Катарсис (СИ)

— Хм… — послышалось задумчивое бормотание с другой стороны стола.
Джо отвлекся от своих рук и с удивлением — с момента передачи документов до момента реакции со стороны регистратора прошло совсем немного времени — посмотрел на регистратора:
— Все хорошо?
— Удивительно…
— Что-то не так? — начиная слегка нервничать, спросил Джо.
— Бывают ли такие совпадения? — продолжал бормотать себе под нос мужчина. — Ох, не думаю…
— Да что такое, Вы можете сказать? — не выдержав, слегка повысил интонацию Джо.
Он глубоко вздохнул, отвел взгляд от голоэкрана и посмотрел Джо прямо в глаза:
— Твой астероид уже занят. Документы на него подали двое суток назад. Сорок восемь часов и три минуты, если быть точнее.
Джо ощутил, как на этих словах внутри у него что-то слегка надломилось, треснуло. Потом эта трещина яркой, быстрой молнией побежала дальше, и, спустя мгновенье, это что-то внутри Джо со звоном разбилось вдребезги, а осколки стремглав полетели вниз и прекратили падение только долетев до самых его пят.
Первой эмоцией, которую он осознанно и отчетливо прочувствовал, было ощущение слепой потерянности. Он не мог ни на чем сфокусироваться, не мог дать ответ: Где он? Что он только что услышал? Что ему с этим делать?
За чувством потерянности пришли опустошенность и глубокое отчаяние. Его пробрал озноб. У него нет возможности что-то изменить, что-то поменять и исправить. Регистрация — это юридический факт, который служит основанием для возникновения у лица права на разработку. Как же это оспорить? Сведения о ложности такого факта не предоставишь — Палата же сама регистрацию и провела. Доказать неправомерность, незаконные основания для возникновения юридического факта? Для этого нужны доказательства. Их ему взять негде.
Наконец, до Джо добралось самое яркое и самое мерзкое чувство — тягучий, липкий страх. Он ласково, словно приобнимая старого друга, обжег его сзади, где-то на уровне шеи. По ощущениям, сердце Джо отказалось биться и затаило дыхание вместе с самим Джо. Он знал, был уверен на сто процентов: абсолютно не важно, что в действительности послужило причиной неудачи — виноватым будет назначен он. Закончи он с документами на день раньше, астероид был бы у Терры в кармане. Такую ошибку не прощают, не говорят: “Ну, ничего, в следующий раз”. Последствия будут жесткими и, главное, показательными — другим ни в коем случае нельзя также ошибиться, как Джозеф, иначе с ними будет тоже самое.
— Эй, приятель.
Джо не отозвался.
— Парень, ты как? — спросил регистратор, аккуратно дотронувшись до плеча Джо.
Джо не заметил, как тот успел обойти стол и склониться над ним с волнительно-вопросительным выражением лица. Его явно встревожила реакция его посетителя, точнее полное ее отсутствие.
— У тебя все в порядке? Может тебе чего принести?
— На кого? — хрипло отозвался Джо.
Мужчина непонимающе посмотрел на него.
— На кого? — более оживленно повторил Джо. — На кого он зарегистрирован?
— Хм. Это так важно?
— Только это и важно. На кого?
— Сейчас посмотрю, подожди.
Регистратор вернулся на свое место. Спустя секунду он отозвался:
— Насколько я понимаю, это один из Ваших основных конкурентов. “Майнинг Интернешнл”.
Слова глухо отозвались в голове у Джо. Трудно представить ответ, который бы его устроил, но этот показался ему наихудшим — только в прошлом году Терре удалось обойти Майнинг Интернешнл в объемах промышленного освоения астероидов. Это преподносилось как достижение, как победа, свидетельствующая о высоком профессиональном уровне управления Компанией. Даже в мыслях было запрещено допускать, что этот обгон был кратковременный, и что Майнинг Интернешнл в ближайшее время может вернуться на прежнее место в медальном зачете.
— Прошу, загрузите на облако справку о том, что Палата уже выдала регистрацию на AZ32. Я, если позволите, пойду. Много вопросов нужно решить… В связи со всем этим.
— Да-да, конечно. Понимаю.
Джо встал и, бросив слова благодарности куда-то в сторону (скорее по направлению к цветку, стоявшему в углу, нежели к регистратору) вышел из комнаты.
 
