Ночь Бармаглота (ЛП)

Статья про лечебницу была короткой и пошла легко, так что я написал её первой. И, как только закончил, снова зазвонил телефон.
— Мистер Стэгер? — спросили там. — Это Уорд Ховард, управляющий фабрикой фейерверков. У нас там вчера случилась небольшая авария, и я бы хотел, чтобы вы дали заметку об этом, если не поздно.
— Совсем не поздно, — сказал я, — при условии, что это авария в отделении римских свечей. Так?
— О, так вы уже знаете. У вас есть детали, или мне их изложить?
Я позволил ему изложить их, сделал заметки, а затем спросил, почему они хотят опубликовать это.
— Изменение политики, мистер Стэгер. Видите ли, по городу ходят слухи про аварии на фабрике, которых тут не было, но полагают, что они были, но не попали в газету. Боюсь, с грамматикой тут что-то вышло не так. Я имел в виду, мы решили, что если печатать правду про аварии, которые действительно случились, это поможет предотвратить ложные слухи и дикие истории.
Я ответил, что понял, и поблагодарил его.
Я отпил ещё кофе и поработал над статьёй об убийстве Бонни, Харрисона и Смита, затем протиснулся к отделению римских свечей, потом вернулся к главному материалу.
Теперь мне нужно было лишь одно...
Вошёл капитан Эванс из полиции штата. Я посмотрел на него снизу вверх, а он ухмыльнулся мне сверху вниз.
— Не говорите ничего, — сказал я. — Вы пришли сообщить, что я всё-таки могу напечатать историю нашей со Смайли скромной поездки с двумя гангстерами, когда Смайли поймал одного из них и убил другого. Это мне и надо. Могу уменьшить шрифт объявлений про поиск.
Он снова ухмыльнулся и пододвинул стул. Он сел, но я больше не уделял ему внимания; я продолжал печатать.
Тогда он сдвинул шляпу на затылок и тихо произнёс:
— Это так, док.
Я сделал четыре опечатки в слове из трёх букв, а затем обернулся и посмотрел на него.
— Да ну? — сказал я. — Я же шутил. Правда.
— Может, вы и шутили, а я нет. Вы можете печатать материал, док. Джина Келли взяли в Чикаго два часа назад.
Я счастливо застонал. Затем я снова посмотрел на него.
— Тогда идите отсюда к чёрту, — сказал я. — У меня много работы.
— Вам не нужен остаток истории?
— Остаток чего? Мне не нужны детали того, как поймали Келли, только то, что его поймали. Это, с моей точки зрения, искажает местный взгляд на вещи, а местный взгляд на вещи — то, что случилось здесь, в округе, с Джорджем и Бэтом. И с нами со Смайли. Теперь валите.
Я напечатал ещё одно предложение. Он произнёс: «Док», и то, как он это произнёс, заставило меня снять руки с клавиш и посмотреть на него.
— Док, расслабьтесь, — сказал он. — Новость ваша местная. Вчера вечером я не сказал вам одну вещь, потому что она была слишком местной и слишком горячей. Мы узнали от Бэта Мастерса ещё кое-что. Они не ехали ни в Чикаго, ни в Гэри. Они собирались заночевать в преступном логове на ферме некоего Джорджа Диксона там, в холмах. Уединённое место. Мы знали, что Диксон был раньше жуликом, но даже и не догадывались, что он держит дом отдыха для ребят, скрывающихся от закона. Мы навестили его ночью. Взяли там четверых преступников, разыскиваемых в Чикаго. А среди прочего нашли кое-какие письма и бумаги, сообщившие нам, где прячется Джин Келли. Мы тут же позвонили в Чикаго, и они его взяли, так что вы можете печатать весь материал, не боясь, что остальные члены банды не придут на ту встречу в отеле. У нас уже есть Келли и остальная добыча с фермы Диксона. Это местная новость, док. Хотите имена и всё такое?
Я хотел имена и всё такое. Я схватил карандаш. Куда я собирался помещать материал, я не знал. Эванс рассказал кое-что, а я делал заметки, пока не узнал всё, что хотел, а затем сказал:
— Теперь, пожалуйста, не говорите мне больше ничего. Я уже с ума схожу.
Он засмеялся и встал.
— Окей, док, — сказал он.
Он направился к двери, но на полпути обернулся.
— То есть вы не хотите узнать, что шериф Кейтс арестован.
Он вышел и уже спускался по лестнице, когда я схватил его и втащил обратно.
Диксон, державший то логово, платил Кейтсу за прикрытие и имел доказательства этого. Когда его навестили, он решил, что Кейтс сдал его, и заговорил. Полиция штата отправилась в офис Кейтса и задержала его, когда он вошёл в здание в шесть утра.
  
Я снова послал за кофе.
Вновь меня прервали лишь однажды, как раз перед тем, как мы закрепили печатные формы в половине двенадцатого.
Клайд Эндрюс. Он сказал:
— Док, я хочу снова тебя поблагодарить за то, что ты сделал прошлым вечером. И сказать тебе, что мы с мальчиком как следует поговорили, и теперь всё будет в порядке.
— Это чудесно, Клайд.
— И ещё, док, надеюсь, это для тебя не станет дурной вестью. В смысле, надеюсь, ты решил не продавать газету, потому что я получил телеграмму от своего брата в Огайо; он определённо решил принять то предложение на Западе, так что сделка с газетой отменяется. Извини, если ты собирался продавать.
— Это чудесно, Клайд, — сказал я. — Но подожди минутку. Я всё-таки помещу объявление о продаже. Эй, Пит, — крикнул я ему через всю комнату, — выкинь там что-нибудь и набери шестидесятым шрифтом: «ПРОДАЁТСЯ „ГУДОК КАРМЕЛ-СИТИ“. ЦЕНА ОДИН МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ». — И снова в трубку: — Слышал, Клайд?
Он усмехнулся.
— Я рад, что ты так настроен, док. Слушай, есть ещё кое-что. Мне только что позвонил мистер Роджерс. Он говорит, мы узнали, что скаутам нужен церковный спортзал в следующий вторник, а не в этот. Так что мы всё-таки проведём распродажу. Если ты ещё не сдал его в печать и у тебя не хватает новостей...
Я чуть не задохнулся, но смог сказать ему, что мы помещаем материал.
Я вошёл к Смайли в половине первого, держа в руках первый вышедший из-под пресса экземпляр. Бережно держа.
Я гордо пронёс его до барной стойки.
— Читай, — сказал я Смайли. — Но сперва — бутылку и стакан. Я полумёртв и не пил уже шесть часов. Я слишком возбуждён, чтобы спать. И мне поскорее нужно три порции.
И я получил свои три порции поскорее, пока Смайли читал заголовки.
Комната начала слегка пошатываться, и я понял, что лучше мне лечь спать, и побыстрее.
— Доброй ночи, Смайли, — произнёс я. — Оччень рад знакомству, во как! Ну, я лучче....
И направился к двери.
— Док, — сказал Смайли. — Давай я отвезу тебя домой.
Его голос доносился откуда-то за много миль. Я увидел, как он встаёт из-за стойки.
— Док, — говорил он, — сядь и подожди, пока я подойду, а то упадёшь лицом в пол.
Но ближайшая табуретка варкалась за много миль от меня, а вокруг меня пырялись по наве хливкие шорьки. Предупреждение Смайли запоздало минимум на полсекунды.