Фаворит смерти 3 (СИ)

— Насчет этого не переживайте, — улыбнулся я, вспоминая мегалит — его мощи, думаю, вполне хватит.
Стаханова вопросительно посмотрела на меня, но потом тут же покачала головой.
— Не говори откуда. Мне это не нужно знать.
— Так вы поможете? — почти шепотом произнес я. — Хотя бы подскажите, как это сделать.
— Это очень сложная процедура, там необходима определенная подготовка.
— У меня выбора нет, — пожал я плечами. — Либо я сделаю это сам, либо Ольга погибнет.
Стаханова напряженно молчала. В ее глазах горело сомнение — она думала, как поступить. Помочь мне и лишиться лицензии. Или отказать?
— Я… — доктор не успела ответить до конца.
В дверь постучали — громко, кулаком.
— Кого-то ждете? — спросил я.
Стаханова покачала головой.
— Нет, никого.
Тогда кто же это?
В дверь вновь стукнули — на этот раз ногой. Командный голос рявкнул:
— Откройте! Немедленно!
  
Глава 14
 
— Это с Министерства! — злобно пошипела Стаханова, глядя в глазок. — Черт, выследили!
— Это я их привел! — сокрушенно произнес я. — Прости! Я не хотел!
— Ты не виноват. Ты действовал в интересах своей семьи. Это единственный верный и правильный путь. А вот я поставила свою карьеру выше того, чему должна служить — выше здоровья людей. Забыла, для чего изначально начинала все это.
Стаханова переменилась в лице. На мгновение ее стальной непробиваемый вид вдруг куда-то ушел, она стала обычной женщиной, вполне даже симпатичной. Но сквозь эту красоту отчетливо проглядывалась грусть.
— Давайте, я уйду через черный выход, а вы скажете, что меня тут и не было, — предложил я, поглядывая по сторонам — черный выход же есть в этом доме? — Я создам магическую сеть, по которой они не смогут понять, что я был. Они и не поймут…
— Нет, — отрезала вдруг Стаханова. — Пусть идут к черту вместе со своей лицензией! Я не буду предавать свои принципы. Я иду с тобой. Пошли через черный выход.
— Но ведь…
— Не спорь, — перебила меня она. — Я так решила. Не хочу потом всю жизнь мучиться с совестью, что предала тех, кого множество лет лечила. Я ведь роды принимала всех вас — Александра, Егора, Ольги, тебя.
Я невольно задался вопросом, сколько же лет Стахановой?
— А теперь настало время выбирать. И выбор я свой сделала.
— Хорошо, — кивнул я, понимая, что спорить со Стахановой бесполезно.
— Пошли, — кивнула она и повела к черному выходу.
В дверь уже ломились. Деревянные косяки жалобно скрипели, но держались до последнего. За дверью грязно матерились.
— Откройте! Немедленно!
А потом раздался оглушительный удар, и деревянная преграда разлетелась в щепки.
— Думаю, даже если бы я там осталась и наврала, что тебя здесь не было — это бы уже ничего не поменяло, — произнесла Стаханова, заводя меня в какой-то закуток под лестницей. — Сюда!
Мы выскочили в маленький проход и оказались в небольшом дворике.
— Постойте! Надо проверить! — я остановил Стаханову, первый юркнул вдоль забора из кустарника, чтобы убедиться, что все чисто.
Министерство здоровья такого опыта задержания людей не имело, как Министерство спокойствия и потому черный выход был свободен.
Я подал знак Стахановой и мы бросились прочь от дома.
— Моя машина… — начала врач, но я покачал головой.
— Она наверняка уже охраняется пришедшими, впрочем, как и моя. Вызовем такси. Только отойдем дальше.
Осторожно, стараясь не быть замеченными, мы прошли через узкие улочки и дворы, остановились возле кафе, где собралось немного народу, и где можно было с ними слиться. Вызвали такси.
— Поехали к тебе, — уверено сказала Стаханова.
— Хочу предупредить заранее, что у меня в доме не спокойно — некоторые личности, типа Герцена, порой нападают без предупреждения! — улыбнулся я.
— Мне уже нечего боятся! — махнула рукой Стаханова. — Лицензии меня наверняка уже лишили, так что все к черту! Готова биться об заклад — уже после второго стука лицензия была аннулирована. Радует одно, что отец твой, Петр Вяземский, никогда меня деньгами не обижал и у меня имеется скопленный некоторый капитал, который позволит мне нормально существовать много лет, — Стаханова улыбнулась. — Наверное, поэтому я так легко согласилась на такой шаг! А насчет лечить… я могу это делать и без лицензии.
 
