Шведская сказка

Понимал король, что дворянство не захочет расстаться с имениями, и как опасно затевать войну с собственными подданными, служившими всегда опорой престола, но другого выхода пополнить казну и укрепить власть королевскую, не видел. Слишком многого себе требовали дворяне, оттого и решил Карл XI опереться на три других сословия – духовенство, горожан и крестьян. Многих из них возвысил, в чины государственные вывел, чем еще более озлобил знать. Теперь от них всего можно было ожидать.
Королю вдруг почудилось, что в тронном зале зажегся свет. Карл насторожился:
- Кто это может быть? – мелькнула мысль. Король крикнул:
- Эй, люди! Кто тут есть! – В кабинет тотчас вошли двое – камергер граф Браге и личный врач Бумгартен:
- Это мы, ваше величество. – склонились придворные.
Король несколько успокоился:
- А кто в тронном зале? Почему там вдруг зажегся свет?
Камергер и доктор переглянулись, но не смогли ответить на вопрос короля:
- Мы не знаем, ваше величество.
Карл встал и направился в тронный зал, кинув через плечо придворным:
- За мной!
Они стремительно подошли к дверям, ведущим в тронный зал. На мгновение Карл остановился и осторожно заглянул в щель, через которую пробивалась полоска света, привлекшая его внимание. Не разглядев ровным счетом ничего, король рывком растворил обе половинки дверей и остолбенел.
Все стены зала были задрапированы черной материей. Вдоль стен на длинных деревянных скамьях сидели какие-то люди в темных одеждах. Их лица закрывали глубоко опущенные капюшоны. Горело множество факелов. К глубине зала виднелся королевский трон. Там кто-то был. Но этот человек не сидел, а лежал. Король стремительно направился к трону, и его спутники с трудом поспевали за ним. Они были в ужасе от увиденного. На троне лежал окровавленный труп в пышных одеяниях. Откуда-то сбоку появилась плаха и огромный топор. Тут же из-за трона вышел человек в черной судейской мантии и начал что-то зачитывать. Но ни король, ни его спутники не слышали его речи, как и не видели его лица – оно было скрыто под черной маской.
Появилось еще двое, по виду - поручные палача, которые ввели в зал человека, со связанными за спиной руками. На Карла и его спутников никто не обращал внимания. Вышел палач, взялся за топор и… голова несчастного разбрызгивая кровь, покатилась прямо под ноги Карла.
Король не выдержал и, перешагнув через нее, подошел к неизвестному в мантии:
- Если ты послан Богом, то требую – говори! Если дьяволом, то изыди!
Раздался голос, но откуда-то сверху:
- Король Карл! Эта кровь прольется не при тебе, а спустя пять царствований. – И в зале мгновенно стало темно. Погасли все факелы.
Когда, наконец, появились слуги и осветили помещение, ничего не напоминало о той сцене, что разыгралась несколько минутами ранее. Ничего. За исключением пятен крови, которыми были заляпаны туфли короля.
Карл приказал все, что видел он и его спутники, изложить в письменном виде. После он заставил их расписаться и сам поставил свою подпись и королевскую печать. На долгое время этот документ был засекречен.
О нем вспомнили лишь сто лет спустя, когда был смертельно ранен Густав III, он был шестым по счету монархом Швеции после Карла XI.
 Глава 1. В осаде. 
 «Не терять времени в осадах…» 
 А.С. Суворов 
Первое шведское ядро не долетело до крепостных стен Нейшлота , упало в воду, вызвав всполох брызг озерной глади. Второе разорвалось внизу, на прибрежной гальке, в миг превратив ее в мелкую крошку. Было видно, как шведы суетились подле двух своих пушек, размахивали руками, что-то бурно обсуждали.
- Много ж они так нам вреда принесут… - усмехнулся Кузьмин, рассматривая в подзорную трубу противоположный берег озера и шведскую батарею. – Что скажешь про их артиллерию? А, поручик? – обратился к Бехлию, стоявшему рядом с комендантом.
- Две трехфунтовые полковые пушки, не более того, господин маеор. – ответствовал поручик. – Хотя и толково позиция выбрана, но… слабоват калибр.
