Грязные новости (ЛП)

Я знал, что ничего не смогу поделать с этой информацией, если только не захочу внести какие-то серьезные изменения в свою жизнь. Я просунул два пальца в ее анус, и мышцы Джуд напряглась вокруг них. Уже чувствовал, какой совершенной она будет, когда мой толстый член погрузится глубоко в ее зад.
— Ты зря тратишь время. Никто не сможет победить это, и ты это знаешь.
— Я готова попробовать, — простонала Джудит, подталкивая свою задницу к моей руке, умоляя о большем. Несколько пальцев. Больше давления. Больше нас.
Я встал, позволяя ей упасть на мою кровать головой вперед. Шлепнув ее по заднице, просунул колено между ее подколенными сухожилиями, давая ей сигнал поднять её в воздух. Джуд подчинилась, кусая мои простыни, плотно закрыв глаза. Я просунул свой член между ее ягодицами и накрутил ее длинные, волнистые локоны вокруг своего кулака, поднимая голову девушки так, чтобы я мог прошептать ей на ухо:
— Ты поменяешь свой номер, когда мы закончим здесь.
Джуд эротично рассмеялась, вытянув шею, длинную и нежную. Я отпустил ее волосы, чтобы немного сжать их, снова ощупывая ее анус, чтобы убедиться, что он достаточно смазан ее соками.
— Вообще-то, думаю, что дам ему шанс. Он кажется хорошим парнем. И он свободный.
Я вонзился в нее сразу, зная, что это неправильно. Зная, что это было скорее наказание, а не награда — смесь удовольствия, агонии и вины заставила мой пресс напрячься на холмике ее задницы. Она была моей. С большой буквы «М».
Это была не просьба, не мольба, не надежда, а простой факт. Ее глаза подтверждали это, ее тело пело это, и если Джуд думала, что я был готов делиться, она, очевидно, нуждалась в болезненном напоминании, что этого никогда не произойдет.
Девушка наклонилась вперед от моего толчка, стоя на четвереньках, и замурлыкала, когда я вошел в ее тугую задницу, настолько невероятно уютную, что мог чувствовать, как она тисками выдаивает из меня оргазм. Я скользнул рукой вниз по ее животу, чтобы найти набухший клитор. Джуд задрожала под моей рукой.
— Черт. — Я прикусил кончик ее уха. — Черт, Джудит, черт.
Девушка застонала, ее задница снова и снова встречалась с моими бедрами, бросая мне вызов толчок за толчком, удар за ударом, прикосновение за прикосновением. Просто еще один день в редакции. Я толкаю. Она тянет. Мы оба гоняемся за чувством, которое мог дать только другой человек.
К черту парня, который раздобыл ее номер. К черту его и всех остальных мужчин в Нью-Йорке.
— Мне нужно бросить тебя, — пробормотала Джуд себе под нос.
«Мне нужно владеть тобой».
Ее тело содрогалось подо мной, с каждым ударом все больше погружаясь в забвение, и ничего не мог с собой поделать, я должен был сделать это. Я укусил ее сзади за шею, как животное, как дикарь, и прижал ладонь к ее горлу, поднимая ее так, чтобы мы оба стояли на коленях, когда выстрелил в ее идеальную, молочно-белую задницу. Джуд издала крик, который эхом отозвался в моей почти пустой спальне, когда мы оба достигли кульминации.
Через несколько секунд девушка рухнула на мою кровать, безвольная и основательно оттраханная. Я упал рядом с ней, лицом к противоположной стене. Моя стратегия состояла в том, чтобы блокировать разговоры в постели и избегать зрительного контакта. Ничего личного. Я точно так же поступал с Лили, когда мы были вместе.
Я повернулся только, чтобы посмотреть ей в лицо, когда слова слетели с ее губ.
— Мне пора.
— Я вызову такси. — Мое эго трахало меня сильнее, чем я Джудит, и это многое говорило о его выносливости.
— Все в порядке. Я…
— Я отвезу тебя, — сказал я, передумав.
Девушка ненавидела, когда я тратил на нее деньги, но подвезти ее не стоило ни хрена. Конечно, это потребует вывезти мою машину из гаража впервые за чертово десятилетие.
Джуд кивнула с серьезным лицом. Мне никогда не приходила в голову мысль о том, чтобы женщина осталась на ночь. Единственный раз за последний год я по-настоящему спал с женщиной, как ни странно, с Джудит, в гостиничном номере. В тот раз все было иначе, потому что я знал, что она не хотела возвращаться туда, где должна была быть, и не принимала это близко к сердцу.
 
