Приграничное владение 2 (СИ)

—Ну да, логически. — Не став спорить с ним покачал головой Саша. — Мне вон Клим деревню в кормление навязывает, а я не беру. Когда мне там их споры разводить, да суды вершить? У меня, там, дома дел выше крыши, — чиркнул парень себя ребром ладони по-горлу, — а тут деревня целая. Это же ответственность, блин, какая! Мне и шпоры эти, золотые, как корове седло нужны, а сказали- надо и поехал. — Вздохнул парень.
Лаэрт уважительно и как-то по-новому глянул на пришельца из другого мира и тоже одобрительно покивал на его слова. Дождь, то снова начинал накрапывать невидимой моросью, то на некоторое время прекращался. Но небо так и было затянуто сумрачными облаками, такими густыми, что из-за них даже не было видно снежных гор эльфийской стены.
Вообще погода какая-то питерская, даже когда не капает, то висит в воздухе водная взвесь, — смачно сплюнул будущий обладатель титула и золотых шпор, — поехал, мля, на загородную поездку, да с погодой, вишь ты, не свезло. Зато пироги на первом хуторе знатные и жаркое из горной козлятины с пряными травами очень понравилось. У Саши забурчало в животе. — Вернемся туда вечером, бухну. Солдаты Климента скорее всего меня вином поддержат, да и пусть, а я коньячку под мясо. Схожу в баньку, малехо попарюсь, косточки прогрею, а то вон ветерок холодный, да сырой, одежда вся влажная, а потом под ароматное мясцо и бухну, пределаю свою фляжечку. Зря я, что ли коньяк с собой брал?
—Ну чего загрустил, огуречек, притих? Об жратве видать думаешь или о бабах, признавайся? — Отвлек его от размышлений Лаэрт и засмеялся своей шутке.
—Да иди ты! — Буркнул по-русски Саша, сделав вид, что обиделся и добавил уже на общеимперском. — Вечно вы все, все опошлите. — Сказал он дроу, правда не пояснив — кто все и что все.
—Ладно, хуман, не сердчай. Если все нормально пройдет, то к вечеру в первый хутор еще дозорные подъедут, как лэр Климент и обещал. С ними домой поедешь, без меня уже.
—А ты куда? — Удивился Саша. — Здесь останешься?
—Прогуляюсь один. Не люблю я большими кавалькадами дикое поле топтать. Коня вашему отряду отдам, а сам на своих двоих погуляю, по лесу пройдусь. Может попадется кто.
—Кто? — Не понял Саша.
—Да огуречек какой. — Засмеялся опять дроу. — Ну мало ли кто по Серебряному бору шастает. И разбойнички бывает забредают и светлячки, да и орки частенько.
—А один, прям не боишься? Они-то верно не по-одному шастают? — Заинтересовался Саша.
—Орки обычно, небольшой ватажкой в дальние рейды ходят. В основном молодежь орочья. У них это принято, вошел в зрелость или кровника прирежь или из разумных кого и уши принеси, то даже почетнее. Ну и за трофеями конечно. Да впрочем все так, ну может только гномы себе на уме, сидят у себя в городах под горами. Но я бы им тоже не сильно доверял, кто знает чем они у себя в каменных чертогах занимаются. Может такое творят, что волосы дыбом встанут. — Осклабился дроу своей шутке. — А остальные точно — кто скальп снять, кто пальцы или уши, а кто и голову норовит отрезать.
—Что и светлые эльфы в лесу напасть могут? — Не поверил ему Саша. — Они же вроде все за справедливость, все из себя благородные?
—Тьфу! — Сплюнул Лаэрт. — Нашел благородных! Они во всем не справедливость, а выгоду свою ищут. Тебя бы если в лесу одного встретили, к гадалке не ходи — прирезали, как зовут не спросили. Вот только ради гонору своего бы убили, да еще и покуражились. А ведь на тебе еще и кольчуга гномьей работы и другие вещи достойные внимания. Кивнул дроу на стальное мачете и арбалет с оптикой. Тебя одного пусти, так и дня не продержишься.
Незнакомым вообще не доверяй, особенно в диком поле или на спорных территориях. Поэтому если ты первый их увидел, то считай и преимущество на твоей стороне. Что эльфы, что иллитиири, ну мои собратья то есть, — пояснил Лаэрт, — к магии все склонны, талант имеют, тебе с ними совладать очень трудно. Хоть и ты тоже магический дар имеешь, но пользоваться им ты почитай не могешь. Вот когда ты последний раз магичесое зрение подключал? А опытный разведчик почти всегда параллельно все вокруг магическим зрением осматривает. К тому же светлячки, по лесу в одиночку не шастают. У них с дисциплиной строго, их рейдерская группа, обычно состоит из четырех разведчиков. И у каждого рейдера светлых, есть плащ-хамелеон. Вещь именная и очень дорогая. Плащ рейдера купить нельзя, а только снять с убитого разведчика. Наши накидки-пиваффи конечно получше будут, но ими в подземной стране пользоваться надо, ну или вот в такую погоду. А вот плащу светлячков, от солнечного света никакой порухи. — Потряс Лаэрт полу своего плаща, намекая что это бывшая вещь одного из эльфарских рейдеров. — Только им могут пользоваться те, у кого дар есть. Для других он тряпка обычная, хотя легкий и не промокает совсем. А вот ежели владелец с магическим даром, то почти невидим.
 
