Баттосай Поттер (СИ)

— А ты его уже проверял? — спросила Джинни.
— Проверял, — согласился Гарри. — Перед письмом из Азкабана он первый раз сработал. Правда, вёл себя тогда значительно менее активно.
— А за сколько времени до получения письма он у тебя сработал, — задал более практичный вопрос Малфой.
— Почти за полтора часа, — ответил мальчик.
— Блин! Изведёшься весь за такое время! — сказала Джинни.
— Давайте засечём? — предложила Гермиона и достала часы.
— Хорошая мысль, — согласился Гарри. — В следующий раз будем точнее знать временной отрезок, — и тоже достал часы.
Примечание к части
глава закончена
  
глава 4 том 2
 
Поезд начал замедляться.
— Сколько натикало? — поинтересовался Малфой.
— Ровно час двадцать три, — ответила Гермиона.
Поезд дёрнулся последний раз и остановился. Разом погасли все лампы. Ощутимо похолодало. Гарри почувствовал столь ненавистный запах… запах крови.
— Дементоры, — мёртвым голосом проговорил он и встал с диванчика, обнажив катану. Металл холодно блеснул, и мальчик стремительно ушёл в наступившую темноту.
— Кажется, мой боггарт только что изменился, — севшим голосом проговорил Малфой.
— Но ты ведь ещё не мог увидеть дементора? — удивилась Джинни.
— Причём тут какой-то дементор, — отмахнулся в темноте тот. — Я увидел глаза Гарри, когда тот меч доставал… Вот это реально страшно!
В этот момент в коридоре полыхнуло, и раздался тоскливо-испуганный вой-хрип дементора. Предсмертный…
* * *
Кровь. Кругом была кровь. Она покрывала тело, лицо, волосы были тяжёлыми и липли к коже… Кровь была под ногами, на стенах… На мече.
Этот ненавистный запах. Запах смерти…
Гарри сделал ещё шаг и увидел тела с рубленными ранами. Мёртвые тела в косоде и хакама, в хаори шинсенгуми и без них. Тела… кровь… части тел… внутренности…
Всё тело сковал холод… Не осталось ни одной мысли, ни одного чувства, сердце будто бы и не билось вовсе…
Но меч в руке не дрожал. Он лежал в пальцах привычно и словно бы продолжал само тело. Он хищно искал врага, жертву… В глазах Гарри поблёскивал тот же свет, что проскальзывал по клинку редкими бликами.
Гарри шёл вперёд. Шаг за шагом. Шаг за шагом.
Вот он. Дементор. Долговязая чёрная фигура в капюшоне, от которой кругами расходится призрачный туман.
Гарри шёл прямо на дементора. Дементор на Гарри.
Кончик меча упёрся в ткань плаща монстра. Хотя в этот момент сказать, кто из них монстр, было трудно. Но мальчик с катаной был однозначно страшнее.
— Экспекто… — тихим ровным голосом проговорил монстр с катаной, глядя прямо в тёмный зёв пустоты под капюшоном монстра в плаще, — патронум.
На мгновение клинок окутался синим облачком света. Дементор отшатнулся. Меч потух. Гарри догнал отшатнувшееся исчадие, и кончик катаны снова упёрся в ткань плаща.
Короткая вспышка — всё, на что он оказался способен в этот момент.
— Люмос Солем, — ровным голосом сказал Гарри. Ослепительный луч света сорвался с лезвия и ударил в балахонистую фигуру.
По коридору разнёсся крик боли дементора, который упал на пол с тлеющими прорехами в плаще.
— Инферн Фламио! — всё тот же ровный и холодный голос Поттера упал в темноту коридора. Упавшую на пол фигуру окутал огонь. Несколько секунд, и от неё не осталось и пепла.
Огонь погас. На вагон снова обрушилась тьма…
В голове Гарри зазвучали крики умирающих, кровь и тела снова были повсюду, а меч в руках словно бы чувствовал на себе расступающуюся плоть…
В вагон входили всё новые и новые фигуры в балахонах. Их было много.
У Гарри не осталось ни одной искорки света на душе, и холод пробирал до костей. Хотелось смыть кровь с себя, сбежать… От самого себя. Он сам себе был невыносим, противен и отвратителен. Но все равно шёл вперёд, прямо в толпу дементоров.
С клинка начали срываться невербальные Авады, летящие точно в монстров. Балахоны падали под ударами зелёных лучей, но их места занимали все новые и новые твари. Гарри прыгнул вперёд. Его меч, окружённый зелёным светом не успевшей сорваться Авады, врубался в тела нежити и убивал их.
 
