Грязные новости (ЛП)

Мне следовало подумать о Лили, когда я подтверждал свой статус. В конце концов, это она ходила с моим кольцом, которое стоило значительно дороже, чем квартира Джудит — семейная реликвия, которую следовало передать Камилле.
Но все, о чем мог думать, это о девушке, которая кричала на меня в баре на прошлой неделе, а потом искала меня взглядом своих зеленовато-карих глаз и не выходила из моих проклятых мыслей еще долго после того, как я вернулся в свою квартиру.
И в душе, где сжимал член в кулак и представлял, как ее умный, дерзкий рот обхватывает его, когда кончал на свой светлый кафель.
Хэштеги #CharityGala и #MeToo смотрели на меня с кремового баннера, когда я вошел на мероприятие, отмечаемое на массивной террасе на крыше отеля «Лоран Тауэрс». Гладкие розовые и персиковые ковры, розы, струящиеся из скульптур, как реки, и длинные столы, покрытые бархатными черными скатертями — сколько бы денег ни собрал здесь мой отец, они не покроют и половины того, что стоил этот вечер.
Я был в смокинге и хмурился. Лили тащилась рядом со мной в своем золотом шифоновом платье, в котором было слишком много ткани, но все же обнажало большую половину ее сисек. Не то чтобы меня это волновало. Знал, что Лили тоже спит с кем попало. Я не был лицемером и относился к ней так же собственнически, как к куску дерьма, на который чуть не наступил вчера утром, выходя из поезда. Не хотел брать ее с собой, но понимал, что нам нужно выступить единым фронтом. Кроме того, это была хорошая возможность для меня расспросить о ее семье, большинство из которых мне действительно нравились.
— Твои родители в порядке? — Наши руки были сцеплены вместе, но я смотрел прямо перед собой.
— Они скучают по тебе. — Она не могла ответить даже на простой вопрос «да» или «нет».
— Твои сестры? — Я проигнорировал ее умоляющий тон.
Я тоже скучал по ним. Но проводить с ними время как ни в чем не бывало было невозможно.
— Да, у Скарлетт и Грейс все в порядке.
— А Маделин? — В ее семье было много эстрогена. Ее отца окружали три дочери, мать и жена.
— У бабушки все замечательно. Она очень хочет, чтобы ты навестил ее. Сказала, что даже испечет твой любимый пирог.
— Возможно, — проскрежетал я, имея в виду именно это. Маделин Дэвис была гребаной рок-звездой.
Как только мы с Лили вошли в комнату, я начал искать глазами Джудит, как тринадцатилетний подросток, только что обнаруживший свой член. Это было не намеренно, но все же инстинктивно. Мне хотелось посмотреть, что на ней надето, как она накрасилась и с кем. По моим догадкам это были Гэри и Эйва. Она, казалось, проводила с ними много времени, хотя у нее сложились прочные отношения с Кейт, Джессикой и Брианной.
Лили сделала раздражающую вещь, которую она обычно делала в тех редких случаях, когда мы были на публике, и потянула меня за рукав, чтобы убедиться, что я был не более чем в трех дюймах от нее. Мы обменивались любезностями с группой постоянных гостей мероприятия — прокурором, двумя судьями и бывшим продюсером конкурирующей сети. Мой отец неторопливо направился к нам, вместе со спутницей, которая выглядела только что из средней школы, от его смеха у меня по спине побежали неприятные мурашки. На ней платье от «Oscar de la Renta», и она сияла так, словно он только что сорвал звезды с неба и положил их ей на ладонь.
— Селиан, Лили, какая красивая пара. — Он по-отечески похлопал меня по спине, обнял Лили и расцеловал в обе щеки.
Она вздрогнула в его объятиях, пытаясь успокоить дыхание, и сделала шаг назад.
— Мистер Лоран.
— Пожалуйста, зови меня Мэтт, — усмехнулся он, разбрызгивая свою фальшивую улыбку вокруг, как пердеж скунса.
— Да. В конце концов, ты его довольно близко знаешь. — Я взглянул на свой «Ролекс» и возобновил поиски Джуд.
Уверен, что Лили это заметила, но не могла найти в себе сил противостоять. Ее горло дернулось, и она покраснела рядом со мной.
 
