Баттосай Поттер (СИ)
— Позволь откровенно тебе сказать: раздавать фото с автографом на этом этапе карьеры — верх неблагоразумия. Придёт время, когда тебе, как сейчас мне, будет необходимо иметь наготове пачку таких фотографий, но, — жизнерадостно хохотнул он, — думаю, что сегодня, пожалуй, ещё рановато.
— Спасибо за совет, Профессор! — с искренней благодарностью произнёс Гарри. — Но как быть, если мне самому предлагают сделать фото и подписать его? Ведь, если не согласиться, то можно оттолкнуть фаната и прослыть гордецом.
— Верно мыслишь, Гарри. Но в этом случае, если нет знаменитости вроде меня под рукой, то стоит делать парную фотографию с тем, кто её попросил. И важно подписать не просто "Гилдерой Локхарт", а как минимум "Моему другу Колину, с наилучшими пожеланиями, Гилдерой Локхарт"…
— Я запомню, Профессор, — серьёзно кивнул Гарри.
— … очень важно знать, и при случае упоминать, как можно больше имён людей. Пусть даже совершенно случайных. Например, если на пресс-конференции обратиться к журналистке по имени, ей это очень польстит, что непременно отразится и на статье, которую она напишет. Поэтому старайся запоминать имена и лица. Как можно больше имён и лиц. Главное не ошибиться, когда будешь их использовать. Так как Джон, названный тобой Томасом, очень сильно расстроится, хоть и не подаст виду. И ещё, Гарри, важно, чтобы подпись твоя была красивой, яркой, запоминающейся… Потренируйся на досуге. Уделённое этому время точно не пройдёт даром.
— Спасибо ещё раз. Этот момент, я как-то совсем упустил из виду.
Тут они вошли в кабинет.
Когда все расселись по местам, Локхард громко прокашлялся, и в классе стало тихо. Он протянул руку, взял "Тропою троллей", экземпляр, принадлежавший Невиллу Лонгботтому, и поднял его, демонстрируя собственный подмигивающий портрет на обложке.
— Это я, — сказал он, и тоже подмигнул. — Гилдерой Локхарт, рыцарь Ордена Мерлина третьей степени, почётный член Лиги Защиты от Темных Сил и пятикратный обладатель приза "Магического еженедельника" за самую обаятельную улыбку. Но не будем сейчас об этом. Поверьте, я избавился от ирландского привидения, возвещающего смерть, отнюдь не улыбкой!
Гилдерой замолчал, ожидая смеха. Несколько учеников довольно кисло улыбнулись.
— Я вижу, вы все купили полный комплект моих книг. Как это прекрасно! Пожалуй, начнём урок с проверочной работы. Не пугайтесь! Я только хочу проверить, как внимательно вы их прочитали и что из них усвоили.
Вручив каждому листки с вопросами, Гилдерой вернулся к столу.
— Даю вам полчаса, — сказал он. — Начинайте.
Гарри начал читать вопросы и понял, что сейчас ему предстоит серьёзная практика в окклюменции.
Он, конечно, прочитал все семь книг Локхарта, тем более это было не сложно: книжки художественные, интересные, не лишённые юмора, читать легко, местами даже приятно.
Но вот вопросы, что оказались в листе, были сложны тем, что на них при прочтении, внимания Гарри практически не обращал. А некоторые места, он вообще проглядывал, не читая, лишь скользя взглядом.
Так что сейчас без окклюменции никак. Ведь окклюменция — это не столько наука о защите разума от внешнего воздействия, сколько о его структурировании. Улучшении его работы. Оптимизации и развитии возможностей. В частности работа с памятью. Что при должной тренировке позволяет вспомнить что угодно, начиная с рождения, в звуке, объёме, мышечных, вкусовых ощущениях и мельчайших деталях. Но труда для этого приложить приходится гору. И ещё пару маленьких тележек.
И вот сейчас Гарри начал такую тренировку, а ограничение по времени только подстёгивало и добавляло интереса.
Гермиона закончила раньше Гарри, но не намного.
Спустя полчаса Локхарт собрал работы и быстренько просмотрел их.
