Молли и я. Невероятная история о втором шансе, или Как собака и ее хозяин стали настоящим детективны

– А почему бы и нет? Думаю, это место вполне подойдет, – ответил я.
Эта классическая английская деревушка могла похвастаться просторными зелеными лужайками, роскошным полем для крикета и множеством причудливых магазинов и закусочных, включая знаменитое кафе «Пестрая Курица». Работая здесь над предыдущими делами, я не мог не заметить, что здесь было необычайно много кошек. Куда бы я ни повернул, меня преследовали кошки – они следили за мной из окон, сидели на ступеньках или слонялись по мостовой.
Теперь нам требовалось найти волонтеров. Мы с Сэм развесили плакаты в магазинах, ходили по домам с листовками и размещали сообщения на местных сайтах.
«У вас есть кошка? Детективы по розыску домашних животных хотят лучше понять поведение кошек, и вы можете нам помочь», – гласили наши объявления.
С нами связались десять владельцев, но мы в итоге отобрали только троих. Мы специально старались выбирать крупных кошек, которые с легкостью могли носить GPS-устройства на своих ошейниках: Монти – послушный серебристый мейн-кун, Шемли – полосатая кошечка, жившая в деревне уже 10 лет, и Брэнсон – длинношерстный рыжий кот, названный в честь успешного бизнесмена, который когда-то жил в этих местах. Сам девайс был со спичечный коробок, но все равно был слишком громоздким для маленьких пород, таких как сиамская кошка или девон-рекс.
Как оказалось, мы невольно выбрали трех самых ленивых кошек в Шемли-Грин. Примерно через неделю анализ данных показал, что, к нашему большому разочарованию, эти безалаберные представители семейства кошачьих еле двигаются. Шемли, самая активная из троих, каждое утро уходила в дальний конец сада, где несколько часов лежала на крыше сарая, греясь на солнышке и охраняя свою территорию. Справив нужду в соседском саду, она возвращалась на кухню пообедать, дремала на диване, а потом повторяла весь этот цикл сначала. Такое времяпрепровождение наших подопечных не удовлетворяло задачам нашего исследования.
Но потом нам улыбнулась удача. Редактор местного глянцевого журнала «Гилдфорд» прочитал о нашем агентстве в местной газете и захотел взять у нас интервью. Я согласился, но только при условии, что мы могли бы упомянуть о нашем проекте с намерением привлечь больше участников. Статья определенно произвела желаемый эффект – через несколько дней после публикации нам удалось набрать еще дюжину добровольцев.
«Мы бы с удовольствием приняли участие, – сказал местный школьный учитель, решивший позвонить нам после того, как прочел статью. – Наша маленькая Шеба все время где-то пропадает, и было бы интересно узнать, чем она занимается».
Некоторые жители деревни любезно разрешили нам установить камеры в их домах и садах, чтобы записывать передвижения кошек, я также установил несколько чувствительных к движению внешних камер близ деревни, чтобы следить за бродячими кошками.
И наконец-то мы начали получать по-настоящему интересные данные. Наша новая фокус-группа была гораздо более активной. Отсмотрев получившийся материал и проанализировав карты передвижения, полученные при помощи GPS-маячков, мы с Сэм пришли к удивительным выводам. Мы узнали очень много о повседневном поведении кошек, их привычках и передвижениях и, что особенно важно, об обстоятельствах, которые приводили к их переселению или исчезновению. Мы отметили, что некоторые кошки негативно реагировали на перемены в доме: появление ребенка или даже ремонт комнаты, а других прогоняли со своей территории более агрессивные кошки, вторгшиеся в их дом или сад.
Что удивительно, мы с Сэм обнаружили, что некоторые из кошек в Шемли-Грин придумали остроумный способ избегать конфликтов друг с другом: они по очереди пользовались территорией. Мы заметили, что днем территорию патрулировала кошка-лидер, в то время как ночью – более покладистая. Например, наша аппаратура запечатлела, как американский бобтейл по кличке Джордж с утра до вечера бродил по тихому тупику, обнюхивая деревья и заборы, а также околачивался под кормушками для птиц. Через несколько часов после того, как Джордж ушел, тощий сиамский кот по кличке Ског (шоколадного окраса с характерными пятнами в форме маски вокруг носа и ушей) начал патрулировать ту же территорию, крадясь вдоль живых изгородей и садов. Затем мы увидели, как он нервно принюхивается к меткам Джорджа и добавляет к ним свой аромат, а на рассвете исчезает. Метя территорию, кошки, таким образом, делились друг с другом маршрутами передвижения и данными о своем здоровье, возрасте и рационе питания.
