Танго с Бабочкой

Она наблюдала за ним. Хотя он явно подготовился, чтобы выглядеть в лучшем виде к ее визиту, на его лице было заметно напряжение.
— Это было пыткой для вас? — спросила она мягко.
— Да, мэм.
— Это причинило вам сильную боль и страдание?
Он замигал.
— Конечно.
— Вы чувствуете себя одиноким и брошенным?
На его красивом лице промелькнуло недоумение. Затем он сказал тихо:
— Именно так я себя чувствую, мисс Хайленд. Удивительно, как хорошо вы понимаете мою ситуацию.
— Мне не понаслышке известны все эти несчастья, мистер Маккей. И, конечно, вы должны чувствовать замешательство и изумление от всего, что случилось. Вы, должно быть, думаете, что весь мир внезапно разрушился без какой-либо причины.
— Да, я расскажу вам, мисс Хайленд. — Он прочистил горло. — Или я могу называть вас Беверли?
Она слегка кивнула.
— Вы можете называть меня так, как только пожелаете, мистер Маккей. Было время, когда вы называли меня Рейчел.
Он уставился на нее.
— Как это?
— Рейчел. Разве вы не помните девочку по имени Рейчел, мистер Маккей? Рейчел Двайер?
— Я… м-м… — Он поглядел на Боннера, который пожал плечами. — Боюсь, что нет, мисс Хайленд. Кто она?
Беверли говорила спокойным, почти невозмутимым голосом:
— Рейчел Двайер была юной девочкой, которую вы подобрали в Эль-Пасо тридцать семь лет назад, мистер Маккей. Вы привезли ее в Сан-Антонио и поместили в публичный дом, которым руководила женщина по имени Хейзел. Затем вы вынудили ее сделать аборт и заставили Хейзел выгнать ее. Наверняка вы вспомнили ее теперь, мистер Маккей?
Воспоминание внезапно отразилось в его глазах. Дэнни облизнул губы и сказал:
— Ну, нет, я не могу сказать, что помню ее. Она еще одна из этих ищущих сенсации женщин, которые примкнули к скандалу?
— Нет, мистер Маккей. Я сказала, что вы имели обыкновение называть меня Рейчел. Я Рейчел Двайер.
Его глаза расширились, а затем сузились.
— Вы не можете быть ею. Рейчел была…
— Уродливой? Да, я была некрасивой. Но пластическая хирургия позаботилась обо мне. К тому же у меня были каштановые волосы.
Он уставился на нее с открытым ртом.
— Вы все еще не помните меня? У меня есть татуировка на внутренней поверхности бедра. Вы поместили ее там. Это маленькая бабочка…
— Я… — Его голос сорвался. Он снова посмотрел на Боннера, у которого теперь было странное выражение на лице. — Я не понимаю, мисс Хайленд. Что все это зна…
— Пожалуйста, называйте меня Рейчел. Я хочу услышать это. Ради старых времен.
— Я не понимаю.
— Все очень просто, Дэнни. После того как я уехала из Техаса, я приехала в Калифорнию, изменила свое имя и внешность. И теперь мы здесь, снова вместе.
Беверли видела, как пульсирует вена на его шее. Его лицо утратило цвет, когда он наконец понял.
— Вы?.. — прошептал он. — Вы Рейчел?
— Да, Дэнни. После всех этих лет. Ты думал, что я умерла?
— Я, э-э… — Он пошевелился на стуле.
— Ты совсем не думал обо мне, не так ли? — спокойно спросила она.
— Ну, это было так давно, и вообще. Ну… — Он сглотнул. — Вот это да. Рейчел Двайер. — Он нервно засмеялся. — Вот это да! Почему ты не говорила мне прежде? Я хочу сказать, зачем было держать это в секрете? А как же все те деньги, которые ты вложила в мое пасторство и политическую поддержку? — Он говорил слишком громко. — Это счастливый момент!
— Неужели?
— Ну да. Я хочу сказать, мы снова команда, точно так же, как были в те далекие годы. Думать, что ты пришла сюда сегодня вечером, чтобы помочь мне… Хвала Богу за его чудеса, Рейчел. Он заставил твое сердце простить меня. Я знаю, что поступил неправильно, заставив тебя сделать аборт. И, поверь мне, я стоял после этого на коленях и раскаивался. Я пошел в дом Хейзел, а она сказала, что ты ушла, и я отправился искать тебя.
— Действительно? Почему ты не поехал в Нью-Мексико, откуда я была родом? Или в Голливуд, где я всегда собиралась искать свою сестру?
