Железная Дева (СИ)

— Брис? Какова обстановка?
И тишина. Он меня слышит, но намеренно игнорирует. Я нутром чую, он ещё жив, но занят так, что даже на связь не успевает выйти.
— Брис?
…
— Крин? — я опустила визор, проверив статусы своего отряда. Все числятся в списках живых, но показатели здоровья планомерно падают вместе с количеством патронов. Через несколько минут каждый из нас опустеет в ноль, поставив под угрозу выполнение задания.
Крин так же не ответил, я соединила канал с сёстрами.
— Грет? Мета? Илма?
И они не отчитались, но пыхтение трёх до смерти уставших девушек зазвучало у меня в ушах. Прям вижу, как с пеной у рта они отбивают орды Сарсуров, стараясь изо всех сил ни сантиметра не отдать тараканам.
От командования краткое сообщение, и я прочитала полностью не сразу, но первые слова обрушили внутри что-то важное для меня. Вера пошатнулась, и уже без прежнего рвения я уничтожала тараканов, окруживших меня одну единственную на большом участке голубоватой земли.
«Генерал Пира. Приказываю отступать. Количество Сарсуров превысило любые показания Сканировщиков и Разведчиков. Для минимизации потерь мы выставим заслон из Рядовых, чтоб остальные войска смогли покинуть базу и каньон во избежание полного провала операции. Спасибо, и удачи вам»
Я читала эту чушь, пока одного из тараканов превращала в кашу. У него давно треснула хитиновая спинка, и ножки согнулись, прекратили любое движение. Я делала то, что любила больше всего в этой жизни. То, что делала лучше всех остальных. Делать кроме этого ничего толком не умею, и вот меня просят бросить операцию, потому что кто-то ошибся с расчётами. Не могу позволить дурачкам, не особенно-то и умеющим держать пистолет в руках, решать за меня, когда наступать или покидать поле боя. Я послала своему отряду короткое сообщение, после чего подняла визор и окончательно сконцентрировалась на тараканах.
«Все ко мне!»
Кто откуда, но Крин и Брис прорвали толстую стену тараканов и встали рядом. Я уже не одна в этом кругу, и оба моих фланга прикрыты. Сёстры же спустились откуда-то с неба, на последних обоймах превращая насекомых в нечто отдалённо похожее на живых существ. Валькирии кричали, ругались, но в голосе каждой с безумной силой сквозила уверенность, что мы победим. Если не мы, то никто. И собравшись в отряд из всего лишь шести человек, мы всё ещё удерживали позиции, не давая Альфе и на секунду подумать, что он победил нас. Ни числом, ни стратегией, я не дам им…
Земля знакомо затряслась. Глухие удары камня о камень забрали на себя всё внимание. Я знала, что это значит, пусть до конца не могла поверить, пока уже практически родной таракан гигант не появился перед нами. Он стоял на задних лапах и торчал из каньона как бог среди всех существ, что бродят по Венере. Я, впав в благоговейный ступор, уставилась на величественного Сарсура, что медленно склонял к нам свою бесконечно огромную голову.
— Пира! — крик Бриса оглушил меня, и следующие слова моего ближайшего помощника быстро канули в треск повреждённых ушных перепонок. — Бежим! Спасайся… он нас…
Тараканы вокруг расступились, нам предоставили целое плато. Шикарный стол для короля Сарсуров — шесть лучших воинов Бирюзовой армии, что практически одержала полную победу над насекомыми. Сёстры впали в жуткую истерику. Они плакали, но я, уже оглохшая, слышала только обрывки их мольбы о спасении. Крин бросил секиру и упал на колени рядом. Ни одного звука от него, или же он просит про себя, чтоб всё быстрее закончилось. Брис уже рванул было в сторону, но я, пусть и с усилием, но удержала его на месте.
— Не глупи! Мы погибнем! — уже в другое ухо, и всё вдруг стихло. Знаю, что грохот стал только сильнее, ведь таракан-исполин наклонился к нам поближе, опёршись лапами о край каньона. Жгучий смрад его дыхания больно облепил кожу, и Брис, закрыв лицо, свалился у моих стоп. Одна я стоять осталась, зная, что приму это как данность, как логическое завершение всей моей прошлой жизни…
…я ведь всё ещё была заперта, и он ничего с этим поделать не сможет. Куда ему? Взломать дверь ни по силам, ни по уму для обычного санитара клиники, что воняет спиртом и таскает эту вонь с собой повсюду. В каком-то смысле мне повезло, что он с работы приносит разные инструменты, в том числе достаточно острые. Для чего он их использовал в пределах нашей маленькой квартиры — понятия не имею, но сейчас каждый из них в моём распоряжении.
 
