Законы Рода. Том 11 (СИ)

— Так ты знаешь, кто это? — слегка расслабился я.
— Ага… Сейчас выйду встречать. Это троюродный брат князя Белорусского, граф Каменецкий.
— Чего? — удивился я, ведь был знаком с этим человеком. — А когда он таким сильным стал?
— Ты с ним встречался? — удивился дед.
— Я у него фамильяра купил, ежа… Кстати, надо его позвать.
— Хм… Ну, так даже лучше. Поможешь гостя встретить.
Нападения, как и заявлял дед, не случилось. А случилась радостная встреча, объятия моего родича с этим пропахшим костром мужиком. Йобжик так удивился, что пулей понёсся в ближайший лес, фыркая что-то в духе: «Вам никогда меня не споймать снова!» Ну а мы, смеясь, начали попойку. Для меня с дедом уже вторую подряд…
Укладывать пришлось уже двух стариков, хотя оба до последнего пытались показать, что им всё нипочём. Я же воспользовался случаем и разузнал и о графе, и о его сибирской командировке.
В прицепе Каменецкий вёз новых фамильяров на продажу. Лисица, ласка, соболь, пара тушканчиков, какая-то очень серьёзная жаба, выглядящая так, будто готовится написать бестселлер в мире литературы, и ещё по мелочи. Все слабенькие, но относительно миролюбивые, милые и спокойные. Декоративные, одним словом. Сам граф оказался, как я и предсказывал, пиковым Архимагом, и он из-за особенностей своей родовой магии предпочитал путешествовать в одиночестве. Его техники назывались даже странно — «Дух зверя». На время подчиняя зверей и мутантов, он мог сражаться через них со встреченными монстрами и врагами, а мог использовать силу подчинённых, чтобы усилить себя. Последнее было что-то вроде одной из азиатских техник, при которых тело человека и дух зверя сливаются и усиливают друг друга. Происходит частичная трансформация, и маг становится крупнее, шустрее и мощнее. Он обретает звериное чутьё, способность отрастить из маны духовные когти и клыки. Его повадки меняются, регенерация вырастает в разы. В целом напоминает оборотня из сказок. Но оборотня, который обладает невероятно сильным телом и может совмещать духовные атаки с физическими.
Очень и очень уважаемая и вариативная сила, способная вылиться на поле боя в совершенно непрогнозируемый стиль боя для врагов графа. К слову, эта же сила была и у Белорусского князя, да и у других родичей соседнего правителя. Чем сильнее маг, тем дольше он может «сливаться» с духом зверя и управлять подчинёнными монстрами и тем сильнее раскрываются потенциальные и так называемые силы «родословной зверя» при трансформации. Одному же сражаться с этой силой удобнее из-за того, что не всегда знаешь, насколько ярость мутанта затмит разум. Не хочется очнуться посреди битвы и узнать, что покромсал своих же соратников.
Кстати, у Белорусского князя, которого называют Белорусским Цмоком, а с их языка это переводится как дракон, любимая трансформация связана с ящерицей. Большой, мутировавшей ящерицей, напоминающей дракона, с которой правитель соседнего княжества ходит по столице чуть ли не в обнимку. И эта ящерица — наверное, единственная во всём мире — считается бессмертной. Другие монстры после подчинения и трансформации погибают: дух сгорает за время битвы. А этой ящерице хоть бы хны. Воскресает сразу после битвы.
Много интересных и забавных историй о детстве Белорусского князя услышал я в этот вечер. Росли они с графом Каменецким вместе первые десять лет. Тогда же и появился этот «Цмок» у будущего правителя.
Но, вообще, я не только байки стариковские слушал, но и старался провести время с пользой. Рассказал, как я из ярла стал графом, дал погонять ежа, оценить его развитие. Гость наш остался доволен прогрессом фыркающего мини-дьявола. Оно и понятно: у колючего пропорционально выросли и убойная мощь, и дальность удара молний, и скорость передвижения. Запасы маны и изменение самой структуры молний в более чудовищные и смертоносные разряды электричества и вовсе обсуждать не стоит. Йобжик хоть и мелкий, а может загеноцидить в одну мордочку большой-пребольшой лес и не особо устать.
Ну и, естественно, мы с дедом Каменецкому ужасов о маноизвержении рассказали. Посоветовали зачистить, насколько возможно, их Беловежскую пущу от мутантов, укрепить оборону, подтянуть гвардейцев и войска. Он нам сперва не особо поверил, но чем больше мы говорили под влиянием алкоголя, тем серьёзнее становилось его лицо.
