Другой Мир 3 (СИ)
— Я принимаю вызов, — сухо отозвался Северный и коротко поклонился Разумовскому. — Время и место? — поинтересовался хрипло, из последних сил сдерживая ярость.
Внезапно по залу разлетелся леденящий душу голос императора:
— Разнести вам Москву я не позволю. Поединок пройдет на мечах и состоится через сорок минут на дворцовой площади, — глянув на князя Северного, сухо обронил: — Все необходимое вам предоставят. А сейчас подите прочь.
Не промолвив ни слова, Коршунов низко поклонился не на шутку разгневанному самодержцу. Резко развернувшись, он расправил широкие плечи и уверенно пошел через расступающуюся перед ним толпу.
Проводив подтянутую фигуру Коршунова внимательным взглядом, император пристально посмотрел на поразительно хладнокровного Южного.
— Князь, вы не имеете права проиграть, — в звенящей тишине напутствовал самодержец.
— Знаю, мой государь, — Игорь уважительно склонил голову.
Выдержав долгую паузу, Александр Борисович повернулся к замершим в напряженном ожидании подданным.
— Праздник окончен, — его голос звучал твердо. — Желающим дозволяется присутствовать на поединке, — услышав одобрительные перешептывания, вновь посмотрел на Игоря. — Пойдемте со мной, князь. Вам пора готовиться.
Через миг государь в сопровождении невозмутимого Разумовского удалился из гудящего, словно улей, зала.
Стоило за ними закрыться дверям, журналисты принялись срочно выходить в прямой эфир, а дворяне — наперебой обсуждать сногсшибательное происшествие и спутницу князя.
Ангелина Васильевна действительно походила на покойную императрицу. Но о том, что настоятельница монастыря является родственницей Елизаветы Павловны, никто и не думал, ибо предков императрицы дворяне знали до седьмого колена.
Взяв под ручку ошарашенную внезапным конфликтом женщину, предельно собранный Михаил незаметно, но быстро повел ту на выход. Ей пора уезжать.
А вот сам княжич, безусловно, планировал остаться понаблюдать за поединком. Теперь стало понятно, чего именно добивался отец. Однако, увы, тот не сообщил о настоящей причине конфликта. Впрочем, бывший бастард и не собирался спрашивать. Он не сомневался: князь делает все исключительно на благо рода Разумовских.
Глава 36
Я ошиблась: не только главный, но абсолютно все каналы одновременно транслировали сенсационную новость.
Слушая очередного репортера, вещающего о предстоящей с минуты на минуту дуэли между князьями Разумовским и Коршуновым, я даже позабыла о Кате.
Мужчина уверенно говорил о том, что примирение соперников невозможно — бой закончится смертью одного из дуэлянтов. А «дорогие телезрители» непременно увидят зрелищный, уникальнейший поединок в прямом эфире.
Могущественный недруг оказался князем Северным. Впрочем, это особого удивления не вызвало. Еще не веря в реальность происходящего, я пыталась принять сам факт. Игорь все-таки осуществил свой план. Причем так изящно подвел врага к дуэли, что впору его изобретательностью гордится: месть за содеянное Коршуновым свершится, но все будут уверены — причина конфликта иная.
Да вот только предвкушения от наказания сволочи, устроившей мне ад на Земле, я не испытывала. Мой мужчина шел на смертельный поединок с равным по силе. Он может прямо сейчас погибнуть. Умереть на моих глазах.
Боже, неужели это действительно произойдет?!
В душе воцарилась гулкая пустота. Чувства разом пропали. Мир потерял краски, исчезли звуки. Утратив счет времени, ничего не видя и не слыша, я слепо пялилась в экран телевизора.
Внезапно в голове шевельнулась мысль: пугаю Катю, надо брать себя в руки.
Повернувшись и не обнаружив рядом подругу, скользнула напряженным взглядом по гостиной. Катенька оказалась неподалеку: пряча за улыбкой беспокойство, дружелюбно беседовала с непонятно когда успевшими вернуться из школы близняшками.
Вскоре она сноровисто увела девочек в комнату Лизы, а я встала с дивана и прошла в свою спальню. Наверное, надо и мне хоть немного пообщаться с сестрами.