— Ай-яй-яй! — покачал он головой укоризненно. — Почти никто из вас не помнит, что мой любимый цвет — сиреневый. Я об этом пишу в книге "Йоркширский йети". А кое-кому не мешало бы повнимательнее читать "Встречи с вампиром". В главе двенадцатой я черным по белому пишу, что идеальный подарок для меня в день рождения — благорасположение между всеми людьми, магами и не магами. Но, разумеется, я не отказался бы и от бутылки доброго огневиски!
И Локхарт ещё раз проказливо подмигнул.
Ещё немного поразглагольствовав, Локхарт нагнулся и достал с пола большую, завешенную тканью клетку.
— Сегодня я вас научу, как обуздывать самые мерзкие создания, существующие в мире магов и волшебников. Предупреждаю, вы будете лицезреть в этой комнате нечто действительно ужасное. Но не бойтесь, пока я рядом, ничего плохого с вами не случится. Единственное, я прошу сохранять спокойствие.
— Ведите себя тише, — понизив голос, погрозил пальцем Локхарт. — Они могут перевозбудиться.
Весь класс затаил дыхание. Локхарт сдёрнул ткань.
— Да, это они, — драматическим голосом произнёс он. — Только что пойманные корнуэльские пикси.
Симус Финниган не сдержался и так явно хихикнул, что даже Локхарт не принял его смешок за вопль ужаса.
— Что такое? — расплылся он в улыбке.
— Но… но ведь они совсем неопасные, — выговорил сквозь смех Симус.
— Не скажите, — Локхарт покачал головой. — Их забавы могут быть чертовски неприятны.
Пикси были ярко-синие, ростом сантиметров двадцать, с заострёнными мордочками. Оказавшись после темноты на свету, они пронзительно заголосили, точно в класс ворвался полк трубачей, заметавшись по клетке, стали барабанить по жердям и корчить рожи, не то дразня, не то забавляя.
— А теперь посмотрим, — повысил голос Гилдерой Локхарт. — Как вы с ними справитесь! — и он открыл клетку.
Начался форменный бардак. В этом бардаке Локхарт пытался выполнить новое для Гарри заклинание, но оно почему-то не подействовало. Но Гарри формулу запомнил. И движение палочки.
Пока все веселились, он участвовал в общем веселье, попутно обдумывая формулу и то, почему она не сработала. Потом, когда Локхарт сбежал, да и половина класса вместе с ним, Гарри начал экспериментировать с этой формулой.
— Пескипикси пастерноми! — произнёс он, взмахнул палочкой и вложил совсем чуть силы. Эффект оказался невпечатляющим. Но все пикси в комнате явно дёрнулись в его сторону. Явно, но совсем немного.
Тогда Гарри повторил формулу, но сил вложил немного больше. Пикси протащило почти метр.
«Вот и причина», — подумал мальчик: «Локхарт элементарно не рассчитал сил в слишком сложной для него формуле воздействия сразу на такое количество подвижных объектов. За то и поплатился», — Гарри отнюдь не обольщался по поводу Локхарта. Волшебник из него никакой. Но он же и не магии у него учится? Хотя сейчас вот и магии, получается, подучился.
С пикси и без его нового заклинания справились. Хотя, не без его помощи. В общем, было весело.
глава 15 том 1
Гарри возобновил свои занятия с Флитвиком. Тот смог выделить для него целых два четырехчасовых занятия в неделю после уроков. Там они учились наложению чар и зачарованию предметов. Это оказалось неожиданно интересным и очень увлекло мальчика. Он глотал книжки по этой теме как заведённый, переплюнув в этом даже Гермиону (естественно, той ведь ещё спать нужно).
На зельях Снейп в первый же урок обломал зубы в легилименции об артефакт защиты разума Сельвинов. И просто язвил теперь каждый урок. Что интересно, сами зелья Гарри делать нравилось. Очень напоминало кулинарию. А готовить он любил и умел.
А с Невиллом разговор у них состоялся тем же вечером. Гарри рассказал ему про школу наёмников, и как туда попасть.
Про волшебную палочку говорить не стал. Если последует совету, то ему всё равно новую подберут. Ну, а если не последует, тогда и разговор другой будет.
Каждую ночь Гарри бегал в Запретный Лес на свои тренировки. Тело, наконец, вышло по своим физическим параметрам на уровень Баттосая начала войны и без накачки магией. Но всё равно оставалось "корявым". Высокоуровневые техники не давались, хоть ты тресни.