— Ну, м-м, я…
— Все в порядке, Дэнни, — сказала она спокойно. — Это случилось так давно, и мы так далеко ушли с тех пор.
 
— Да, хвала Господу. И ты проявила себя доброй христианкой, Рейчел, забыв прошлое и придя мне на помощь в этот трудный момент.
— О, — произнесла она, слегка нахмурившись. — Я боюсь, что ты неправильно понимаешь меня, Дэнни. Я не простила тебе того, что ты сделал. И я пришла сюда сегодня вечером не для того, чтобы спасти тебя. — Он уставился на нее. — Я пришла сюда, чтобы сообщить тебе несколько фактов, о которых, я думаю, ты должен знать.
Беверли сидела в кресле, держала на коленях сумку и говорила совершенно спокойно. В ее голосе ни было ни гнева, ни холодности, ни ненависти. Она была просто женщиной, тихо рассказывающей свою историю.
— Ночью, когда ты вытолкал меня из своей машины и оставил истекать кровью, Дэнни, ты велел мне запомнить имя: Дэнни Маккей. Так вот, я запомнила. И я поклялась, что однажды отомщу тебе. Эти тридцать пять лет я жила с единственной мыслью в голове: увидеть, как ты заплатишь за то, что сделал со мной.
Он беспокойно заерзал на стуле. На лбу у него появились капли пота.
— Ты не можешь говорить это серьезно.
— Я необыкновенно серьезна, Дэнни. Каждый вздох приближал меня к моменту, когда я увижу, что ты уничтожен.
— Зачем нужно было так долго ждать? — спросил он напряженным голосом. — У тебя было множество возможностей в прошлом, чтобы нанести мне удар.
— Это так. Но я хотела, чтобы ты падал с большой высоты, Дэнни. Я также не хотела, чтобы ты ускользнул от этого и продолжал причинять вред множеству людей. Я должна была убедиться, должна была удостовериться в том, что у меня достаточно компромата на тебя. — Она наклонилась вперед, сжимая сумку. — Поэтому я разрешила тебе продолжать погоню за властью, пока я не решила, что час настал.
— О чем ты говоришь? Ты позволила мне? Ты не позволяла мне ничего! То, чего я достиг, я достиг сам!
— О, да, ты сделал это сам, Дэнни, но только потому что я позволила это тебе.
— Ты сумасшедшая.
— Я? Вспомни семьдесят второй год. В твоей Хьюстонской церкви. Человек умер, и ты решил, что вернул его к жизни. Это было моих рук дело, Дэнни. Я организовала все это.
Дэнни посмотрел на Боннера.
— Я была в Хьюстоне в тот вечер, Дэнни, — продолжала она. — Человек, который умер, был мой друг, актер. Ему очень хорошо удаются сцены смерти. Другой актер играл доктора, а моя подруга играла жену. Мы организовали все это, Дэнни, а ты поверил в это.
Он схватился руками за подлокотники; его суставы побелели.
— С какой целью?
— Чтобы иметь боеприпасы и остановить тебя, если ты попробуешь организовать этот трюк снова. Дурачить всех тех невинных людей своими уловками! Поэтому я организовала еще одну инсценировку с людьми, которые бы в случае необходимости признали, что все это было мошенничеством.
— Я не верю тебе.
— И Фред Бэнкс. Я перекупила его через месяц, после того как ты привез его обратно в Соединенные Штаты. Он рассказал мне, как ты все разработал, как ты обманул американцев своей шарадой, как ты дал незаконное оружие арабскому королю. И, наконец, «Королевские фермы», Дэнни. Я создала «Королевские фермы» только для того, чтобы ты купил эту компанию. Я присоединила к ней такие вторичные предприятия, как магазин мужской одежды, порнографический журнал, массажные кабинеты, рассчитывая, что ты будешь слишком жадным, слишком занятым и слишком увлеченным собой, чтобы проверить компанию, которую ты купил. И ты ни разу не подвел меня, Дэнни.
Как раз в этот момент включился кондиционер, и тихий гул заполнил тишину. Из отверстий в стенах подул прохладный воздух, мягко раскачивая занавески и охлаждая присутствующих в комнате. Снаружи Лос-Анджелес изнемогал от зноя душного июньского вечера; в вестибюле на первом этаже репортеры ослабили галстуки и промокнули брови, ожидая Беверли Хайленд.
— Ты безумна, — прорычал Дэнни. — Я не должен ничего этого слушать.