Зоя. Том первый (СИ)
– Два сердца помимо её самого пытаются ужиться в Евдокии. Вот поэтому и беспокойная она, – сказал китаец после осмотра.
Евдокия даже не знала, радоваться или плакать от такой новости. А Григорий взял её на руки и начал кружить по комнате, чем вызвал новый приступ тошноты. Джан улыбнулся и сказал:
– Не забудьте про внука, хочу, чтобы Джаном назвали его, всё в ваших руках.
Подготовка к свадьбе из-за недомогания Евдокии полностью легла на плечи пани Анны. Она понимала, как той тяжело. А сама где-то в глубине души мечтала в будущем подарить Герману ребёнка.
* * *– Что же ты, Макар, раньше мне не сказал, что Таисию любишь? Не стал бы я тебе помогать.
Илья сжал кулаки, набросился на Макара.
Парни повалились на земляной пол. Гончаров изо всех сил бил Макара по лицу. Остановился, когда почувствовал что-то липкое на своих руках. Вытер об себя.
Макар хрипел. Потом начал кашлять. Илья стал трясти его за плечи.
– Ты же у меня счастье моё забрал! Получил теперь по заслугам, – зло произнёс Илья.
Макар молчал.
«Ну кто меня за язык тянул рассказывать Илье о Таисии? Поделиться хотел счастьем своим, а этот чуть не убил меня, друг называется», – думал Макар, облизывая распухшие губы.
– Макар, Макар, знал бы ты, как мне хочется сейчас закопать тебя в этом сарае. Но не пойдёт она за меня. Только зря грех на душу возьму. Да и ты нескоро её увидишь. Хватит рассиживаться, нужно идти дальше, искать будут тебя теперь. Рыскать везде. Вставай, волосы тебе обрежу, чтобы хоть как-то отвести подозрения.
Илья вытащил из сумки нож, подсел к Макару. Тот оттолкнул его и раздражённо выпалил:
– Иди к чёрту, никуда я с тобой не пойду. Пусть сажают меня, я счастье с ней испытал, а дальше, видимо, не судьба.
– Да тебя же казнят?! За охранника казнят! Никто не будет уже разбираться с твоей революционной деятельностью, – возмутился Илья.
– Ну и пусть, – ответил Макар, – всё равно мне жизнь без неё не нужна.
– Встать! – громко заорал Илья. – Не позволю тебе в руки палачей бросаться! Мака-а-а-ар…
Илья опять начал трясти друга за плечи.
– Мы и не пожили-то толком! Вставай, бежать надо. Документы я достал, свои как будто потерял. Никто нас не поймает, уедем далеко, найдём себе девиц ладных. Чёрт с ней, с этой Таисией! Молодые мы ещё. Есть бабы и краше неё. Жмёт в сердце, знаю. Но я уже столько без неё, что отвыкать начинаю. А подальше уедем, разлюбишь быстрее.
Но Макар качал головой и шептал:
– Не нужны мне другие, она любит меня одного.
Илья разозлился, со всей силы ударил Макара опять, взвалил его на плечо, взял сумку и вышел из сарая.
Темнело. Конец декабря выдался не сильно морозным. Пушистый снег ложился на поля, покрывал дома заброшенной деревни.
– Ничего, Макар, – шептал Илья, – доберёмся, ещё спасибо мне скажешь.
* * *Лоран был в бешенстве. Он бросал в кабинете стулья. Один стул попал в окно, и стекло с треском посыпалось на пол. Лорана мгновенно обдало холодом. Он стал напяливать на себя тулуп. На шум прибежали полицейские. Уборщица быстро смела стёкла.
Лоран сел за стол. Прочитал ещё раз: «Макар Кирьянов, ранее задержанный по делу о создании революционной ячейки, бежал в момент перевозки из Саратова в Ростов-на-Дону. В результате был ранен охранник Титов Василий. Ему была оказана первая помощь, но спасти пострадавшего не удалось. Семью оповестили. Розыскные мероприятия ведутся с особым усилием. О результатах уведомим».
– Что же это за семья такая? – скулил Лоран. – Нет мне от них покоя нигде. Скользкие как пиявки.
