Балканы (СИ)

Ко мне подошёл представитель ДОСААФ, который привёл на аэродром детей.
— Спасибо, Сергей Сергеевич. Я знаю, что вы очень занятой человек. Мы вас не сильно отвлекли? — спросил он меня.
— Всё в порядке. Это же дети. Наше будущее. Тем более что их программа обучения в отделении ДОСААФ проводится под патронажем КБ МиГ.
— Но вы им рассказали про Су-34. Хотя могли бы пойти и показать МиГ-31, — указал он на самолёт, стоящий на стоянке рядом с нами.
— А мы им сейчас и его покажем. Отвезите их к самолёту. Подполковник Бардин, который только что прилетел, в курсе. Он с детьми пообщается.
Я пожал руку преподавателю детей и пошёл к самолёту. Инженер протянул мне шлем. На ходу начал одевать снаряжение, слушая уточнение задачи.
— Надо показать 2.2 Маха. Другой скорости для запуска этого изделия может не хватить, — объяснил он.
Очередная новинка от военной промышленности прибыла на испытания. Носителем под столь «интересную» ракету выбрали именно МиГ-31. Наверное потому, что другие самолёты столь большую скорость не покажут.
— Боевую работу будем планировать, когда проанализируем сегодняшний вылет. Пока нужно выполнить полёт без изделия. Посмотри как локатор работает, — сказал инженер.
— Сделаем, — ответил я.
— Мы подвесили полноразмерный макет. Надо снять характеристики на всех режимах.
Я кивнул и пошёл поздороваться с техниками. После небольшой беседы начал обходить самолёт.
Стараюсь говорить с машиной. Чем ласковее с ней, тем большей отдачей она тебе ответит в полёте. Создаётся некая ментальная связь между человеком и самолётом.
Особое внимание уделил огромному макету ракеты, подвешенному под фюзеляжем. Даже цвет у него чёрный с матовым оттенком.
Со штурманом быстро обсудили задание и заняли места в кабинах. Запуск произведён, последние проверки перед выруливанием выполнены. Техник показывает, что можно начинать движение.
— Грачёвка, 561й готов вырулить на предварительный, — запросил я разрешение у руководителя полётами.
— 561й, по первой рулёжке. Взлётный 118°.
— Вас понял.
Проехав мимо толпы детей, которая с интересом слушает рассказ Кости Бардина, мы со штурманом поприветствовали ребят. Радости будущего поколения не было предела. Кто-то даже выполнил воинское приветствие.
— Командир, говорят в следующем году в КБ придёт больше людей на работу, чем в этом. Все молодые, после институтов.
— Почему бы и нет. Хорошо, что в своё время не дали развалить систему ДОСААФ. Плюс сами КБ оказывают содействие в подготовке, — ответил я.
— У меня племянник ждёт следующего года, чтобы пойти заниматься в Циолковске на отделение беспилотников.
— Уже открыли? Обещали только в следующем году.
Приятно слышать, что планы по развитию системы образования идут с опережением.
Вырулили на полосу и приступили к прогреву двигателей. Выдержали установленное время и приготовились к взлёту.
— Грачёвка, 561й, карту выполнил. Взлёт, форсаж, — запросил я.
— Разрешил 561й.
Начинаю выводить обороты. Самолёт приседает на переднее колесо. Вибрирует, «просится» отпустить тормозную гашетку и начать разбег.
Рычаг управления двигателями отклонил вперёд до упора. Загорелись лампы о включении форсажа на многофункциональных дисплеях. Отпустил тормоза, рывок назад и МиГ-31 помчался по полосе.
— Включились оба! — доложил я о включении форсажного режима.
На расчётной скорости поднял нос, и самолёт оторвался от полосы.
— Прошу набор 11 100, — запросил я.
— Разрешил, 561й, — вышел в эфир руководитель полётами.
Ручку управления отклонил на себя и МиГ устремился вверх.
Задание выполнили в течение часа и вернулись на аэродром. После посадки и заруливания на стоянку, нас уже встречали много инженеров. Успешный вылет тем не менее не был лёгким. Чувствую, как обильно вспотел, а тело прочувствовало по полной перегрузку в наборе высоты и на быстром снижении.
— Грачёвка, 561й, на стоянке. Выключение. Спасибо за управление! — поблагодарил я группу руководства полётами.