Я поднялась к зеркалу, увидев там незнакомую улыбающуюся девушку. От слёз её глаза опухли, губы превратились в две налитых кровью толстых полоски. И она всё равно щерилась, подтягивая уголки рта к ушам. Я отодвинула зеркало, за ним — ящик с инструментами из клиники. Это не бритвы, но тонкие острые лезвия там есть. Я сломала одну об край ванны, и металлические малышки свалились на влажный коврик. Наступила на жгучий металл, тут же из стопы тонкой струйкой брызнула кровь. Я не расстроилась, ведь именно этого и ждала.
Аккуратно подняв одно из лезвий, залезла в ванну и включила душ. Специально сделала горячее, чтоб вены расширились и кровь быстрее забегала по телу. Мокрые волосы липли к лицу, мешали смотреть, что я делаю. Пришлось наугад подставлять лезвие к предплечью, лишь по холоду железа понимая, где проведу новую линию по телу. И Солнце знает, что далеко не первую.
Было тяжело в этот раз. Он словно оказался более серьёзным, почётным, что ли. Я впервые в жизни так хорошо понимала, почему хочу эту же жизнь и прекратить. Перестав реветь навзрыд, задержала дыхание, погрузила лезвие поглубже в кожу и с оттяжкой рванула к локтю. Кожа легко расстегнулась, тепло тут же сместило свои акценты. Весь жар сконцентрировался на левой руке, откуда толстой заслонкой в ванну закапала кровь. Окаймляя всё предплечье, она пульсировала, иной раз даже выпрыгивая из вены. Я как заворожённая наблюдала за этим, наслаждалась. Я знала, на его ВЕРИ-СМАРТ пришло сообщение, что моё состояние здоровья резко ухудшилось, сердцебиение постепенно сбавляло обороты. Он далеко не дурак, чтоб догадаться моментально, что я планировала сделать, только включив душ.
Но он не приходил, и я сидела сама с собой. Ванна не успевала наполняться, в сливе багровые линии смешивались с проточной водой, придавая розоватый оттенок белой эмали. Я чувствовала себя законченной дурой, и полупрозрачная пелена накрыла глаза. Пришлось отбросить лезвие, которое изрезало пальцы, и выйти из ванной. Чем быстрее из меня выходила кровь, тем скорее я хотела вернуться к жизни. Пусть и не прежней, но хоть какой-то. Я еле прошагала до двери, дико боясь её открывать. Он будет злиться, он будет кричать, и в его воплях не будет заботы. Он станет ругать меня за то, что я оказалась достаточно тупой, чтоб действительно поранить себя так жестоко.
И я правда открыла дверь. Металлическая заслонка пропала. И даже если сама отправлю запрос в Совет о помощи, он будет называть меня слабой, безвольной, трусливой. За мной в коридор выполз толстый столб пара. Здесь прекрасно слышу, как кровь капля за каплей разбивается об пол. Его шаги рядом, он прячется за дверным косяком и ждёт, что же я буду делать дальше. Я из последних сил отправила в Совет мольбу, чтоб мне не позволили умереть. Галочка о прочтении пришла, тут же прибыл и ответ — «Помощь в пути. И желаем вам удачи!». Сделав на тот момент абсолютно всё, что хотела, я со спокойной совестью решила отдать себя обмороку, даже при условии, что он припёрся со смертью под ручку. Сползая спиной по стене, я успела заметить, как он стоял рядом и улыбался…
…божество среди Сарсуров прижало челюсть к земле и как бур устремилось к нам, глотая почву, камни и металл на своём пути. Я расставила руки в стороны, прекрасно зная, какая тьма ждёт впереди. Пасть таракана поглотила меня, и мир вокруг перестал существовать.
  
Часть вторая. Нежное нутро. Глава 1
 
Плотные живые стенки туго обтягивали тело. У большого рта оказалось очень маленькое тонкое горло. Лишь прижав руки к бёдрам, я еле протискивалась по пищеводу Сарсура-великана, решившего попробовать меня на вкус.