Не могу. Позже.
Взяв со стола пульт, включила настенный телевизор. По комнате тотчас разлетелся звонкий голос журналистки. Сообщив о том, что осталось десять минут до начала поединка, она деловито принялась рассказывать об истории одного из двух внутренних дворов Кремля, именуемого Дворцовой или Императорской площадью.
Не в силах сейчас смотреть на возможное место гибели моего мужчины, прошлась по комнате. Остановилась у полочки с миниатюрными фигурками сказочных животных. Задержала взгляд на трех белоснежных единорожках.
Их подарил Игорь.
Протянув руку, взяла папу-единорожка. Осторожно погладив пальчиком безупречно гладкий камень, крепко сжала ладонь, на миг прикрыла глаза, глубоко вздохнула. Затем скрипнула зубами от злости. На себя.
Игорь справится! Он обязательно победит!
Стремительно пройдя к кровати, забралась на середину. Скрестив ноги по-турецки, обняла себе большую подушку, не разжимая ладони с единорожком, а после, собравшись с духом, обратила взор на экран.
Тревога и страх потерять дорогого человека никуда не делись. Но присущее мне хладнокровие помогло не сбежать, не спрятаться, забившись в дальний угол, а остаться у телевизора.
И смотреть.
По зимнему времени быстро стемнело. В теплом свете множества окон дворца кружились большие хлопья снега. Устилая белоснежным ковром брусчатку П-образной Императорской площади, снежинки оседали на головах и плечах празднично одетых дворян.
Не занимая центр, представители высшего света выстраивались вдоль стен зданий, кучковались под арками воздушного перехода. Кутаясь в шубки, женщины боязливо жались к своим спутникам, однако не стремились покинуть место дуэли. Мужчины же, довольно скупо жестикулируя, общались меж собой. Слов было не разобрать, но и жестов хватало для понимания — дворянам крайне интересно.
Картинка постоянно менялась. То и дело камера показывала лица зрителей. Я отчетливо видела восторг, предвкушение, а кое у кого и злорадство.
Происходящее начинало казаться визуальным обманом, диким сном. Смертельный поединок на мечах в современном мире — разве не сюр?!
Краем глаза неожиданно зацепила зашедшую в комнату Катю. Через миг кровать слегка прогнулась.
— Девочки с Надеждой. К телевизору не подойдут, в сеть не залезут. Не тревожься, — раздался тихий голос.
Не глядя на девушку, кивнула.
— Ой, там среди зрителей Михаил! — шепотом сообщила глазастая Катерина.
Не отвечая, я грустно усмехнулась. Сын сегодня рядом с отцом. Иначе и быть не могло.
Внезапно сердце замерло, а после тревожно забилось. С разных сторон к центру площади неторопливо шли двое высоких широкоплечих темноволосых мужчин в светлых одеждах. Их не сковывающие движения одеяния напомнили мне облачения японских самураев из родного мира. Придерживая закрепленные на поясе длинные узкие ножны, соперники неумолимо сближались.
Моментально узнав в одном из мужчин Игоря, застыла недвижимо, словно натянутая струна, неотрывно следя за происходящим. В душе все сильнее нарастала тревога.
Будто из параллельной реальности до моего сознания долетел голос репортера. Тот с восхищением рассказывал о катане — мече, являющимся символом чести воина. Конечно же, именно его выбрали для поединка главы двух древних родов.
«Российские князья — воины-самураи без страха перед смертью. Дуэли в защиту чести — на катанах. «Логичный» чертов мир!» — мрачно подумала я.
Неожиданно осознала, что репортер замолчал.
Остановившись друг напротив друга, соперники уважительно поклонились. В то же мгновение центр Императорской площади вспыхнул призрачно-голубоватым светом. Защитный купол померцал, уплотнился, затем стал практически прозрачным. Лишь высоко над головами поединщиков изредка мелькали голубые всполохи, подтверждая, что купол работает.
— Для спокойствия. От универсалов он не защитит, — громким шепотом уверено сообщила Катерина. — Мне Никита рассказывал.