Ошибочка вышла (СИ)
— О, здрасьте, — улыбнулась я мужику, с самым очаровательным и уверенным видом. — А это вот певица Матильда Соколова. Ну… вы знаете. Проводите её, пожалуйста… — потом я замялась, пока Мотя там раздавала улыбки мужику, как бы извиняясь за конфуз. — А я пока к вашему главному.
— А… а… — начал было мужик, но я прошла мимо и прямо к стеклянной двери.
Мотя и Мужик остались стрелять друг другу глазками.
За дверью оказалась просторная приёмная. Там, безо всякого стола с ноутбуком на коленях сидел паренёк в очках и клечатой рубашке.
— Вам кого? — не глядя спросил он.
— Главного, по делу, — так же коротко ответила я, а паренёк указал на очередную дверь. На этот раз чёрную, глухую и даже без ручки.
Если спросить “можно?”, скажут “нельзя”.
Я просто толкнула дверь от себя, а она не открылась. Я толкнула снова. Снова ничего. Раз, второй, третий.
— Вправо, — подсказал лаконичный паренёк, и я увидела тонкую скрытую рейку, за которую, видимо, и надо тянуть. Потянула, поддалась она даже слишком легко, будто кто-то с обратной стороны делал тоже самое, и в итоге дверь так разогналась, что с жутким грохотом ударилась о противоположную стену, а потом помчалась обратно, угрожая уже моим рукам, выставленным вперёд.
Меня потащили на себя, спасая от дверной кары, я с радостью подчинилась, издав тревожный писк, дверь захлопнулась, и мы остались наедине.
Я. “Просто мудак”. И его кабинет.
Восемь кругов ада для Танюшки Лариной
— Вам кого?
“Просто мудак”, а точнее владелец фирмы “JustSound”, оказался совсем не тем, кого я ожидала увидеть за самой стеклянной и самой красивой дверью в мире.
Он не был ни рыжим, ни впечатляющим, ни дерзким. Просто мужик, худой, долговязый, какой-то весь сухой. В футболке с длинным рукавом и джинсах. Обычный. Но не тот.
— Ой, — я растерянно сморщилась и отступила. — А я искала не вас…
Орудие убийства пришлось отложить, а рука-то была на курке, обидненько.
— А кого?
— Да… знаете…
— Не знаю. Но если скажете — непременно пойму. Кого искали? Имя? Фамилия? Первая буква отчества? Цвет волос? Ориентация? — накидывал Сухой Мужик, пока я мотала головой. Чувствовала себя так глупо, что не передать.
Вообще, сюда я шла только на светлом чувстве искренней злости, и ожидала однозначной победы. Мне трудно вписаться во что-то в чём я не уверена, а уж провалы выбивают почву из-под ног окончательно.
— Рыжий, — я кивнула, давая понять, что это собственно вся информация, которой я располагаю, а Сухой Мужчина почесал затылок.
— И точно отсюда?
— Ну он мне дал визитку, там было написано название фирмы… и вроде такие же цвета.
— Свою визитку?
— … юриста. И вот мне нужен юрист.
— Он юрист?
— Нет.
— А кто?
— Мудак, — вздохнула я и поняла, что вот-вот разрыдаюсь.
Бывает же такое, со всеми, я надеюсь?
Вот ждёшь чего-то волнуешься, боишься — жуть, а потом раз! и всё, лопается терпение, как шарик, и аж волна мурашек по телу, и в голове гудит, а глаза щиплет и ничего поделать не можешь. В горле ком, сердце колотится, и уже вроде нечего бояться, а всё равно хочется рыдать.
И Сухой Мужчина как-то так на меня покосился, будто понял, что взрыва не избежать, нахмурился и стал неловко подступаться, даже хлопнул по плечу, так что я пошатнулась.
— Ну… ну… Костя-ян! — крикнул Сухой.
Через полминуты двери снова раздвинулись и на пороге показался тот паренёк в очках, за его спиной Мотя, вся такая с улыбочкой на лице.
— А кто у нас рыжий мудак?
— Рыжий?.. Ну может этот, рыжий сисадмин?
— Да не, он не мудак и юристов не знает… Тот видите ли юриста дал. А нахрен ей юрист? Кто мог дать?
— Рыжий… визитку… мудак...