 
Шведы тем временем выстрелили снова. На этот раз в стены ударили. Трехсотлетние каменные глыбы стояли нерушимо.
- О! Угол подняли. – отметил Кузьмин. – Ты это вот что, пущай еще с десяток разов стрельнут, а потом, ка-а-ак дай-ка им сразу из дюжины стволов орудийных. Да, беглым, зарядов по пять выпусти. И по лагерю, и по батарее. Пошумим малость. Зубы покажем.
Молчавшая до поры до времени крепость вдруг ожила и огрызнулась шестьюдесятью залпами орудий несомненно больших калибров, чем имелись у шведов. Эффект был ошеломительным. Три-четыре десятка снарядов упали прямо в лагере, снесли несколько палаток и посеяли панику среди финских солдат, а еще несколько разорвались прямо у подножия скалы, куда шведы заволокли свои пушки. Разлетевшиеся гранитные осколки частично посекли прислугу. Если и не до смерти, то, по крайней мере, попрятаться всех заставили. На сегодня дуэль была окончена.
- Хватит с них покудова! – Так и сказал Кузьмин, спускаясь с верков вниз.
Насилу успокоив разбежавшихся солдат, командиры Саволакского корпуса Гастфер, Стединк и Брунов собрались на совет.
- Что скажете, барон Стединк? – начали с него.
Курт невесело усмехнулся:
- Я пока вижу лишь одно, господа, отсутствие опыта у наших офицеров и солдат, отсутствие нужной артиллерии, и явное нежелание русских капитулировать в подобной ситуации.
- Ужасная жара! – откликнулся Брунов, вытирая градом катившийся по лицу пот.
- Зато, - Гастфер высокомерно вздернул подбородок, - у наших солдат и офицеров есть самое существенное, гораздо важнее, нежели пушки и прочее вооружение – это воля!
- Позвольте, господин бригадир? – в палатку проник майор Егерхурн, тот самый, что ездил парламентером в Нейшлот, накануне начала осады. – Важное донесение!
Гастфер молча кивнул головой.
- Нами захвачен русский обоз! Почти тысяча бочек с зерном.
- А пленные? – важно задал вопрос бригадир.
- Пленных нет, ваше превосходительство. В охране обоза было всего двое солдат и один офицер, но они погибли, защищаясь. – четко рапортовал Егерхурн.
- Кто обнаружил их?
- Я, ваше превосходительство! – майор склонил голову.
- Как вам это удалось?
- Я прекрасно знаю все местность вокруг Нейшлота.
- Отлично майор! Вы достойны награды, и она, я думаю, вас не минует. Мы только начали кампанию. – Расцвел Гастфер. – Что скажете, господа? Вот она военная удача! Не правда ли?
- Да… - покачал головой Стединк, - хоть до зимы не будем нуждаться в провианте.
- Нейшлот падет раньше! – Гастфер был категоричен. – Недостаток артиллерии у нас, мы компенсируем блокадой крепости. Русские вымрут от голода или… или капитулируют.
- Я не настроен так оптимистично, как вы, барон. – продолжил Стединк. – Я полагаю, что у русских и без этого обоза достаточное количество провианта в крепости, а мощь их артиллерии не идет ни в какое сравнение с нашей. Я думаю, что все сегодня в этом убедились. Возможны несколько вариантов взятия крепости. Первое, это подкуп. Но комендант крепости, которого мне повидать не удалось, в отличие от Егерхурна, - полковник кивнул в сторону майора, - мне кажется весьма преклонных лет, не обременен семьей и любовницами, а потому ни в чем не нуждается. Значит, деньги отпадают. Второй вариант - внезапный штурм. Пожалуй, это самый верный способ разрубить узел Нейшлота. Но здесь нужна помощь от короля – мощными орудиями и людьми. При штурме неизбежны большие потери, а наше превосходство над противником для этого минимальное. И в-третьих, господа, здесь вы правы, это блокада на истощение. Но, учитывая мощь русской артиллерии, кто из двух противников более истощиться? На каждый наш выстрел они смогут отвечать десятью своими.
В палатку заглянул дежурный адъютант:
- Письмо от его королевского величества полковнику Стединку!