 
– Для кошек это что-то вроде социальной сети, – сказал я улыбаясь, пока мы просматривали этот видеоряд.
– Ха-ха, а это идея! – подхватила Сэм.
Некоторые из камер запечатлели деятельность так называемых «кошек-нарушителей», которые пробирались в соседние дома в поисках пищи и убежища. Мы внимательно наблюдали за тем, как один пухлый британский короткошерстный кот по имени Норман каждое утро сидел на краю дороги, не сводя взгляда с дома через дорогу. Пара напротив каждый день уходила на работу в 6:30 утра, после чего Норман перебегал через дорогу, попадал внутрь через кошачий люк, шел на кухню, воровал немного кошачьей еды, а затем по-хозяйски носился по дому. Примерно за полчаса до того, как пара должна была вернуться домой, он выходил из задней двери, неторопливо переходил дорогу и возвращался в родной дом. Соседи были удивлены, когда я показал им видеозапись.
«Какой нахал! – отметил хозяин Нормана. – Неудивительно, что он такой толстый».
Так или иначе, распорядок дня кота не изменился, хотя, как я понял, часть запасов кошачьего корма владельцы Нормана стали отдавать соседям.
Однако не все кошки-нарушители были такими культурными. Через несколько недель после начала проекта «Красный Лев» наше внимание привлек слегка неопрятный длинношерстный серо-белый кот, который тоже пробирался в некоторые дома. Его мускулатура говорила сама за себя – он выламывал кошачьи заслонки и пролезал в окна. Он устраивал засады для других кошек, съедал их пищу и не стеснялся метить свою новую территорию. Он терроризировал всю округу, за что мы с Сэм окрестили его Титаном.
Одна семья невольно заперла этого грозного кота в своей подсобке, по ошибке настроив заслонку так, что кот не мог выйти. Когда семья вернулась домой после дневной поездки, они увидели сизо-серого кота и полный погром в комнате. Титану не понравилось, что его заперли, и он впал в бешенство, жалюзи на витражном окне были сорваны, содержимое корзины для белья разорвано в клочья, в комнате воняло кошачьей мочой. Едва дверь открылась, как Титан вылетел наружу и скрылся в ночи.
Другая семья, не ожидая новых знакомств в тот вечер, уютно устроилась на диване перед телевизором, где шел «В поисках Немо», когда в гостиную ворвался Титан. Одержимый тестостероном, он пронесся через всю комнату и попытался надругаться над их любимой породистой персидской кошкой прямо на ковре у камина. Они сцепились друг с другом так, что клочья шерсти полетели во все стороны, и в итоге отца семейства сильно поцарапали, ведь он пытался оттащить Титана от кошки. Вся семья была в ужасе от этой картины, как, несомненно, и объект похоти самца. Вскоре после этого кошка пропала, что было предсказуемой реакцией на такой шок, однако, к счастью, вернулась домой через несколько дней.
Несмотря на его преступные наклонности и властную натуру, со временем я проникся любовью к этому дерзкому коту. Мне нравилось следить за ним, когда он гулял по деревне, я мог точно определить его местонахождение с помощью камер, чувствительных к движению, и мне было интересно побольше разузнать о нем. Был ли Титан всегда диким котом, который жил на улице? Или же он стал бродячим, но у него когда-то был дом, или, возможно, у него все еще есть хозяин? Это не давало мне покоя, и я решил провести расследование.
В первую очередь я развесил десятки плакатов с надписью «Знаете ли вы этого кота?» по всему району в надежде, что его узнает владелец. Затем я опросил всех соседей, которые сообщали о его появлении, и, проанализировав записи с камер, составил паспорт нашего нарушителя. Мне удалось выяснить, что он часто посещал пять домов, в каждом из которых жили кошки, с которыми он мог либо подраться, либо попытаться спариться, либо в редких случаях подружиться. Впрочем, один дом он посещал ежедневно. Одноэтажный летний дом с верандой принадлежал Валери, милой женщине лет 60. Она была преданной кошатницей – у нее жил Макс, пожилой бурманец [5], и она с симпатией относилась к сильному серому коту, который регулярно заглядывал к ней вздремнуть или перекусить.