— Это Шардоне, — представил отец свою спутницу.
Я холодно улыбнулся.
— Привет. Как тебе весенние каникулы, Шардоне?
— Селиан! — сердито бросили Лили и Матиас в унисон.
— Прости, это было невежливо с моей стороны. Весенние каникулы закончились, верно? Выпускные экзамены, наверное, убивают тебя. Дай угадаю, ты болельщица? Любишь Гарри Стайлза? Думаешь «13 причин почему» — это адаптация Библии?
Было еще больше недовольства и жалоб, но все отошло на задний план, как только я заметил Джудит среди моря черно-белых платьев и пышных причесок. В голубом платье до колен и с тем неприметным выражением лица, которое, казалось, говорило на тайном языке моего члена, она выглядела как Золушка после хорошего траха, ее волосы цвета ирисок были закручены вверх, а выбившиеся пряди спускались по шее и щекам.
Мой рот изогнулся в довольной ухмылке от того, как красиво и элегантно, но в тоже время непритязательно она выглядела, ее красота была скромной и чистой. А затем мой взгляд переместился на человека, с которым она разговаривала.
Феникс Таунли.
Я знал, что он вернулся в Штаты. За время пребывания в Сирии и Израиле он стал загорелее, казался выше, стройнее и мускулистее. Парень держался с еще большей уверенностью, чем раньше. Он сказал, что вернулся, чтобы провести некоторое время со своей семьей, но, насколько я понимаю, для него это был отличный повод устроиться на неполный рабочий день в LBC и провести остальное время, напоминая мне, что в моем сердце дыра размером с его кулак. Феникс одет в синий смокинг (придурок), и что бы он ни говорил Джудит, она находила это забавным, потому что игриво толкала его в грудь.
Лили говорила мне что-то на заднем плане, но, если это было не предупреждением о том, что здание в огне, мне было все равно. Я знал, что не имею права вмешиваться в разговор Джуд и Феникса и устраивать сцену. Явиться с невестой на буксире и потребовать чье-то время было бы особенно дерьмовым шагом, даже по моим очень низким стандартам.
— Шампанское? — Один из официантов протянул к нам поднос.
Лили взяла два бокала и протянула мне один, прислонившись грудью к моей руке.
— Думаю, из них получится хорошая пара, — сказала она, проследив за моим взглядом.
Я проигнорировал ее, залпом опрокинув шампанское, и подошел к Кейт, поставив бокал на стол по пути. Лили последовала за мной, как зловоние мочи на станции Таймс-Сквер. Кейт, стоявшая ко мне спиной, обернулась с улыбкой. Я обнял ее и ее жену Далилу. Рыжеватые волосы Кейт торчали колючками, а платье почему-то казалось особенно черным. Она одарила Лили ледяным взглядом, на который та даже не потрудилась ответить.
— Я тоже, да? — сказала она, сославшись на тему вечера, и закатила глаза.
Кейт была одной из самых откровенных феминисток, которых я знал. Весь этот вечер был большим лицемерием — от моего отца до всех вокруг него.
Я изогнул бровь.
— Не я устанавливаю правила. Просто следую им. Сегодня.
Мы провели десять минут, разговаривая о работе, с Лили, вцепившейся в мою руку так, словно иначе пол поглотил бы ее целиком, когда Кейт, пыхтя сельдереем, спросила:
— А где Матиас, Селиан?
— Почему меня должно волновать, где мой… — начала я, мои взгляд уже метнулся к тому месту, где в последний раз видел Джудит, и обнаружил, что он разговаривает с ней, положив руку ей на поясницу.
На.
Её.
Чертов.
Зад.
«Я предупреждал тебя, папа. И ты облажался».
 
Тяжелый камень скрутился у меня в животе. Сжав кулаки, я начал пробираться сквозь толпу, направляясь к ним, даже не замечая, что происходит вокруг. Плохо соображал и уже собирался оттащить его от девушки за воротник и ударить кулаком в лицо.
Единственное, что остановило меня, когда добрался туда, было осознание того, что именно этого он и хотел — чтобы я потерял контроль и устроил сцену из-за женщины, которая не была Лили. Так что, присоединившись к ним, с вежливой улыбкой схватил сигару, которую мой отец пыхтел ей в лицо, и небрежно бросил ее в наполовину полный бокал шампанского.