— Всего доброго, 561.
Не успели мы со штурманом вылезти из кабины, как со всех сторон инженеры налетели с вопросами. Быстрого доклада не получилось. Но это нормальное явление в моей работе.
  
— Новые дисплей работает хорошо. Бликов нет. Правда на пикировании промаргивал. Секунда-полторы, — объяснил я.
— Исправим, — ответил мне один из инженеров.
Я собирался уже садиться в автобус, как меня остановил один из техников.
— Сергей Сергеевич, тут к вам человек приехал, — сказал он мне.
— Откуда? — спросил я, поворачиваясь назад.
Техник пожал плечами, а я увидел старого знакомого. Он стоял рядом с несколькими автомобилями, припаркованными рядом с большим ангаром. Улыбающийся, в тёмных очках и строгом костюме. Это был Виталий Казанов, с которым мы уже не виделись несколько лет.
— Спасибо. Автобус пускай меня не ждёт, — сказал я и пошёл к Виталику.
Медленно ступая по бетону, я осматривался по сторонам. За эти годы Испытательный Центр во Владимирске не потерял своей мощи.
Бомбардировщики Ту-16, модернизированные и покрашенные, так и занимают стоянку рядом с нашим ангаром. Для транспортных самолётов Ан-12, Ан-26 и Ан-72 выделили отдельный участок на дальней стоянке. Так что здесь их практически не видно.
Истребительный полк теперь летает на МиГ-29, но есть ещё несколько обновлённых МиГ-23 последних модификаций.
Стоянки испытательных служб центра несколько поредели. Можно заметить Су-27е и МиГ-29е, а также их многочисленные модификации. На смену Су-17, пришли Су-24 и Су-34. Есть парочка МиГ-27, но к этим самолётам есть вопросы. Работа не прекращается, пускай уже и нет былой интенсивности.
Подойдя ближе, я смог более детально разглядеть старого друга. Виталик был коротко подстрижен, лицо гладко выбрито. Из особенностей — на правой брови волосы отсутствовали, а левая рука была в перчатке.
— Рад тебя видеть! — поздоровался со мной Казанов и по-дружески обнял меня — Хорошо выглядишь. На висках только седые волосы появились.
— Работа нервная, — ответил я.
— Но шандец какая интересная, верно? — спросил Виталик, и я молча кивнул.
Казанов дал команду охране ждать у машин, а сам предложил мне слегка пройтись по стоянке.
— Как успехи? — спросил Виталик.
— Переменные. Приняли МФИ-1 на вооружение. КБ Сухого уже предлагает его модернизацию и параллельно развивает линейку Су-27. Новые ракеты, четвёртый авианосец выходит в море, Вера ждёт ребёнка, а Вика мечтает стать телеведущей.
— О! Я знаю одну такую журналистку. Может поделиться опытом и взять под крыло в будущем. Она сейчас заместитель руководителя ТАСС…
— Ты смерти моей хочешь⁈ Вера никогда не позволит Вике работать с Красновой, — посмеялся я. — Хоть Аня и большой профессионал. Она когда её видит по телевизору, переключает канал.
Мы посмеялись с Виталиком, но у меня было твёрдое ощущение, что он тут не просто так. Казанов никогда просто не возникает в моей жизни.
— Ладно, давай к делу, — сказал я.
— К какому? — сделал задумчивое лицо Виталик.
— К делу, по которому ты сюда приехал. И не надо мне говорить, что во Владимирск тебя привели интересы конторы.
— Да я к другу приехал!
Я остановился и посмотрел на Виталика. Тот ещё с минуту поулыбался, переводя всё в шутку, но потом сдался.
— Так и быть. Есть работа, которую я могу доверить выполнить только тебе.
— О! Началось! Ещё скажи, что это во благо Родины.
— Определённо.
Ой, не нравится мне это!
— И что же это за работа? Предлагаешь мне слетать в Вашингтон и спеть «Не валяй дурака, Америка»? Может им ещё Расторгуева привезти?
Виталик улыбнулся, достал сигарету и закурил.
— Вот был бы номер. Но ты угадал — надо кое-куда слетать, кое-кого отвезти и привезти.
В моей жизни уже был опыт, когда я брал на борт человека. После этого он чуть было не разрушил страну. Сейчас товарищ Русов — эмигрировал из страны и выступает с критикой советского правительства.