Шведская сказка

Спарре остановил ее, погрузившись в собственные мысли:
- Подожди, Шарлотта, дай подумать.
Де Риез обиженно надула губки и улеглась снова.
Мозг лихорадочно работал:
- Если правда то, что мне недавно рассказывал Шеффер на королевском балу в Стокгольме, то не использовать ли нам Шарлотту. А через нее получить действенный способ воздействия на нашего короля.
 Спарре украдкой рассматривал ее великолепной обнаженное тело, словно видя его в первый раз. Тело, которое так любило ласки, но которое и само дарило неописуемое наслаждение. Здесь не мог бы устоять ни один мужчина. А тем более тот, кто обделен женской любовью в силу собственных проблем.
- И если Шарлотта сможет сделать все, чтобы наш король стал наконец мужчиной, который может справиться сам, без помощи конюха, пусть и придворного, то Густав навсегда попадет в ее, а значит, и наши сети. А что если Шарлотта станет единственной женщиной удовлетворяющей короля? Маркизой Помпадур. А почему бы и нет! – Спарре вдруг почувствовал приступ острой мужской ревности к молодому королю. Ведь это ему, Карлу Спарре, принадлежало ее божественное тело вот уже несколько лет!
- Проклятье! – барон наморщился и представил на мгновение сцену, как Шарлотта ублажает Густава, как их тела переплетаются в минуты страсти.Спарре замотал головой, зажмурился, стараясь отогнать ненужную сейчас ревность.
- Что мне Шарлотта? Всего лишь любовница! Ну хороша, ну искусна в любви, но не более того. Нужно думать о субстанциях более важных, о делах государственных. А потом, король никогда не сможет дать Шарлотте то, что даю ей я. – Самодовольством Спарре погасил вспышку ревности.
- Согласиться ли Шарлотта? – эта мысль заставила еще на мгновение задуматься военного министра. Но он тут же отбросил сомнения:
- Уговорю! Да и какая женщина не захочет принять ухаживания своего монарха.
- Послушай, моя дорогая! – Спарре решительно обратился к де Риез. – Я хочу поговорить с тобой абсолютно серьезно.
- А я уж посчитала, что ты совсем забыл обо мне – красавица капризно поджала губки.
- Я никогда о тебе не забываю. И наши с тобой отношения тому доказательство. Но теперь вопрос касается не только нас с тобой, но и всего государства нашего. Я бы даже сказал его безопасности. И ты можешь сыграть самую важную роль.
- Да что ты говоришь, Карл. Я и государство? Как интересно! – Шарлотта присела на кровати, охватив колени руками.
- Видишь ли, моя дорогая, наш король… - Спарре замялся, подбирая нужные слова для объяснения всей щекотливости ситуации.
- Что наш король? Обратил на меня внимание? – Шарлотта воспользовалась паузой и вставила вопрос.
- Да, Шарлотта. – Согласился Спарре, - Но дело не в этом… Хотя и в этом тоже. Дело в том, что наш король глубоко несчастный человек. Вернее сказать, несчастный мужчина.
- Наш Густав? – изумилась красавица.
- Да, Шарлотта. – Спарре даже понуро опустил голову, демонстрируя свою печаль, связанную с этим обстоятельством.
- Но он же женат! И при дворе такое количество молоденьких фрейлин. Он что не интересуется женщинами? Не поверю. По его поведению вчера на балу об этом не скажешь. Или его более занимают мужчины? Ха-ха-ха, как интересно. – Шарлотта засмеялась.
- Нет, нет. Что ты! Какие мужчины. – Спарре поспешил опровергнуть домыслы. – Просто наш король слишком увлекся с юных лет историей. Лесть и почести окружения, в которых он купался с детства, сделали его таким Он мнит себя величайшим из монархов, способным изменить весь мир, Цезарем современности. В своих мечтаниях он взлетел так высоко, что никак не может опуститься на землю. Король живет в стране грез, придуманных им самим. Он живет вымышленными историями, почерпнутыми из театральных представлений. Ему не знаком вкус земной жизни. Ее наслаждений. Он просто их не ведает. И это очень опасно для всей Швеции. Король живет в созданном им сказочном мире, и все что он видит в своих мечтаниях, он может перенести на землю грешную, а прозрение будет катастрофой. И для него, и для нас всех. Нас окружают одни враги – русские и датчане, наши друзья – французы далеко. Мы балансируем на грани войны и мира. Один неверный, необдуманный шаг, может привести к трагедии. Пока король делал все правильно, он восстановил абсолютизм самодержавия, мы теперь избавлены от многих бессмысленных дебатов в риксдаге, но куда далее заведут его мечтания, напрочь оторванные от реалий существования? Уже появилось много недовольства его действиями. Ворчат даже бывшие единомышленники короля. Брожение в армии, пересуды в провинциях, особенно в удаленных. В Сконе. В Финляндии. Это опасно.
