизу не может быть видно, — ответил я ему чтобы успокоить.
— В Подземье возможно все, — не упустила случая уколоть ворона Мора. — Ни одному из живущих ныне народов всего не ведомо о чудесах великого отца.
Сайрис не ответил. Решив не терзаться догадками, он вновь осторожно выглянул через разбитое окно вниз.
— Кажется, чисто. Ни большой ни мелкой хреновины нет. Но не могло же мне показаться такое..? Хотя черт его знает.
Призвав карту, я нашел наш маршрут и с горечью осознал, что мы не преодолели пока и половины пути по морю Тишины.
Никогда прежде не думал, что отсутствие звуков, необходимость поддерживать тишь и крохотная замкнутая комнатка с двумя другими разумными может быть близка к пытке. Хотелось просто выть от тоски.
— Мора, может, расскажешь нам какую-то легенду, чтобы было не так скучно?
— Какую легенду хочешь услышать ты, Лиин? — в голосе болотницы была насмешка. — О безумном волшебнике, что создал второе солнце? О богах, что рождены стать пищей для монстра? О таинственных микотах, живущих на дне Подземья?
— А есть что-то о Каменном Облаке? — вдруг спросил Сай, оторвавшись от изучения лишенного волн моря.
— Возможно, ворон. Зависит от твоей платы за это.
— О, Мора, не начинай, а то снова буду звать тебя хорьком. Какая к чертям еще плата? Ты скоро окажешься там вместе с нами, и если я не буду знать о возможных сюрпризах, то скормлю этим сюрпризам в первую очередь тебя.
— Тихо. Я чую что-то.
Кикимора с вороном резко притихли, а я изо всех сил принялся вслушиваться в окружающий мир. Снова встал соблазн вбить все благословения навыков в сонар, но я удержался. Где-то в полукилометре от нас слышались едва различимые звуки. Нечто вроде шлепоков по воздуху. Очень редких шлепоков.
 
Нос защекотал кисловатый и смутно знакомый запах. Недавно я уже чуял нечто подобное.
— Господин Сай, к вам гости. Не меньше дюжины крылатых гостей в цветах индиго.
Болотница едва заметно вздрогнула при моих словах.
— И ты туда же, нашел время учиться искусству клоуна, — хмыкнул ворон. — Скаты, да? Ну, тогда бояться нечего. На еще одно пламя ненависти мне хватит.
Я встал, вновь оборачиваясь двуногим. В прошлый раз мое заклинание ничего не дало. Может, в этот? Или его нужно накладывать на союзника? Нет, это я проверять сейчас точно не буду.
Сайрис посмотрел в указанную мной сторону через прицел триспа, но во мраке с такого расстояния ничего рассмотреть невозможно даже для него.
— Мора, а у тебя нет какого-то подходящего зелья?
Ответом стала новая тишина.
— Летят, — шепнул ворон, делая выстрел. Затем быстрая перезарядка — и новый выстрел. На такой высоте паралич равносилен смерти. Послышался третий выстрел, после которого ворон, наконец, поднял левую руку и сжал в кулаке:
 
— Пламя ненависти.
 
Меня вновь обдало волной страха, захотелось немедленно спрятаться и закрыться от всего, но я призвал инфо и сделал то, что давно должен был сделать.
 
Характеристика «воля» повышен. Текущее значение — 8.
 
Постепенно стало легче дышать. Страх уходил, оставляя странное ощущение удушья и боли в груди. Сердце билось, как у загнанного в угол зверька, и все это — результат не моих реальных чувств, а косвенного свидетельства магии Пустоты. Если проклятая стихия настолько ужасна, то не могу даже представить, как ворон проходит через это каждый день. И что я точно не хочу — так это оказаться на его месте и перестать быть хозяином в собственном разуме.
С грохотом в вагонетку ударилось несколько жирных лазурных тел скатов.
— Какого хрена вы не дохните как положено? — возмутился ворон и повторил свою магию.
Меня в этот раз не так проняло из-за близости к источнику пустоты, и я смог заметить, как все его тело едва заметно подсвечивается лиловым, впитываясь внутрь. Схожим образом подсвечивалась синхронизация у магов других стихий. Видел как-то похожее с магом природы, что вопреки слабой склонности нашего народа пытался идти путем друида. Только что близость к проклятой магии в душе Сайриса стала чуточку выше.
За окном обернулся вязким пламенем готовившийся залететь внутрь длинный скат с синим брюхом. Существо было сильнее и больше встреченных возле тоннеля, а его уровень достиг пятидесяти. Если бы не проклятая сила ворона, мы бы ни за что не справились с ними. Даже с триспом.
Убедившись, что бой окончен, Сайрис вынул из инвентаря устройство для курения и принялся дрожащими руками заталкивать в него кристаллы. Лицо его было бледным, хоть он и старался не подавать виду.
А затем послышался кашель. Между нами с Кикиморой медную оконную раму украсила кровь ворона. Тяжело держась за стены металлической комнатки он пытался прийти в себя. Вид у него был при этом был таким, словно только что в него влили зелье алхимического огня или кислоты.
Затем, кое как поднявшись на ноги, он выглянул в разбитое окно, в кровь разрезая себе пальцы.
Я был так поражен, что не сразу сообразил броситься ему на помощь. Ворона стошнило, после чего силы вдруг разом его покинули и только благодаря мне не свалился на пол. Глаза его остекленели, однако сердцебиение было. Напротив, оно ускорилось до неестественных даже для стресса частот.
— Мора, дай зелье лечения!
— Ему не поможет зелье, Лиин. Он или справится с этим сам или нет. Ворон зашел слишком далеко и теперь его дух ждет испытание.
— Испытание? Что ты имеешь ввиду? Он же… не умирает?
— Я не знаю, Лиин, — в голосе ее послышалась легкая грусть, но не по ворону, а от чего-то совершенно иного. Взгляд ее устремился в этот момент куда-то вдаль темноты пещерных сводов над морем Тиши. — Помнишь, ты просил меня рассказать тебе легенду?