Лиловое пламя (СИ)

— Не помогло? — С толикой сочувствия спросила я, уже заранее предугадывая результаты подобной эскапады.
— Нет, на входе меня поймал преподаватель и заставил выпить отменяющее средство. — Печально вздохнул шулер-неудачник. — Тогда еще не изобрели универсальное нейтрализующее заклинание против такого рода штучек и как результат, я еще три недели срыгивал мыльными пузырями с просто ужасающим запахом.
Я сочувствующе улыбнулась неудачливому махинатору. Хорошо, что я знаю чего можно ожидать от способов проверки, но эти знания мне совсем не помогут. Мне организовали особые условия сдачи и рядом не будет целого потока таких же нервничающих оболтусов, смухлевать не получилось бы в любом случае. В связи с этим очевидным фактом, я понадеялась на свой накопленный багаж знаний и ту практику, что мне обеспечил Северус этим летом.
Завтрак закончился и все ученики стали собираться на уроки. Мне тоже следовало поспешить. Сдавать экзамены я должна была в три этапа из-за разницы в расписании преподавателей. Поскольку на шестом курсе я продолжила изучение нумерологии и рун, они также входили в мой перечень экзаменов. Вообще по регламенту у меня стояла сдача девяти предметов, но от полетов на метлах меня милостиво освободили по состоянию здоровья. Похоже мадам Трюк не горела желанием лицезреть мой позор на своем предмете, за что я ей была безмерно благодарна. Зельеварение мне автоматически зачли — на это ушел год упорно труда, но оценка «Превосходно» от самого Снейпа того стоила. Оставалось всего-ничего…
Первым делом у меня шли чары и история магии. С профессором Флитвиком мне всегда было легко находить общий язык и сегодняшний день не стал исключением. Мы мило поболтали над вопросами теории моего билета, после чего я перешла собственно к практике. Это был самый волнующий момент, ведь раньше я была едва в силах выпустить пару средних заклинаний. Сейчас же мне нужно было сдерживаться, чтобы не продемонстрировать сильно возросшие способности. Но летняя практика на болотах вместе с Северусом не прошла даром — мой бывший декан ничего не заметил, поставив «Превосходно». Ну или просто сделал вид. Этого хитрого человечка нельзя было недооценивать или говорить о нем с твердой уверенностью. За что я всегда уважала профессора Флитвика, так это за его острый ум и ярую приверженность политики невмешательства. Даже если он и узнавал о чужих тайнах, то не спешил трепаться о них возле ближайшего портрета обсуждая малейшие подробности, как делали многие мои нынешние коллеги.
С историей магии вышла небольшая заминка. Я всячески налегала на теорию до проклятия, но история была моим нелюбимым предметом, как и у многих остальных. Обилие дат, имен и событий всегда проходили мимо меня. В этом случае выручали только тщательно подготовленные конспекты. Только они исчезли в неизвестном направлении. За прошедшее время мне удалось восстановить основную информацию, но в последнее время в моей жизни появилось гораздо больше увлекательных и интересных вещей и результат был закономерен. Призрачный профессор недовольно покачивая головой вынес мне жесткий вердикт — «Удовлетворительно». В тот момент мне подумалось, что раз уж я пережила историю магии — прочие предметы просто чепуха. Слишком поспешное заявление.
Странности начались на защите от темных искусств. Вообще, идя на этот экзамен я ощущала некий душевный трепет и сомнение. Я не сомневалась в своих знаниях, как это было с историей магии, дело было в другом. Каждая встреча Люпина и моего наставника заканчивалась не самой понятной для сторонних зрителей перепалкой. Они явственно недолюбливали друг друга, даже не особо стремясь это скрыть. Я же в последнее время становилась своеобразной вишенкой раздора. Именно вишенкой, потому что до размера пресловутого яблочка мне еще расти и расти. Но для того чтобы умереть от удушья порой достаточно подавиться и крохотной вишней. Вот почему я ожидала какого-то подвоха.
Поначалу все шло достаточно гладко. У меня немного поспрашивали теорию. Невзирая на историю в учительской, то как Люпин подавал материал и общался с учениками мне импонировало. Вот и сейчас, когда не упоминался Северус, а мы общались в рамках предмета, все было отлично.
 
