Рысюхин, ты что, пил? (СИ)
Из приятного — «клюковку» мою начальник не зажилил, угостил присутствовавших, и им понравилось. Из полезного — раздал пару листовок, аналогичных той, что в Борисов уехала, на случай если кому понадобится для чего-то. И уже к моменту моего ухода появились первые заказы: на следующей неделе обязался привезти две «клюквы» и одну «бруснику», на пробу. Ну что ж, «курочка по зёрнышку клюёт»… «А весь двор в говне» — неожиданно вылезло непривычное продолжение давно известной пословицы. Спишу это на всё те же «налипшие душевные хлопья».
И опять навалилась работа по изучению семейного дела и по управлению им, плюс снова учёба, учёба, учёба…
Всё чаще в разговорах с бабушкой стала возникать тема того, что нам нужен управляющий.
— Мы, внучек, с тобой толком не успеваем за всем уследить и всё сделать. Пока боги миловали, ни одного контракта не сорвали и вроде как всё нужное вовремя закупили, да с людьми рассчитались. А ну как что-то всё же упустили?
— И как только папа всё успевал⁈
— Ну, ты сравнил! Он в дела вникал понемногу, не приходилось как тебе и учиться, и сразу же делать, у него дед твой за плечом стоял и присматривал.
— Управляющего тоже надо будет учить, самое малое — вводить в курс дел. И контролировать, обязательно — а это тоже время. Боюсь, что сразу после найма легче не станет, а как бы не наоборот.
— На первое время — возможно, но потом он на себя всю рутину возьмёт. Но вот ты ещё о чём подумай — как ты в академию уедешь, что тогда? Мне одной всё тянуть?
— Да уж, к отъезду точно надо нанимать кого-то. Вот только кого? Одного из наших управляющих повышать — остальные обидеться могут. Да и выбирать там особо не из кого — не потянут. Особенно тот, кого без особых обид повысить можно, самый старший который, из корчмы в Шипуново. Он и по своему заведованию не всё в срок делает, в производстве же и вовсе не разбирается.
— Да, из этих упырей никого не подходит. На стороне искать надо.
— Разумеется, бабуль — если у себя нет, то надо у других искать. Вот только где именно, и как сманить? Если толковый, то ему условия создать надо, а от бестолочи вреда будет больше, чем пользы. Опять же, понимать должен и в производстве, и в торговле, и в бухгалтерии, будь она неладна, и в налогах, где чёрт ногу сломит! Не троих же нанимать — у нас на одного работника прибыли еле-еле хватит, не говоря уж по целую контору!
— Если расширять дело, как Викеша хотел, то рано или поздно, а контору заводить придётся.
— Бабуль, не начинай! Ещё и это сюда же! Давай сначала одно проблему решим? Там вообще какое-то заколдованное колесо: чтобы появились деньги, надо расширять производство, а чтобы расширить производство — нужны деньги, которых не будет, пока не расширишь производство! У меня от этого и так голова кругом, давай сейчас не будем хотя бы об этом?
— Ладно, ладно, не нервничай. Вот только тут такое дело — такой специалист, который один всё потянет стоить будет как бы не дороже, чем та контора.
— Бабушка, милая, давай не будем заранее всё в кучу валить? Сперва найти надо того управляющего, а потом уж смотреть, сколько он хочет. Заранее можно разве что посчитать, что мы можем себе позволить потратить, не влезая в запасы на чёрный день.
И вот такие, или подобные разговоры возникали всё чаще, а необходимость найма толкового управляющего становилась всё острее, да только где же его сыскать? Мы и в газетах частные объявления смотрели, и всякие слухи-новости собирали, бабушка в своём кругу, я в своём — среди поставщиков и покупателей. Вотще.
В следующую среду я, желая хоть как-то отвлечься от идущих по кругу одних и тех же забот и задач, подчас нерешаемых, поехал в Минск. В лаборатории заведующий её встретил меня радушно:
— Юрочка, как вы вовремя! Нам как раз накануне принесли из Третьего отделения образцы на экспертизу по вашей части. Мы уж хотели телеграмму давать, а вы сами приехали!