Эти двое стали перебирать имена и должности, а я от ужаса была готова проваливаться всё глубже и глубже под землю. Неужели перепутала? Неужели другой какой-то Just там был на чёртовой визитке?
Пока я ковыряла карман комбинезона и боролась со слезами, мою судьбу будто кто-то решал… а я-то напланировала…
В моём представлении я залетаю в кабинет! Хватаю из кармана кучу презервативов, которые купила в “Помогайке” на бонусы по пять рублей штука, швыряю их прямо в Красивого Мужика из номера и ору: “Ты-ы! Ты-ы сломал жизнь мне, подлец!”, а потом зачитываю лекцию по контрацепции и ухожу с гордо поднятой головой.
А вышло… позорище, как обычно. И перед Мотей стыдно, хоть она и явно нашла свою нишу в этом месте, судя по светящимся глазам. Неужто тот дровосек из коридора оказался продюсером?
Я огляделась, потом опустила взгляд от стыда перед всеми этими добрыми людьми, а когда увидела стаканчик воды, протянутый рукой Очкастого Паренька, начала всхлипывать от жалости к себе. Какие они все добрые и милые, а я тут пришла воевать, да даже не с ними.
— Сонь?.. — Мотя подошла ближе.
— Тш-ш, — я выставила руку, будто защищаясь от присутствующих, и все замерли, как перед дикой кошкой.
— Не… я в… поряд… — и всхлипывала так, стоя посреди красивой комнаты.
— Вы чего тут? — раздался голос за моей спиной.
— О, Лёва! А кто у нас рыжий в фирме? — оживился Сухой Мужик, но было уже поздно.
Крольчишка узнала своего охотника. Не оборачиваясь я поняла, что вошёл тот самый Рыжий Мужик, который нелюбезно выпроводил меня после ужасной странной ночи, к которой вообще-то не было претензий до вчерашнего дня.
— Так походу… он и рыжий, — догадался Очкастый.
— Ох, — это от Моти, которая во все глаза уставилась на вошедшего.
— М-м, меня ищут?
И он пошёл ко мне.
Вот так же как тогда, стал приближаться со спины и с каждым шагом я ощущала и его запах и его тепло, всё сильнее.
Шаг-шаг-шаг…
И остановился, и я к нему спиной, и страшно — жесть! Его дыхание на моей макушке, и почему-то кажется, что он сейчас возьмёт меня за плечи.
В моём представлении я этого человека совсем не боюсь, мне совсем не обидно от “непонятно чего”, и “потому что ну а чё он”. Сложно это объяснить… ощущение, которое ещё со времён Онегина и Татьяны называлось: “висит груша нельзя скушать”.
Когда стоишь вся такая в отчаянии, топаешь ногой и ревёшь, а у тебя спрашивают: “Хочешь это?”, а ты орёшь: “Нет!”, а тебя спрашивают: “А чё тогда орёшь?”, а ты отвечаешь… “Ничё!”.
Хорошо объяснила?
Бросьте в меня камень, если не поняли!
И хочется… и колется.
И мне дичайше хотелось бы, чтобы этот Рыжий сейчас сказал, что-то доброе и милое, при том что я пять минут назад шла убивать, как минимум.
— Да, — его голос, звучащий откуда-то сверху и максимально ко мне близко, так что по коже прошла вибрация от звуковой волны. — Это ко мне.
Девятый вал
Что я узнала о своём господине Дефлораторе?
Его звали Львом, что потрясающе сочеталось с внешностью и величественностью (не буду преуменьшать достоинства этого человека, всё-таки, будем справедливы, он хорош, зараза).
Он был важной шишкой, но директор/владелец или чёрт пойми кто в фирме — Сухой Мужик.
Он тащил меня на выход, а я только жалобно смотрела на Мотю, которая опешила и даже не дёрнулась спасать подружайку.
Ну и ладно, я же этого и хотела! Осталось сообразить, как прийти в себя, набраться храбрости и разбудить в себе монстра.
Слёз как не бывало, резь в глазах прошла, горло освободилось от оков рыданий, и я своей волей пошла за господином Дефлоратором.
Рука его была просто огромной и очень крепкой, а я тут как маленькая девочка, плелась следом послушно и молчаливо, аж самой стрёмно.
Вообще это было странно, я засмотрелась на спину Льва и сделала несколько открытий… он будто бы очень худой, но как-то болезненно, неестественно, что ли. От того ощущение было, что иду рядом с великаном.