Картель Кали. По ту сторону наркоторговли (ЛП)

Пачо сурово расправлялся со своими врагами. Тех, кто подозревался в предательстве, он приглашал на пиршество в одно из своих больших ранчо. После еды он приводил их в комнату, надевал на голову мешок и под пытками заставлял признаться в содеянном. Их трупы попадали в реку Каука. Другой излюбленный способ избавления от врагов — доставка их в Кали, убийство и отправка двойников обратным рейсом. Таким образом, власти и родственники жертв были вынуждены считать, что они исчезли на другом конце пути. 
Картели Кали и Медельин имели разную организационную структуру. Медельинский представлял собой альянс независимых операторов, в то время как Кали управлялся исполнительным советом из четырех человек. Ниже правления располагались бухгалтеры, инженеры и юристы, а затем рабочая сила. Руководители, некоторые из которых имели юридическое образование, считали себя более искушенными, чем деревенские мужики из Медельина. Их называли джентльменами торговли, в то время как Медельинский картель считали головорезом. Глава нью-йоркского Управления по борьбе с наркотиками сказал журналистам: «Банды Кали убьют вас, если придется, но они предпочитают пользоваться услугами адвоката».
Если члены Медельинского картеля иногда враждовали между собой, то у «крестных отцов» Кали никогда не было серьезных разногласий. Пабло был склонен навязывать свою волю другим, но люди из Кали имели равные голоса при принятии ключевых решений. Когда они вступили в войну с Пабло, то еще теснее сплотились.
Если взглянуть на карту Центральной и Южной Америки, то производство кокаина картелем Кали началось на юге страны, где росли листья в Боливии и Перу. Чтобы доставить готовый продукт на север Америки, листья доставлялись в Колумбию и перерабатывались в кокаин. Колумбия идеально подходила для лабораторий благодаря своим размерам: она в четыре с лишним раза больше Великобритании, почти в два раза больше Техаса или Франции. В густых джунглях и лесах нелегальная деятельность легко маскировалась от плохо финансируемых и плохо оснащенных властей. Поскольку Колумбия находится в верхней части Южной Америки, кокаин продолжал двигаться на север через Центральную Америку, останавливаясь в дружественных перевалочных пунктах и, наконец, пересекая южную границу Америки. Кали — столица долины Каука, западной части Колумбии, выходящей к Тихому океану. Это место, где туристы наслаждаются музыкой сальса, панорамными видами гор, историческими зданиями церквей и постоянным тропическим теплом, так как оно находится недалеко от экватора. Этот живописный сельскохозяйственный регион является промышленным и торговым центром по производству кофе, хлопка, сахарного тростника и соевых бобов, которые поставляются через город. Здесь производятся шины, табачные изделия, текстиль, бумага, химикаты и строительные материалы. В центре города шумное движение и бары с испанскими песнями. На улицах бедняки торгуют своими товарами: конфетами, одеждой, обувью и маленькими золотыми безделушками в виде богов инков и лягушек.
В 1980-х годах население Кали составляло более 1 млн. человек. Крестные отцы поддерживали контроль, используя свое влияние на телефонную компанию. Благодаря подкупу техники и инженеры картеля могли прослушивать любые звонки. На службе у картеля находились тысячи таксистов. Сгруппировавшись в аэропорту, они сообщали о прибытии всех, кто вызывал у них подозрение, особенно американцев, если те работали на УБН.
Крестные отцы разделили Кали на вотчины. Хильберто и Мигель контролировали центр Кали — район вокруг гостиницы «Интерконтиненталь» в центре города, а также Сьюдад Жардин в самой южной части Кали, где проживали самые богатые жители. Чепе принадлежал южный район Кали. Пачо принадлежали города Пальмира и Юмбо, расположенные к северу от Кали, и город Хамунди, находящийся в 50 милях к югу от Кали.
В каждом из этих районов крестные отцы имели роскошные владения на участках земли, защищенных стенами. Рядом с их жилищами располагались бассейны, теннисные корты, боулинг, арены для петушиных боев, конюшни, танцевальные клубы, частные пляжи и футбольные поля. Чтобы не выделяться за пределами своих владений, они ездили на автомобилях Mazdas. Роскошные автомобили, принадлежавшие им, предоставлялись во временное пользование политикам и известным людям. 