Я ощутил, наоборот, сожаление: если бы не поторопился, съездил бы за казённый кошт, а так — за свои. Вроде как мелочь (хотя не сказал бы), а неприятно.
Образцами оказались десяток проб самогона самого разного вида и качества. Требовалось определить, из скольких источников они происходят и нет ли совпадений с предыдущими образцами.
Около получаса заняла сама экспертиза и запись предварительных результатов на бумажные листочки, ещё три четверти часа составление с помощью Пруссакова аналитической части и более двух — оформление результатов с делопроизводителем. Если кому интересно — совпадения были. Хлорофос нашёлся в двух образцах, причём если один был таким же ужасом, как и в прошлый раз, то второй на удивление чистым. Как будто взяли вполне качественно, «как для себя» сделанный самогон, разбавили его до тридцати двух градусов, а потом подняли «убойную силу» при помощи отравы.
— Испортили хороший продукт, ироды! — прокомментировал это ассистировавший мне сотрудник лаборатории, которого мне представили только по имени: «знакомьтесь, это Иосиф, он будет нам помогать сегодня».
Этот чистый продукт позволил выделить набор веществ, обычно в самогонке не встречающийся. Я рискнул предположить, что это могут быть вещества, попавшие в него вместе с ядом, и если в других образцах удастся найти их же в таком же соотношении с отравой, то можно будет предположить, что источник хлорофоса — один и тот же, либо он взят из одной партии. Начальник рассуждения одобрил, но в заключении сформулировал это настолько извилисто и многозначно, что их можно было трактовать любым удобным способом. Кстати сказать, во втором образце с отравой эти же вещества тоже удалось обнаружить — но только потому, что я их искал прицельно и пристально. Времени на это ушло несколько минут и гадостный, хоть и фантомный, вкус того жуткого шмурдяка поселился во рту надолго.
Жуткое месиво из голов и хвостов было в трёх образцах, но определить происхождение не представлялось возможным для меня — состав оказался до боли обычным, без каких-либо характерных особенностей. Остальные пять — самогон как самогон, что-то почище, что-то погрязнее, но даже самый лучший куда хуже нашей «цукровки». А ведь если всё же прекратить её выпуск, то крестьяне вместо перехода на более качественный продукт начнут сами гнать и пить вот такое вот, лишь бы побольше да с ног валило посильнее.
Эта экспертиза оказалась дороже предыдущей: во-первых, образцов больше, десять против четырёх (молоко я не считаю), во-вторых, требовался сравнительный анализ, в-третьих — дополнительная работа по выявлению источника отравы. Итого, если округлить копейки, заведующий определил стоимость работ в пятьдесят рублей, из которых пять ушли делопроизводителю сверх оклада, чему тот был рад. Но денег на руки я не получил — сказали, в день выплаты жалования, вместе с ним, в прошлый раз я просто случайно на кассовый день попал.
Раз уж речь зашла о деньгах, заговорил со своим начальником о еженедельных поездках: дороговато выходит, половина оклада, считай, уйдёт на дорожные нужды.
— Да уж, неловко вышло. Не подумал я как-то об этом: у нас других иногородних сотрудников нет, вот и не пришло в голову. Ладно, давайте так: если будет нужда, я вам пришлю письмо, если что-то срочное — телеграмму.
Я согласился, в свою очередь пообещав заходить, если буду в городе по своим делам. Вот что было сразу так?
Дома меня ждала телеграмма: «Приезжаем пятницу выгодным делом встречайте одиннадцать прощукин». Как я понял, а бабушка подтвердила, встречать надлежало одиннадцатичасовой из Борисова. Видимо, прапорщик везёт заказ от офицеров полка — распробовали, значит. Это хорошо, даже если пару ящиков закажут — лиха беда начало. В пятницу же назначена вторая примерка в ателье, но день обещает быть не таким беспросветным, как казалось раньше.
После ужина решил подбить складской баланс перед визитом военных. Сомневаюсь, что они много купят, но знать точно сколько и чего у меня на складах нужно в любом случае. Я стал получать какое-то странное удовольствие от новой привычки за работой напевать что-то странное, из возникающего в голове не пойми откуда. Как правило чушь редкостная, но забавная, и мелодии прилипчивые. От иной по два дня избавиться не получается.