— Ну что ж, у меня нет претензий к теоретической части. В материале вы достаточно подкованы. — Профессор защиты улыбнулся своей привычной мягкой улыбкой. — Скажу вам по секрету, мисс Принц, если бы я раньше знал, что с самого начала учебного года придется принимать экзамен уровня ЖАБА, то готовился бы к этой должности гораздо более скрупулёзно. Сами понимаете, мне впервые приходится выступать в роли экзаменатора.
Не зная, что сказать в ответ, просто улыбнулась. Люпин опять пытается наладить отношения, как тогда в Большом зале? Но пока я не выясню что именно стоит за их враждой с Северусом, друзьями нам не быть — это я решила твердо. Не дождавшись от меня никакой реакции, он почесал затылок и предложил:
— У вас по билету защита от нападения вампира, практическое применение зеркальных чар к смертельному проклятию «Серебряный склеп», а также заклятия очищения проклятой земли «Полет феникса». Довольно непростые задания. Осилите?
— Вполне. — Уверенно кивнула я. В библиотеке Руса было много чего интересного и гораздо более страшного чем упомянутые чары, так что провалиться я не боялась. Единственное что вызывало сомнения, так это «Полет феникса». Это заклинание действовало на площадь, а значит требовало задействования огромного количества силы. К тому же, что-то я не припомню, чтобы такое сильное заклинание было в программе седьмого курса. Кажется, начались те самые неприятности.
Мы перешли в специально оборудованный для экзаменов зал. Здесь даже стены были защищены от магического воздействия, а преподаватель мог по своему желанию воплощать в жизнь нужный сценарий для практической части.
С вампиром я разобралась быстро. Тут даже не нужно было особо колдовать — достаточно уклониться от выпадов и ударить в определенное место. После этого магическое создание на некоторое время теряло ориентацию в пространстве и его было просто обездвижить. Разрушить структуру «Серебряного склепа» тоже было не сложно, если конечно помнишь наизусть всю структуру его семи круговой схемы построения, которая включает в себя больше двадцати различных комбинаций рун. Тут больше проверялась не сила волшебника, а его память и внимание к деталям.
После того как я с успехом справилась с двумя первыми практическими заданиями и с плохо скрываемым удовлетворением взглянула на Люпина, от него поступило неожиданное предложение:
— Как насчет того чтобы вместо «Полета феникса» продемонстрировать мне Патронус? Оба эти заклинания стоят особняком и требуют больших усилий со стороны мага. Насколько мне известно, на шестом курсе проходят Патронус, но, к сожалению, только теоретически, оставляя практику на усмотрение учеников. Что скажете на это?
Интересное предложение. Я еще не слышала, чтобы кто-то из преподавателей предлагал заменить одно экзаменационное задание на другое. Некоторые могли бы счесть подобное жульничеством, ведь Патронус применяют гораздо чаще чем «Полет феникса». Пускай он в некотором роде также сложен, но волшебник сталкивается со сложностями абсолютно иного плана. Что Люпин хочет показать этим предложением? Или он уже наслышан о моей старой проблеме с запасом силы?
— Спасибо за подобное предложение. Но я не хочу сталкиваться с вероятностью опротестования результатов экзамена. — Как можно невозмутимей ответила я.
«Кстати, к моему большому сожалению, я пока не владею Патронусом и не хочу, чтобы ты также об этом знал», — мысленно закончила фразу.
 
Конечно, после случая в поезде я первым делом узнала как правильно звучит это заклинания и условия его применения. Даже упросила Северуса посвятить несколько наших тренировок отработке именно этой чары, но… ничего не вышло. Все что вырывалось из моей палочки — это жемчужно-сизый туман, не более. Рус тогда сказал, что все придет со временем. Да, он во многих отношениях был очень терпелив, мой Рус. А по отношению ко мне, порой, даже слишком. Я не хотела его подводить даже в мелочах, но это проклятое заклинание никак не хотело поддаваться мне! В голове зародился невольный страх, что у меня никогда не получится собственный Патронус. Слишком много плохого было в моей жизни, слишком много страха и сомнений. А счастья было так мало…