 
Де Риез политика не интересовала, поэтому вторую половину страстной речи Спарре она слушала невнимательно. Начало было интереснее для красавицы.
- Ты хочешь сказать, Карл, что наш король никогда не познал женщины? – Шарлотта насмешливо смотрела на своего любовника.
- Почти что! – кивнул Спарре.
- Что живя со своей царственной Софией, Густав остался девственником?
- Не совсем – барон покачал головой, - но можно сказать и так.
- Как интересно… - протянула задумчиво Шарлотта, - но что же ты хочешь от меня, Карл? – Она и интересом взглянула на Спарре.
- Шарлотта, - барон настроен был решительно – мне,… и всей Швеции, нужно что бы ты завладела сердцем короля. Только ты сможешь это сделать. Ты – богиня! Ты разбудишь в нем плотскую любовь мужчины к женщине, ты сможешь вернуть его на землю. И тогда ты, именно ты, станешь правительницей всей Швеции, ее настоящей королевой. Я верю в тебя, Шарлотта!
- Ох, Карл! – красавица вздохнула – значит, ты хочешь, чтоб я лишила девственности нашего короля?
- Да, Шарлотта! – кивнул Спарре.
- А как же мы с тобой? – она внимательно посмотрела на барона.
- Мы останемся любовниками. – Опустил голову и добавил – если ты, конечно, захочешь этого. Поверь, - Спарре порывисто придвинулся к ней, - мне очень тяжело тебе говорить это, ты знаешь, как я тобой дорожу, но я боюсь за нас, за нашу Швецию. Только по этому, я иду на такую жертву.
Шарлотта задумчиво накручивала на палец прядь волос:
- Стать фавориткой короля… Заманчиво, Карл. А ты думаешь я не разочарую нашего Густава? – Заговорило женское честолюбие.
- Ты? Шарлотта! Еще не родился ни один мужчина способный устоять перед такой неземной красотой!
- Но я старше короля! – она еще сомневалась, но было видно по ней, что предложение Спарре её заинтересовало.
- Ерунда! – отмахнулся барон, - всего лишь несколько лет. Но ты так великолепна, так очаровательна, так сложена, ты настоящая богиня. С тобой не сравниться ни одна из этих юных фрейлин. А потом, что в глупой юности привлекательно? Кроме нее самой? Мужчине умному, образованному и мыслящему философски, а наш Густав именно таков, (Вольтер был прав!) и женщина нужна соответствующая ему. Душевные метания короля должны обрести покой в физическом наслаждении с непросто прекрасной женщиной, но способной волю короля подчинить своей. А дано сделать только тебе! Ибо в тебе, Шарлотта, красота соединена с тонкой чувственностью и незаурядным умом.
Эх, ласковое слово и кошке приятно! Шарлотта де Риез, урожденная де Геер, жена старого генерала де Риеза и любовница барона Спарре, была дитем своего века. Нравственность, читатель, не была в почете. По крайней мере, в высшем свете. В этом вся Европа брала пример с Франции. Сия благословенная страна была законодательницей мод. Во всем, что касалось «приятных» сторон жизни. Парфюмерия и одежда, театр и опера, философия и…любовь. Для вельмож версальского двора наличие любовницы, (а лучше и не одной) было столь же обязательным, как выезд в разукрашенной сусальным золотом карете, запряженной шестеркой породистых лошадей. А придворные дамы сравнивали количество пошитых нарядов с числом мужчин, побывавших в их кроватях. Супружеские измены не вызывали громких скандалов и не сопровождались душещипательными разводами. Все было в порядке вещей. Северная Швеция была вдалеке от столицы Франции, но мода… она границ и расстояний не ведает.