—Говоришь, если увидят, то убьют сразу, а как же ты их плащ на виду у всех носишь? Сам не боишься?
Лаэрт громко рассмеялся. — Да мы, что с эльфарами, что с лесными всегда в состоянии войны. Потому и в ножи при встрече. Но если я на службе, да при большом отряде, свои претензии пусть себе в зад засунут. Вот ежели оплошаю и в лесу одного прижмут, так что в плаще, что хоть голым будь, мне все одно не жить, главное с собой парочку кичливых ублюдков захватить успеть, в дар безумной богине.
Только я тебе по секрету скажу, — чуть наклонился он из седла к Саше и понизил голос, — пока не я, а полдюжины светлячков под соснами в бору прикопаны и червей кормят. И еще совет тебе, хуман, если где врага убил, а времени сжечь тело нет, то голову отруби. А если можешь, то расчлени тушку и прикопай все части отдельно, тогда точно убитый тобой не восстанет и по твою душу не явится.
Саше как-то стало не по себе от таких откровений клыкастого маньяка. — И меня бы убил? — Неожиданно сам для себя спросил он дроу. — Ну если бы в лесу одного встретил, убил бы?
—Совсем малахольный, что ли? Я же тебя знаю. Да и лэрам ты друг хороший, вон даже титул рыцаря тебе присвоить хотят. Зачем мне тебя убивать?
—Нет, ты не понял. — Мотнул головой Саша. — Вот если бы не знал, а в лесу одного встретил, убил бы?
Лаэрт как-то по-простому пожал плечами. — Со светлячками и орками у моего народа вражда кровная. Там, если не я их, то они меня. А вот ежели человек или гном, зачем мне его сразу убивать? Проследить надо, зачем он тут, чего задумал? Хотя, если честно, оглушил бы тебя по-тихому, да пока в себя не пришел, прибрал к рукам твой арбалет. Зачем тебе такое оружие, огуречек? А убивать? Нет, не стал бы. Вот кабы ты у меня первый хуман был, тогда может. А так… нее не стал бы. За ради баловства или скальп снять? Так уже не мальчик силы свои пробующий, да и не враг ты мне. А так зачем? На узкой дорожке того убивают, с кем разойтись опасно и спиной повернуться, потому как если не ты его, то он тебе нож под лопатку воткнет. А ты, хуман-огуречек, для меня не страшнее мышки полевой, я тебя в лесу обойду, ты и не приметишь ничего.
Потом дроу помолчал немного и продолжил: — Ты от меня подлости не жди, мне Климент скорее друг, чем господин, поэтому я лэрам служу не за страх, а за совесть. Он мне дал поручение тебя охранять, а ты мне дурные вопросы тут задаешь. Убил бы не-убил? — И видно сам пожалев, что слишком разоткровенничался с иномирцем, пришпорил коня и бросил Саше через плечо, — Магические навыки тренируй! — Ускакал во главу их маленького отряда.
Сказать по-правде сегодня Саша немного филонил, он всего несколько раз, вначале сегодняшней поездки, подключал магическое зрение, оглядывая им то близко растущие деревья стоящие на опушке и мокрые от дождя, то ручей небольшой но быстрый, то плотные заросли кустарника не раз встречавшиеся по дороге. А потом разговорился с Лаэртом и подключал дар только чтобы запомнить новое слово на общеимперском, прозвучавшее из уст назначенного ему Климом телохранителя.
 
Через некоторое время дождь разошелся с новой силой и сплошная стена дождя не давала дозорным смотреть дальше двух десятков метров. Струйки воды с завидным упорством затекали в рукава, за шиворот и даже просачивались по намокшим штанам камуфляжа, в туго зашнурованные берцы. Саша пробовал с помощью магического дара разогревать кожу немного просушивая мокрую одежду, но вскоре бросил эти попытки. Одежда становилась влажной и теплой. Он ощущал себя, наверное, как в экваториальных джунглях или как в бане — жарко и очень влажно. Довольно неприятные ощущения для плотно одетого человека.