Все поставлено на карту (СИ)

— Объединил наши подсознания? — скептически переспросила де Бошан. — Это вообще возможно?
Я пожал плечами.
— Не могу сказать. Я даже не уверен, что это действительно вы, а не игра моего разума.
Женщина усмехнулась.
— Поверьте, глядя на вас, я думаю о том же.
— Увы, это ничего не доказывает.
— Мы в равном положении. Но не будем тратить время на пустые споры, кто реален, а кто нет. Какой смысл в этом колдовстве?
— Подозреваю, что это какая-то ловушка, — я указал на расчерченный пол. — Это детская игра. Чтобы попасть в ту дверь на противоположной стороне, нужно в неё выиграть. Просто пройти по полу нельзя: бьётся током. И, кажется, при этом отнимаются жизни. Видите, черепа? Изначально их было десять.
— Понятно… — задумчиво протянула Элен. — А зачем нам в ту дверь? Или ещё в какую-либо? Почему нельзя остаться на месте?
— Боюсь, тогда мы останемся тут навсегда.
— То есть, нужно выиграть, чтобы выбраться отсюда? Попрыгав по клеткам?
— Вряд ли этого будет достаточно. Скорее всего, в каждой комнате находится какое-то испытание.
— И в чём смысл?
— Хотел бы я знать. У меня, конечно, есть теория, но я в ней не уверен.
— Изложите, — кивнула Элен. — Раз уж мы ещё не решили, стоит ли прыгать по комнате.
— Я думаю, анимансер не может просто убить человека, воздействуя на его душу. Ну, или подсознание, если угодно. Однако он способен поместить его в такую среду, где будут созданы условия, которые разум жертвы сможет принять в качестве убедительных для…
— Для того, чтобы она поверила, что умерла? — продолжила де Бошан. — Звучит разумно. То есть, проиграв и умерев здесь, человек погибнет и в реальной жизни?
Я развёл руками.
— Это всё, что приходит мне в голову.
— Но как можно создать такое пространство, где окажется сразу несколько человек?
— Ну, как я уже сказал, для меня не очевидно, что вы не иллюзия.
— Хорошо, давайте просто предположим, что мы оба здесь! — нетерпеливо сказала женщина. — Вероятно, не мы одни. Насколько я понимаю, анимансер постарается поместить в этот дворец всех своих конкурентов.
Я кивнул.
— И смертельная игра не закончится, пока кто-нибудь не победит.
— В смысле — останется один?
— Боюсь, что так. Тогда создание чемпиона сочтёт весь этот балаган оконченным и освободится от чар. Ну, или у анимансера закончатся силы, чтобы поддерживать эту иллюзию. Тогда он просто сократит количество конкурентов, что тоже в его интересах.
— Я так понимаю, в идеале должен выиграть он? — спросила Элен. — Или анимансер в этом не участвует?
— Не знаю, но сомневаюсь, что можно создать объединённое пространство для нескольких разумов, оставшись при этом в стороне. Думаю, анимансер тоже здесь, среди игроков.
— И он тоже может умереть?
— Не знаю. Это всего лишь мои предположения.
— Ясно, — де Бошан покачала головой, словно обдумывала услышанное. — Звучит довольно разумно. Однако я, как и вы, понятия не имею, есть ли здесь кто-то, кроме меня, — вздохнув, она взглянула через комнату. — Ладно, давайте попробуем пройти эти десять классов.
— Вы знаете, как в это играть? — спросил я.
Моя собеседница усмехнулась.
— Естественно! А вы что, в детстве никогда не прыгали? Или забыли правила? Судя по вашему возрасту, ещё не должны были.
— Я всегда считал, что это развлечение для девочек, — ответил я.
— Неужели? Ну, повезло вам, что я выбрала эту дверь. Ладно, где битка? — она требовательно протянула мне ладонь. — Давайте, я покажу, что делать.
— Какая битка? — спросил я. — У меня ничего нет.
— Битки нет? — нахмурилась де Бошан. — Может, камешек?
Я покачал головой.
— Комната пустая. Было бы трудно не заметить какой-либо предмет.
— Так… Ладно, попробуем что-нибудь, — француженка порылась в сумочке и вытащила плоскую баночку с кремом. — Надеюсь, подойдёт, — она присела перед квадратами. — Смотрите: бросаем битку на первый квадрат. Аккуратно, чтобы она не упала на линию или не вылетела на неё. Вот так, — она кинула баночку на цифру «1» и поднялась. — А теперь перепрыгиваем через неё.
 
