Эрхольский пленник (СИ)

— Тебе это интересно? — с удивлением спросил Сай.
— Конечно! Я же культуролог! И только вынуждено… солдат.
Сай едва заметно улыбнулся и встал.
— Я был бы очень рад всё там тебе показать.
К облегчению Киры, когда корабль всё-таки открыл шлюз, оказалось, что он совершили «посадку» на плоской поверхности, а не посреди воды.
Над головой плавными струями переливался океан и сверкали в тусклом свете непонятного происхождения тела глубоководных рыб.
Оглядевшись, Кира поняла, что светятся плывущие по воздуху желтоватые шары. Под каждым имелась стойка-постамент, так что всё сооружение могло бы напоминать старинный земной фонарь, если бы не тот факт, что светящийся элемент не соединяли с подставкой ни провода, ни даже просто опоры.
— Они ещё работают… — тихо, задумчиво сказала Кира.
— Это интересно, — подал Максим голос из-за её спины. — Каков должен быть ресурс накопленной загодя энергии, чтобы светильники продержались двадцать лет? Боюсь, эрхи за одно это кого угодно будут пытать и убьют.
При упоминании пыток Сай лишь слегка повёл плечом.
— Думаю, они среагировали на наше появление. Оставить свет в брошенном городе, двадцать лет впустую расходовать запас — не в стиле леронов.
— Это только полвопроса, — продолжила Кира за мужа. — Если работает освещение на улицах… Скорое всего активны и другие важные объекты. Скажем так, «стратегического» назначения.
— Я на это надеялся, — признался Сай. — Иначе нам бы пришлось положить немало сил, чтобы выйти с «ушедшими» на связь.
— Есть какой-то приёмник, — предположила Кира. — А я всё гадала, как ты собираешься это осуществить…
— Именно так. Нам оставили возможность попросить их о помощи. — он помолчал и добавил: — Вот только я уже не знаю… услышат ли они нас.
Весь разговор происходил в шлюзовой камере звездолёта, уже выбросившего трап. Сай первый, не дождавшись разрешения, зашагал по ступенькам вниз. Оказавшись на земле остановился, и на всякий случай удостоверился, что она не проваливается под ногой.
— Всё в порядке, — крикнул, оборачиваясь. — Здесь всё как на земле. Разве что море над головой. Можно и стоять, и дышать.
Кира стала спускаться следом за ним, и когда между ними оставалась пара ступенек, Сай вдруг подхватил её на руки и осторожно поставил рядом с собой. Кира только и успела, что ухватиться за его шею, чтобы удержать равновесие.
— Ты что это? — поинтересовалась она, еле сдерживая улыбку.
Сай внимательно смотрел на неё, и Кира с трудом могла поверить, что это смотрят глаза того же человека, которого ей отдали на допрос. Сай улыбался, и в зрачках его светились нежность и тепло.
— Я почти не надеялся… — тихо сказал он. — Что вернусь сюда когда-нибудь. И тем более — что смогу показать это место женщине, которую люблю.
Кира замешкалась, в кои-то веки не зная, что сказать в ответ, но сухой кашель за спиной в любом случае прервал её, не дав открыть рот.
— Вы не могли бы не целоваться хотя бы на проходе? — поинтересовался Максим. — Начинает раздражать.
  
23
 
Они неторопливо шли по улицам опустевшего города.
Кира и Сай — рядом, плечом к плечу. Максим — на несколько шагов позади.
Кира с интересом рассматривала гладкие фасады зданий, такие непохожие на сверкающее великолепие наземных городов Эрхола. И в то же время они не были лишены ни украшений, ни изящества. Тут и там встречались остатки скверов с пустыми постаментами. Не сразу Кира поняла, для чего они предназначались — только когда Сай подошёл к одному из них и принялся задумчиво переплетать руками потоки ментальной энергии.
— Ты говорил, эти иллюзии могут существовать долго… — тихо сказала она, разглядывая образовавшееся в воздухе видение — замысловатый узор символов, не имевший для неё никакого конкретного значения.
— Долго, но не вечно, — с горечью отозвался Сай. — И как правило они погибают вместе со своим создателем.
Кира ошарашено посмотрела на него.
— Ты хочешь сказать… Что по этой причине от искусства леронов не осталось ничего?
 
