Укрой меня собой (СИ)

Что? Какая ссора?
Быстрым движением Джейкоб прижал ошеломленную меня к себе, и я знала, что должна оттолкнуть его прочь, закричать, но мое окаменевшее тело не сдвинулось ни на йоту.
— Я ведь знаю, какая ты у меня вспыльчивая, — непринуждённым тоном продолжил он и потянулся, чтобы поцеловать меня в макушку, а я застыла истуканом от такой искусной игры, не в силах пошевелиться. — Так и быть, я прощу тебе побег и на этот раз, даже закрою глаза на твою очередную интрижку. Но ему, — он красноречиво указал в сторону Дориана, и сильнее сжал меня другой рукой, — я это не собираюсь спускать с рук.
— Очередную интрижку? — послышался голос Дориана, столько ошеломления и боли в этих словах прозвучало, что моя грудь сжалась, заключая сердце в тиски.
Кожа стянулась и дышать стало невероятно тяжело. Мне не хватало кислорода, я едва могла вдыхать. Господи, что этот ублюдок несёт??
— Нет, Дориан, прошу, не верь ему! — в отчаянии закричала, вырвавшись из крепкой хватки. — Он лжет! Прошу тебя… — я прикусила губу, чтобы не заскулить, и умоляюще посмотрела на Дориана.
Это ведь неправда. Не было никаких интрижек. И побегов. Ты единственный, Дориан. Я люблю тебя. Люблю! Пожалуйста, пожалуйста, почувствуй это.
Но он не почувствовал.
— И про нож он тоже лжет? — спросил Дориан, его голос затуманился предательством.
— Да, Мелисса, — Джейкоб посмотрел на меня с насмешливым любопытством, которое было риторическим, — про нож я тоже лгу?
Я почувствовала, как сжался мой живот и открылся рот, но из него не вырвалось ни слова.
Джейкоб издал смешок.
— Забавно, да? Но вот ты, Дориан, — он выплюнул его имя, мгновенно меняясь в лице. — Ты посягнул на мое. А я этого не прощаю, — Джейкоб перевел глаза на незнакомца, который удерживал Дориана, и жёстко произнес: — Убей его.
Рука незнакомца крепче сжала пистолет, и Дориан с ещё большей решимостью дернулся в попытке освободиться. А я почувствовала, как будто из меня живьём пытаются выдрать сердце.
— Нет! — в животном ужасе закричала и, как сумасшедшая бросилась вперёд, зажимая в кулаках его рубашку. — Ты этого не сделаешь! Ты не сделаешь этого!!
Он не убийца! Каким бы зверем он ни был, он не убийца! Я знаю это!!
Но Джейкоб твердым движением отцепил меня от себя и, зло стиснув челюсть, посмотрел черным, ужасающим взглядом мне в глаза.
— Никто, слышишь?? — он сдавил мои щеки пальцами одной руки, грубо подтянув к себе. Пугающий лихорадочный блеск заискрил в его страшных глазах и я увидела в них свое до смерти испуганное отражение. — Никто в здравом уме не будет оставлять копа в живых после того, как угрожал ему пистолетом.
После этого отпустил меня, оттолкнув, и зловеще поднял лицо, кивнув незнакомцу.
Громила толкнул Дориана от себя и взвел курок, прозвучал щелчок, громкий и угрожающий в относительной тишине.
А через доли секунды раздался выстрел. Оглушительный и беспощадный.
Мое сердце остановилось и кровь в венах застыла льдом, когда Дориан упал на пол и утробно зарычал от боли, сильно сцепив зубы. Гримаса глубокого страдания исказила его бледное лицо, и он тяжело задышал, прижимая руку к раненому плечу, из которого обильно сочилась кровь.
Господи, его ранили. Его ранили. Дыхание оставило меня большим потоком и мне показалось, что острые когти вонзились в мою плоть, разрывая ее.
— Отпусти его! — завопила я, кинувшись на мужчину, не контролируя судорожное движение своих рук и рвущиеся потоки истеричных слёз. — Умоляю, я сделаю все, что захочешь!!!
Джейкоб зло рыкнул и грубо обхватил меня за заднюю часть шеи, рывком притянув к своему потемневшему лицу.
— Так или иначе ты сделаешь все, что я захочу, — угрожающе процедил он сквозь зубы, а я рваными попытками глотала воздух, но не чувствовала его внутри. — И тебе придется очень постараться, чтобы я простил тебя. Но ты должна научиться отвечать за свои поступки.
В мгновение ока он поднес рыдающую меня над полом и закинул на плечо, как марионетку. Я завопила ещё громче, и мое трясущееся от истерики тело изо всех сил засопротивлялось, пытаясь вырваться.
 
— Дориан! — надрывно прокричала от безысходности, крупные слёзы застилали мне взор, пока мое тело несли к выходу.
Уязвимый, раненый Дориан на полу и направленная на него сверху рука с пистолетом. И глаза. Его стеклянные глаза, устремленные на меня, — последнее, что я размытым взглядом увидела перед тем, как дверь перед моим лицом захлопнулась и раздался контрольный оглушающий выстрел, который выдернул всю энергию из моей тяжёлой безжизненной души.
Боль и страдание обхватили меня и закружили в опасном танце, отрывая по частям мое избитое сознание раз за разом, пока в один момент не раздался щелчок. Холодное оцепенение отпустило меня, разум соскользнул с края реальности, и мое сердце упало вниз с последним пульсирующим осознанием в моей голове.
Дориана больше нет.