Стаханова вопросительно глянула на меня.
— Конечно! — поспешно кивнул я. — Нас вы можете лечить и без лицензии. Мы вам доверяем.
— Спасибо!
Таксист приехал быстро, забрал нас и повез в дом.
Там уже встречали Нианзу и Ольга.
Я ожидал опять каких-нибудь дрянных новостей, но родные на мой немой вопрос лишь пожали плечами.
— Мы просто гуляли по саду, — ответила Ольга.
Хотя было видно, что она допытывала Нианзу, и причина расспроса была одна — наша стычка с Александром.
Слуга был растерян — допрос дался ему нелегко. Все время нашей битвы с братом он был в доме, заперт в комнате, и навряд ли что-то видел.
— Ольга, — я взял сестру за локоть. — Нам надо поговорить.
— Нам — это кому? — спросила Ольга, подозрительно глядя на Стаханову.
Кажется, она понимала, что доктор тут не с проста.
— Нам троим, — пояснил я.
— Я не хочу.
— Придется. Вопрос касается твоей безопасности.
Это еще больше смутил сестру. Она, скорее всего, ожидала несколько иной разговор. Что же, и его тоже придется сегодня начать — подумал я, поглядывая на живот Ольги.
— Если безопасности, то хорошо, — растеряно ответила Ольга. — Пойдемьте ко мне в комнату.
— Максим, — мягко произнесла Стаханова. — Полагаю, нам будет комфортнее, если мы останемся вдвоем — я и Ольга. Общую суть вопроса ты мне рассказал, так что твое присутствие не обязательно.
— Понял, — кивнул я. — Тогда я останусь тут.
Девушки поднялись наверх.
— Что случилось? — спросил Нианзу. — Ольга заболела?
— Захворала, — расплывчато ответил я.
Китаец кивнул.
— Максим Петрович, не желаете чего-нибудь перекусить?
Есть и в самом деле хотелось, но сначала нужно было принять наемником — глянуть состав, расставить по местам. Все-таки Герцены могли атаковать дом в любой момент.
— Приготовь что-нибудь, — ответил я. — А я чуть позже подойду в столовую.
— Как вам будет угодно. — Поклонился Нианзу и ушел в кухню.
Спустился Бартынов. Запасы алкоголя были им найдены, и он уже был в изрядном подпитии.
— Максим! — увидев меня, произнес он.
— Вы опять начали? — спросил я, кивая на бутылку в его руках, уже наполовину опустошенную.
— Я совсем чуть-чуть, чтобы не грустить, — ответил тот. — Тут у тебя совсем тоска.
— Не помешает ли вам хмель в глазах увидеть смерть Герцена-младшего? — жестко спросил я.
Это подействовало. Бартынов аж встрепенулся. Поставил бутылку на столик, кивнул.
— Да, ты прав. Что-то опять меня начало заносить. Все, завязываю, — он потер лицо, пару раз отвесил себе звонкие пощечины. — Буду в трезвом уме. Иначе опять в бессознанку провалюсь.
— Хорошо. Давайте лучше займемся расстановкой сил. Вы сказали, что видели несколько слабых мест у меня на территории.
— Верно, — кивнул Бартынов. — Слабых — это еще мягко сказано. Как еще при первой атаке эти уроды не пронюхали их? Если бы узнали — уже бы и не было дома. Пошли, покажу.
Расстановка наемников заняла весь день. Мы разделили их на пять бригад, в каждой по десять человек, расставили по периметру. Потом перешли к бойцам клана Бартынова. Те воины тоже оказались весьма подготовленными. Они заняли весь северный участок.
Дальше отработали систему связи — связали наемников и бартыновских в одну сеть, вывели центральный канал на мою рацию. Несколько раз проверили вызов и придумали позывные. Определились с схемой дежурства.
Потом, когда мы уставшие, но довольные собой и той работой, которую проделали, вернулись с Бартыновым в дом, начали приходить известия.