  
Так мы и сидели, пока дед с гостем не отправились в страну грёз. А наутро я не пожалел немного энергии воителя и избавил их от похмелья. Да и не только от него. Профилактика болезней для магов очень нужна. И периодически получать дозу мощной целебной силы в организм необходимо. И неважно, что дед каждый месяц программу целую по оздоровлению проходит, сильных и талантливых лекарей имеет и даже целые клиники оздоровления держит в столице и крупных городах страны. С целебной силой эфира мало что может сравниться.
— Гри… Уходим. — передал я через «клонов» родственников, которые синхронно кивнули мне, напоследок помаячили у всех перед глазами и отправились спать.
Утром же окажется, что они «внезапно уехали». Деду я сообщение у кровати оставил. Он поймёт, что делать. Организует алиби. Он в этом вопросе очень и очень продвинутый.
Я же, наконец, смог немного расслабиться. Эта внезапная встреча, от которой у Шустроколючковича случился приступ паники, меня разгрузила. Я словно пробился через какой-то серый кокон грусти и безысходности и перезапустился. Теперь я готов отправляться в бой с врагом и совершать поступки на грани героизма с идиотизмом. Но это лишь на первый взгляд их можно назвать такими. Если ко всему подойти с умом…
— Фома, давай обратно в Сибирь. У меня есть план, который заставит служителей Ордена испытывать нервный тик до конца их дней.
— Пи?
— По ходу дела расскажу. Ты пока всех собери. Нам понадобится помощь моих фамильяров и немного знаний… Подготовимся, спланируем всё и запустим процессы. Закошмарим наших врагов и пустим их по ложному следу, а сами поедем искать ответы на свои вопросы.
Пять минут, которые Фома искал разбрёдшихся по большому имению членов моей бригады фамильяров, я потратил на опустошение холодильника деда. Повар у него, конечно, моё почтение…
— Пи-пи-пи… Пи?
— Готов! — показал я хомяку большой палец, обляпанный шоколадным кремом.
Вместо зелёной вспышки телепортации я увидел лятящего на меня хомяка. Этот обжора бросился на мой палец и едва не откусил его. Затем он вверх по одежде полез и начал пытаться разжать мой рот. Как будто это спасёт кусочек шоколадного торта, который я только что съел…
— Пи-и-и-и-и-и-и! — Полный отчаянья крик хомяка, казалось, разбудит всех в поместье.
— Да тише ты! Я и тебе взял! — показал я ему кусочек шоколадного торта в пластиковой упаковке.
— ПИ! — принялся меня нахваливать шоколадный маньяк и даже причесал мои взъерошенные волосы. — ПИ-ПИ!
Зелёная вспышка, тьма — голубое небо и свежий воздух. Вокруг разлетелись листья от нашего с Фомой приземления.
— Ну что же… Фома, выводи гвардейцев.
— … — вместо ответа я услышал лишь звук сминаемого пластика.
— Фома?
— Пи-и-и-и…
И полминуты не прошло, а Фома уже захомячил кусок торта, который размером был больше него раза в два.
— Вкусно, но мало? Понимаю. Ладно, давай уже к делу.
— Пи! — согласился он, лёжа на спине и поглаживая пузо. Ещё и шишку под голову положил вместо подушки.
Пару мгновений — и рядом начали появляться мои фамильяры.
— Слушайте мой план, уважаемые. Первое, что нам надо принять, — это правила игры. Мы знаем, где находятся базы Ордена, благодаря предательству одной из их членов и благодаря добыче Фомы. А они не знают, где мы. Но эти сволочи скопили слишком много богатств, и царство хомячье слишком маленькое для того, чтобы столько всего в нём хранить. Вместе с тем, лишив нашего врага части ресурсов, мы нанесём ему существенный ущерб. Материальный и моральный. Но обворовываем по возможности. Уничтожение членов Ордена является для нас приоритетной задачей. В любом случае мы должны решить два вопроса: найти удобное место для хранения добычи и место для отдыха в перерывах между набегами. В общем, нам нужна своя база. Такая, чтобы враги не нашли. Построим второе хомячье царство. Необязательно такое же красивое. Главное, чтобы оно оставалось незаметным и недоступным для Ордена. И делать мы его будем под землёй! Это будет самый настоящий подземный город нашего партизанского отряда, о котором наш враг понятия иметь не будет! Правда… сможет ли наш боец, заточенный под это дело, прокопать нужные нам тоннели? — посмотрел я на поёжившегося от холода червяка.