Нервно взял лист бумаги и быстрым размашистым почерком начал писать прошение об отставке.
* * *Подготовка к свадьбе шла полным ходом. Платье было уже почти готово. Анна любовалась невесткой. Параллельно она шила наряд и для Софии. Он был точной копией Зоиного.
Венчание было назначено на 21 января 1910 года.
Николай сошёл с ума. Он не спал ночами. Ничего не ел. Ходил по улицам города. Иногда ему казалось, что перед ним идёт Таисия. Догонял девушку, хватал её за плечо. Но раз за разом ошибался. А случайные прохожие по-разному на него реагировали. Одни женщины визжали и звали полицию, другие просто уходили, третьи прижимали к себе сумки, боясь, что их заберут, четвёртые норовили ударить.
Юноша стал пугливым. До Парамонова доходили слухи о том, что сын Прохора шатается по городу. Но все приглашения на работу Николай оставлял без ответа. Тогда Парамонов велел привести юношу силой. Но и это оказалось непросто. Николая перестали встречать. Он несколько дней не появлялся дома.
Янек опять устроился на работу в порт. Пани Анна настаивала, чтобы молодые после венчания не задерживались у родителей.
– У вас будет своя семья, Янек. Я не хочу, чтобы ваши семейные отношения были на виду у меня или у Зоиных родителей. Прошу тебя понять меня. Софье нужна своя комната, а я не могу сейчас переехать в квартиру побольше. Мы не сможем жить вместе. Более того, когда вернётся Герман, нам станет ещё теснее. У Зоиных родителей вам тоже не место. Там скоро появятся дети, а постоянно слышать плач чужих детей очень нелегко, поверь мне, Янек. Поэтому решай и думай сейчас, куда ты приведёшь свою жену после свадьбы.
Всё чаще у Янека возникало желание пойти по стопам отца. Но в Ростове не было медицинского университета. Поэтому юноша всерьёз стал задумываться над возвращением в Варшаву ближе к осени, чтобы успеть к началу учебного года.
Таисия вернулась в Ростов сразу после нового 1910 года. Она без промедления пошла по адресу Николая, но не застала его там. Одна из соседок поведала Таисии о том, что Николай, как только вышел из тюрьмы, стал сумасшедшим, а потом и вовсе исчез.
Разъярённая Тайга отправилась к следователю. Лоран Волков, которого по итогам проверки не сняли с должности ввиду отсутствия специалиста, ошарашенно смотрел на Таисию. Он даже перекрестился. Тайга вошла в кабинет следователя как к себе домой и сразу набросилась на него со словами:
– Где мой Николай?
Лоран пожал плечами.
– Николай Соломин – свободный человек, и отчёт о его передвижениях я не веду.
Но Таисия бушевала.
Кое-как Лорану удалось успокоить её. А потом она присела на стул и, как ни в чём не бывало, сказала:
– Господин следователь, у меня против вас есть сильное оружие. Я видела вас нездоровым. Мягко говоря, это неприятное зрелище. Вы несли бред, раздевались догола.
Лоран покраснел.
– Неужели ничего не помните? – продолжала Таисия. – Ваши руки так обнимали меня! От вашего жара я чуть было не расплавилась. У вас есть дети?
Лоран почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Схватил со стола стакан, полил из него себе на голову. Таисья расхохоталась.
– Так если у вас нет детей, то они обязательно будут. Поскольку я не смогла устоять перед вашими огненными объятиями, – Таисия встала со стула, задрала рубаху, погладила себя по животу.
– Хватит, – заорал Лоран. – Охрана, выведите девушку.
В кабинет вбежали двое крепких мужчин, схватили Таисию. Она, упираясь, произнесла:
– Ну что же вы, господин следователь от потомства своего отказываетесь?
Лоран побагровел. Подошёл к Таисии. Велел охране отпустить её и выйти.
Когда охранники покинули кабинет, Лоран сел на своё место и закрыл лицо руками. Сердце бешено стучало. Хотелось скрыться сейчас от всех, смыть с себя этот позор. У него никогда не было женщины.
«И как так получилось, что я не помню ничего? Ни одной зацепочки не осталось в памяти, – думал про себя Лоран. – Да ещё с кем? С этой дамочкой…»