 
СМИ сообщали, что в доме, принадлежавшем Мигелю, было четыре спальни, семь гостиных, бесконечное количество дорогой мебели, ковер из львиной шкуры, чучело льва, сотни фарфоровых статуэток стоимостью до 3 тыс. долл. каждая, а с потолка второго этажа над крытым отражающим бассейном свисал занавес из стеклянных бусин. В каждом конце дома находились винтовые лестницы: одна вела в освещенный спортзал, другая — в бар с подводным видом на открытый бассейн.
Чтобы контролировать местное население, картель подкупал ключевых людей в политике, правоохранительных органах и бизнесе. Они устраивали вечеринки для сотен чиновников. Банк Гилберто предоставлял местным лидерам пакеты акций, некоторые из них входили в совет директоров банка, что давало им право на получение льготных кредитов и овердрафтов.
Влияние «крестных отцов» на полицию было настолько сильным, что когда во время сальса-концерта, финансируемого «крестными отцами», любовный соперник застрелил своего конкурента у писсуара, прибывшим на место преступления детективам из отдела убийств было приказано ждать снаружи, чтобы не расстраивать господ из Кали и не срывать концерт. Через шесть часов детективам разрешили войти внутрь. Все свидетели давно ушли, и никто не решался дать какую-либо информацию. Поскольку убийство было несанкционированным, крестные отцы вызвали убийцу к себе. По словам Мигеля, крестным было все равно, за что убили человека. Они чувствовали себя неуважаемыми, у них была репутация в Кали, которую нужно было поддерживать. Мужчина умолял сохранить ему жизнь, и его пощадили.
В средствах массовой информации они объясняли свое богатство законными деловыми интересами. Если о них появлялись негативные материалы, Хильберто часто брал трубку и отчитывал журналистов. Во время войны с Пабло они представляли себя как бизнесменов, ставших жертвами наркотеррориста.
Потенциальные сотрудники картеля должны были заполнять анкеты. Они нанимали самых талантливых людей, включая бухгалтеров, экономистов и финансовых консультантов. Новым сотрудникам по факсу рассылались правила, согласно которым нужно было жить скромно и не привлекать к себе внимания. Операторам тайников предписывалось придерживаться обычного рабочего графика: уходить утром и возвращаться вечером.
Из сотен колумбийских наркоторговцев именно дисциплинированное применение бизнес-технологий позволило картелю Кали вырваться вперед. В 70-е и начале 80-х годов прошлого века наркоторговцы, за исключением редких мелких конфликтов, в целом ладили между собой.
К началу 1980-х годов наркоторговцы из Кали и Медельина сколотили состояния, которые привлекли хищников. В июле 1981 года Пабло Эскобар получил запись боевиков М-19, которые разрабатывали план похищения наркоторговца. Пабло организовал встречу с четырьмя боевиками, чью биографию и тайные места пребывания он тщательно изучил. Перед лицом восьмидесяти вооруженных людей, работающих на Пабло, один из боевиков в качестве способа самозащиты взял в руки гранату со снятым предохранителем. Пабло рассказал, что ему известно о них, включая местонахождение их убежищ и имена четырнадцати партизан из Медельинского отделения. По его словам, он знал их планы еще до того, как они были реализованы, и лучше, чтобы ни одна из сторон не связывалась с другой. Запуганные его осведомленностью и демонстрацией силы, партизаны согласились не похищать торговцев. Пабло отправил их в путь, выделив более 10 000 долларов.
В руководстве партизан происходило множество междоусобиц. Одни хотели переговоров с правительством, другие — войны. К ноябрю 1981 г. перемирие с Пабло распалось. Согласно книге Родни Стича «Наркотики Америки», ЦРУ заплатило М-19 3 млн. долларов — 2 млн. долларов оружием и 1 млн. долларов наличными — за похищение высокопоставленного члена Медельинского картеля и сестры Очоа из фракции Медельинского картеля. Старшему члену картеля удалось спастись, выпрыгнув из движущегося автомобиля, но при бегстве он был застрелен и ранен. Сестра Очоа была успешно похищена, и за ее возвращение потребовали миллионы.