***
Сердце бешено колотилось, намереваясь выпрыгнуть из груди и убежать на край света. Ему потребовалось сделать десяток глубоких, долгих вздохов, чтобы успокоиться, собраться с мыслями и нажать вызов.
— Успех? — раздался в голове у Джо голос Алекса Гурианни. Вопрос, который прозвучал скорее как утверждение.
— Алекс, у нас проблема.
С другой стороны ответа не последовало, поэтому Джо осторожно продолжил:
— Нас опередили. Майнинг Интернешнл позавчера зарегистрировали право на разработку за собой. Я не…
— Что за хрень, Джо! — коротко и резко отреагировал Алекс. — Как такое merda могло произойти?
От нахлынувшего уровня нервозности Джо тошнило, голова кружилась, а разум был затуманен. Он с трудом стоял на ногах, которые предательски дрожали и подкашивались под собственным весом. Обширный поток людей, снующий туда-сюда у входа в Палату, только ухудшал ситуацию — Джо чувствовал себя потерянным и испытывал приступы удушья.
— Нет у меня ответа на этот вопрос, Алекс — признался Джо.
В разговоре настала минута беспокойной, яростной тишины.
На той стороне Алекс, расхаживая по узкому, ярко освещенному искусственным холодным светом коридору, ожесточенно впился одной рукой в свои длинные, до самых плечей, волосы. Десять секунд разговора с Джозефом заложили взрывчатку под его надежды об ошеломляющем успехе и прекрасном будущем, подорвали самые основы его амбиций.
Старт разработок на AZ32 был для Алекса входным билетом в высшее общество — топ менеджмент одной из крупнейших добывающих компаний Солнечной системы. Такой билет, такую возможность получают единицы, и ему, Алексу, она могла больше не подвернуться никогда. Упустить ее — означало принять поражение и смириться с текущим положением вещей. На это Алекс не мог согласиться.
— Ладно. Хорошо. Какие у нас варианты? Что мы можем предъявить этим подонкам?
Смягченный тон голоса Алекса несколько успокоил Джо, дал ему возможность восстановить дыхание.
— Наше положение, мягко говоря, не из лучших, — сказал Джо. — Зарегистрированное право дает им возможность приступить к разработке через тридцать дней. В этот период возможно обжалование решения Палаты…
— Значит обжалуем!
— Все не так просто Алекс, — выдохнул Джо. — Оснований для обжалования не так много. По сути, их всего два — подложные или ошибочные документы при оформлении права и промышленный шпионаж. По первому основанию у нас шансов нет — я знаю законников, работающих в Майнинг Интернешнл. У них команда из спецов первоклассного разряда, рассчитывать на их просчет не просто неразумно — это граничит с безумием.
— Окей. Что за промышленный шпионаж?
— Если лицо, подающее заявление на регистрацию права, при подаче заявления основывалось на данных, добытых у конкурента посредством недобросовестной конкуренции в виде промышленного шпионажа, то такое заявление признается недействительным.
— Джо, это же наш случай! — Алекс воспрял духом. — AZ32 находится в нескольких секторах от их разработок. Эти кретины не могли его найти самостоятельно — их исследовательская служба работает только по соседним секторам. Я это знаю!
Джо выдохнул. Он предвидел, что Алекс ухватиться за эту возможность, и был готов расстроить собеседника:
— Алекс, нам не достаточно твоего знания. Нужны доказательства. Доказательства, подтверждающие промышленный шпионаж. На практике, их собрать не реально — мы либо должны подтвердить взлом наших информационных систем, либо найти человека, который слил эту информацию конкуренту.
 
— Сделаем, — коротко бросил Алекс.
”Не можем не сделать” — подумал он про себя.
— Это очень оптимистично с твоей стороны, — сказал Джо. — Но, даже если у нас получится собрать такие доказательства, во что мне вериться трудом, подавать апелляцию на решения Палаты необходимо в локальной Комиссии по лицензионным спорам.