Гарри рубил на пределе своих сил. Десяток тварей падал за десятком… Боевое безумие захлёстывало сознание Гарри кровавой волной. Это заставляло его всё быстрей и сильней бить, рубить, резать, колоть… Уже не только меч. Все тело его светилось концентрированным намерением убивать.
Намерение убивать — единственное, что в нём вообще осталось. Он сам был одной сплошной Авадой Кедавра — смертью.
Но дементоры продолжали переть.
Гарри начинал тонуть в той крови, что переполняла его разум.
И вдруг весь мир словно застыл для него. В этом черно-красном море блеснула искра. Оранжевая искра…
Яркий оранжевый шарф на девичьей шее. Бейсболка и мимолётная тёплая улыбка благодарности на лице…
Мир снова полетел вперёд. Очередной дементор кучей тряпья слетел с клинка катаны, а где-то впереди, в коридоре вагона, хлопнула дверь купе.
Но оранжевая искра продолжала разрастаться в душе Поттера. В пламя зарождающегося взрыва…
— Экспекто Патронум! — проорал во всю силу лёгких Гарри, выплёскивая из себя весь этот пожар, что творился в его душе, всем телом щедро вкладывая в него энергию магии, так же как и в Аваду до этого.
Огромный телесный патронус. Огромный светящийся дракон возник на месте мальчика и поглотил своим световым телом всё вокруг.
Размера дракона хватило, чтобы мгновенно накрыть весь поезд, просто развеивая всех дементоров, что собрались около него и проникли внутрь.
Дракон взлетел и развеялся где-то высоко в небе.
Гарри тяжело дыша, застыл посреди коридора с мечом в руках.
Он резко обернулся через плечо и встретился взглядом с Ремусом Люпином.
* * *
Стоило Гарри выскочить за дверь, как Ремус проснулся. Вспышка и крик дементора встретили его уже в дверях купе.
В ладони мужчины плескалась пригоршня пламени.
Люпин остановился и с непонятным ужасом уставился в спину мальчика, с обнажённым мечом идущего на толпу дементоров. Это не было страхом навеянным нежитью. То чувство Ремус хорошо знал. Нет, это был суеверный ужас живого перед лицом смерти.
Тут с клинка мальчика полетели зелёные лучи, мгновенно убивающие дементоров.
Затем он сам прыгнул на толпу и начал рубить. И двигался при этом так быстро, что глаз не успевал фиксировать его положение.
Ремус видел только зелёное пятно, которое становилось все больше и больше… И это было страшно. Почему-то Люпину казалось, что как только пятно зелёного света достигнет стен коридора, все они: и ученики, и взрослые маги, — погибнут.
Тут за спиной скрипнула дверь какого-то купе. Ремус обернулся и увидел девушку в оранжевом шарфе, выглянувшую в коридор.
Люпин снова обернулся к дементорам. Зелёное пятно стремительно меняло свой цвет на синий с белым.
Потом была вспышка и огромный светящийся дракон-патронус, улетающий в небо…
Девочки за спиной уже не было.
Вновь загорелись лампы в поезде. День за окнами вернулся, магическая тьма и туман рассеялись бесследно.
Мальчик посмотрел на Ремуса, все ещё держащего пригоршню огня, и вложил клинок в ножны.
Он медленно поплёлся в купе. Дошёл и, спрятав ножны с мечом в поясной кошель, откинулся на стенку, заняв своё прежнее место на диванчике.
Глаза его закрылись.
— Гарри! Что с тобой?! — вскочила Джинни. Драко остановил её жестом, поднял свой Жезл и бросил диагностическое плетение.
— Всё в порядке, — сказал он через пару мгновений. — Он просто спит.
В этот момент поезд тронулся в путь.
* * *
Прибытие в Хогвартс было заурядным. После остановки поезда ничего необычного уже не происходило.
Детей, как и всегда, встретил Хагрид. Все расселись по каретам, перваши по лодкам, и здравствуй Хогвартс.
Большой обеденный Зал. Столы учеников, стол преподавателей, потолок с иллюзией неба, летающие свечи. Распределение…