С этими словами француженка быстро подняла подол платья выше колен, скинула туфли и сиганула через первую клетку. Расставив ноги, она приземлилась на сдвоенные поля и обернулась. — Заступать за границы и пропускать нельзя. На одиночные клетки надо прыгать одной ногой. Вот так, — и она тут же продемонстрировала сказанное, дойдя до полукруга, где развернулась. — Теперь так же назад. Раз-два… раз-два… Подбираем битку, перепрыгиваем первый класс и — вуаля! — улыбнувшись, Элен приземлилась подле меня и протянула мне баночку. — Ваша очередь. Постарайтесь не совершать ошибок. Кажется, каждая из них будет стоит черепа.
Я взял крем.
— И что, так по очереди придётся все классы пройти?
Женщина кивнула.
— Думаю, да. Если, конечно, вы действительно хотите попасть в ту дверь.
— А может, просто допрыгать до конца и попробовать её открыть?
Элен пожала плечами.
— Попытайте счастья. Если готовы рискнуть черепами. Лично я предпочту проявить терпение.
Чёрт! Наверное, она права.
Ладно, начнём… Итак, битка в первый квадрат.
  
Глава 14
 
Баночка упала на цифру, слегка проехала по полу и остановилась в нескольких сантиметрах от линии.
— Аккуратней, — сказала де Бошан.
— Постараюсь.
Я легко перепрыгнул первый квадрат, затем проскакал по остальным, стараясь не заступать на линии, добрался до «котла», развернулся и пустился в обратный путь. Подобрав битку, протянул её француженке.
— Теперь моя очередь, — кивнула женщина.
Она бросила баночку на второе поле, прыгнула на третье и поскакала дальше, придерживая подол. Смотреть на неё было одно удовольствие.
— Даже не помню, когда делала это в последний раз, — смущённо улыбнулась она, вернувшись ко мне и возвращая битку.
Следующие два класса я прошёл без проблем, а вот де Бошан потеряла один череп, так как баночка упала на линию. У меня же легла на пятое поле чётко, но я чуть заступил носком ботинка за квадрат, и один из черепов тут же «сгорел».
— Чем дальше, тем сложнее, — прокомментировала француженка.
На следующем броске битка упала на ребро и укатилась за пределы поля. Ход перешёл ко мне. И я тоже облажался: баночка упала на пересечении линий.
Де Бошан оказалась права: и прыгать на дальние клетки, и закидывать на них битку становилось всё труднее. Наши черепа таяли один за другим, так что, когда я перешёл в последний класс, совершив головокружительный прыжок, у меня оставался всего один «фит-пойнт». У француженки — тоже, но ей ещё предстояло сделать последний ход. Подобрав баночку, я вернулся и встал рядом с ней.
— Поздравляю! — раздался искажённый голос непонятной половой принадлежности. — Вы выиграли. Можете пройти дальше.
— Удачи, — кивнул я женщине. — Подожду вас.
— Угу, спасибо! Что-то я сомневаюсь в успехе… — пробормотала де Бошан, забирая битку.
Она долго примеривалась и, наконец, совершила бросок. Баночка упала на девятку, проехала по полу и замерла на линии.
— Чёрт! — выдохнула женщина.
В тот же миг выведенный мелом котёл разверзся, и её потащило через квадраты к нему. Де Бошан взвизгнула. Я успел схватить её за руку, меня дёрнуло вслед за ней.
— А-а-а! — в ужасе закричала француженка, скользя по полу.
Меня волокло следом. Мои усилия не имели ни малейшего эффекта. Вот ноги де Бошан исчезли в котле, затем она ушла в него по пояс. В глазах мелькнула мольба, но я ничего не мог сделать: её засосало уже по плечи, потом пропала из виду голова.
Мне пришлось в последний момент разжать пальцы, чтобы не ухнуть в пропасть вслед за ней.
На месте котла снова появился пол.
Я поднялся, потирая ушибленное колено. Проклятье! Игра, и правда, прикончила де Бошан. И, скорее всего, не только здесь, но и в реальности. Чёртов анимансер избавился от одного из соперников. Возможно, что уже и не от одного, ведь наверняка в это же время другие игроки тоже проходили смертельные испытания.