Кроме того, мы почти не обнимались и не шептали друг другу на ухо сладких пустяков. Я сразу вырубился, и к тому времени, когда проснулся с бешеным стояком и желанием трахнуть ее до комы, она уже ушла.
— Знаешь, я тоже поймала своего парня на измене. И думала, что наступил конец света.
Я схватил прядь ее волос и потрогал. Чистое золото. Я прошел через то же самое дерьмо, может быть, даже в десятки раз хуже, видя, что парень, который трахал мою девушку, был мне очень знаком.
— Неужели?
Джуд усмехнулась.
— Я все еще здесь, не так ли?
— С тех пор ты с ним не разговаривала?
— Нет. Ни разу после того звонка. У меня нулевая терпимость к изменникам. В отличие от некоторых моих знакомых.
«Я это заслужил».
— Ты можешь остаться. — Я проигнорировал ее выпад. — Ежедневная поездка в Бруклин — полная чушь. Я могу дать тебе запасной ключ.
«Я что, бл*дь, под кайфом?»
Что было в этой пасте? У меня был только один шанс. И все же не мог найти в себе силы взять эти слова обратно.
Джудит заправила свои желтоватые волосы за уши и провела жемчужно-белыми зубами по нижней губе. Казалось, она задумалась.
Было облегчением, что Джуд не отказалась немедленно, поскольку предложение само по себе было нелепым.
— Это не очень хорошая идея. — Она помолчала, включила мобильник и посмотрела на часы. Было уже далеко за одиннадцать. — Но я бы поехала домой на твоей машине, если предложение все еще в силе.
— Так и есть.
— Позволь мне одеться и умыться. — Она вскочила с кровати, вся такая деловая, как будто мы вернулись на работу.
Я смотрел, как ее дерзкая белая задница покачивается в моем коридоре.
Закрыл глаза. Порыв воздуха с запахом ее шампуня и лосьона для тела ласкал мой нос, и я сделал глубокий, жадный вдох.
«Это нехорошо. Нехорошо. Очень нехорошо».
Ее телефон лежал между простынями, гудя от новых сообщений.
Брианна: спасибо, что помогла мне с подачей документов сегодня! XOXO
Грейсон: если бы я был моделью Victoria's Secret, кем бы я был?
Эйва: собираюсь проколоть себе сосок в эти выходные. Пожелай мне удачи. Тот милый парень тебе уже звонил?
Я схватил телефон, вынул SIM-карту и сломал ее пополам, прежде чем вставить ее обратно в телефон и разбить его об пол.
Если этот парень хочет заполучить Джудит, ему придется искать ее по старинке, среди восьми миллионов жителей Нью-Йорка.
«Удачи, приятель».
В один из дней я заметила, что лицо папы уже не такого бледного оттенка, как стена ванной.
Он проходил так называемую адоптивную клеточную терапию (прим. персонализированный вид иммунотерапии, используемый в случае злокачественных образований). Лечение было инвазивным (прим. инвазивные процедуры предполагают проникновение внутрь организма) и вызывающим неприятные ощущения, но каждый раз, возвращаясь домой, папа улыбался шире, чем в прошлый. Он все еще был слаб и бледен, но больше не говорил так, будто готов умереть, но слишком стыдился отпустить жизнь, потому что знал, как сильно я нуждаюсь в нем, и это заставило мое сердце воспарить.
 
Мы проводили все больше и больше времени вне дома — короткие прогулки по кварталу, рука об руку, любуясь фестивалем красок, когда в Нью-Йорк ворвалось полномасштабное лето. Зеленые листья шелестели над нашими головами, а босоногие дети бегали по окрестностям, брызгая друг в друга водой из шлангов и распространяя безудержный смех, как конфетти. По краям тротуаров нашего квартала в клумбах распустились цветы.