— Не совсем ничего, — отозвался Сай. — Некоторым удаётся преодолеть собственную смерть. Частички их души продолжают жить в образах, которые они создали. Но таких творений всегда было мало. Возможно там, куда мы идём, нам удастся увидеть некоторые из них.
Несмотря на горечь ситуации от мыслей о такой перспективе у Киры загорелись глаза.
— А это… — спросила она. — Что ты изобразил?
— Это знак времени, — голос Сая снова стал тихим и задумчивым. — Это одно из стандартных плетений, которым учат всех учеников. Знаки, обозначающие абстрактные явления, которые нельзя изобразить напрямую. Их вплетают в картины, основанные на образах окружающего мира, чтобы придать им другой уровень смысла. — Сай помолчал и поправил себя: — Вплетали.
Отвернулся и пошёл дальше.
Кира беспомощно оглянулась на Максима, но тот как будто бы был погружён в собственные мысли и не заметил её взгляд. Девушка отвернулась и поспешила следом за лероном.
— Куда мы идём? — спросила она.
— Если ты позволишь… Я бы хотел для начала пройти теми улицами на которых жил.
— Конечно… — Кира растерялась, Всё время, пока они обсуждали эту экспедицию, речь в первую очередь шла о том, что она может спасти Саю жизнь, во вторую — о том, насколько важны могут быть открытия, которые им удастся сделать в этом подводном городе… Но только сейчас Кира начинала понимать, что перед ней не только стратегически важный объект и культурное наследие, но место, где этот человек жил.
Она взяла Сая за руку, хотя понимала, что в случае опасности это скуёт её движения и может сослужить плохую службу. Сжала его пальцы, и Сай ответил ей тем же.
Надолго, впрочем, её такта не хватило.
— Как удерживается воздух? — спросила она. — Никаких куполов я не вижу.
Сай покосился на неё и краешек его губ тронула улыбка.
— Ментальное поле, конечно. Но это физика, Кир. Я в ней не специалист.
Кира вздохнула и покивала, в глубине души понимая, что и ей тонкости этих процессов будут бесполезны.
— Мера писала о каких-то кристаллах, — вспомнила она. — В отличии от эрхов вы не работали на производстве массово, это так?
— Ох… — Сай не останавливаясь посмотрел на неё. — Твои вопросы становятся всё более сложными. Нет, не работали. У нас вообще мало кто работал в том смысле, как это понимают в Конфедерации. Совет менторов определял те сферы, в которых не хватало специалистов, и на них назначалась своего рода трудовая повинность. В первую очередь для тех, кто провинился или не достиг успеха на избранном им пути. Но это всё равно не было полноценной… службой, что ли… Те, кто отбывал повинность по распределению, в основном занимались активацией кристаллов, их внутренняя энергия оставалась свободна для той деятельности, которую они выбрали сами.
— Внутренняя энергия, — задумчиво повторила Кира. — Получается, для вас это самый ценный ресурс?
Сай кивнул.
— Но ни в одном контакте с эрхами не упоминалось, что её можно передавать.
— А ни один эрх её и не передаст, — хмыкнул Сай. — Зачем бы им разрабатывать подобную технологию, если они хотят только отбирать?
Кира промолчала, не зная, насколько объективно это высказывание.
— А как же дарс? — после паузы спросила она.
— Эрхи считают, что у нас вообще нету дарс.
— Нууу… Какое-то сомнительное утверждение.
— Даже не знаю, что тебе на это сказать. Если рассматривать дарс так, как на деле понимают его они, то это определённо не то, что мы ценим в людях. Лично я, после всего, что видел, понимаю эрхов. Понимаю, что тот, кто способен продержаться под прямой атакой, достоен уважения. Но для моего народа это не было главным. Скажем, какой-то мальчик умеет плести чудесные видения. Возможно он даже вкладывает в них столько силы, что они проживут столетия после его смерти. Но он пугается прямых столкновений, он привык всё время проводить в своей мастерской. Разве он не ценнее для общества, чем грубый скот, который умеет только подчинять?