Высокий замок (СИ)

— Именно. Я доверяю тебе, а ты мне. Мы из одного мира. Так что держимся вместе.
— Странная у тебя логика, — махнул рукой Валера, — но ладно. Толстяк всё равно гад.
— А я тебе говорил...
— Ух, видел бы ты, как он перепугался, когда тебя разглядел...
— В ноги падал?
— Ну, не совсем.
— Значит, еще слабо боится, — поморщился Чизман, — я бы вообще прикончил его. Свое дело он сделал. А эта идея с Каменором... От него слишком много зависит.
— Лучшего плана у нас нет, — пробормотал Валера.
— Наверное....
Пьер тем временем возвращался назад. Тащил какой-то тент.
— Господа, — радостно заявил он, — мне удалось выторговать эту тряпку, чтобы укрыть ваши головы от дождя. И поменять лошадей. Так что совсем скоро, мы сможем выехать дальше.
— Замечательно, — одобрительно кивнул ему Чизман, — ты настоящий союзник. Такого надо ценить.
— Рад служить, — толстяк улыбнулся и поклонился.
Пока Пьер распрягал уставших лошадей, программист вылез наружу. Подхватил тряпку. Хотя это был какой-то аналог брезента. Что-то непромокаемое.
— Чего смотришь? — бросил он Валере, — помогай. Надо укрыть карету.
— Ладно, — парень слез. Попытался помочь. Вместе они размотали тряпку. Набросили на кузов. Один его край, со стороны возницы был практически целым. Даже часть фанерной крыши осталась целая. А вот зад сильно потрепало. Крыша сорвана, разломана до половины задняя стенка. Полка для вещей осталась целой, даже рогожу не сорвало. Дверь тоже была в порядке.
На обломки стенки они и накинули ткань. Натянули, чтобы дотащить до края. Там пришлось засунуть конец тряпки под скамью, чтоб не сдувало ветром. Притянули веревками, где смогли. Вроде бы получилось нормально.
— Сюда бы степлер... Им бы бах-бах и готово! — заявил Валера.
— Ага. Еще скотча пожелай, — буркнул Чизман. Теперь в карете стало на один диван меньше. Конечно, он по-прежнему был, но на него уже не сядешь. Не влезешь из-за тента. Зато корзины с уже вялыми цветами туда вошли, как родные.
— Господа, — проводя лошадей мимо них, отозвался Пьер, — отличная работа! Вы молодцы! Я скоро вернусь, а потом вновь двинемся в путь!
— Давай, давай, — махнул ему программист. Залез в карету. Устало рухнул на сиденье. Полез в сумку.
— Держи, — очередной батончик полетел в руки Валере. Тот вдруг понял, что сильно хочется есть. Прямо ужас как. И этими шоколадками уже не наешься.
— Знаешь, — вздохнув, заметил парень, — нам нужна настоящая еда. А то мы так долго не продержимся.
— Я считаю — продержаться надо, — заявил Чизман, — столько, сколько сможем. А жрать местные помои — уже крайний случай.
— Ну, тут же не обязательно будет плохая еда!? Наверняка, есть что-то хорошее.
— Хорошее на столах у хороших людей, — ухмыльнулся программист, — а мы с тобой не особо к ним относимся. Водимся со всяким отребьем.
— Эх, — Валера снова вздохнул. Распечатал батончик. Наверное, он прав. Хотя есть всё равно хотелось.
Пока жевал — вернулся толстяк. Притащил лошадей. Запряг, забрался и поехал. Весь в своих мыслях. Даже внутрь только мельком заглянул — походя.
Карета двинулась дальше. Они выехали из деревни, покатили по дороге среди полей. Потащился за окном местный ландшафт. Уже тошнило от него. Ну, сколько можно — поля, леса, тьфу. Даже на поезде интереснее ехать. Там хоть станции. Рыбу, чебуреки продают.... Вновь парень вспомнил о еде.
Толстяк постучал в перегородку. Чизман потянулся, задел Валеру локтем по голове, но всё же сумел приоткрыть заслонку.
— Чего тебе? — пробурчал он.
— Господин Чизман, скоро стемнеет. А ехать по ночной дороге, то еще удовольствие. Я знаю одно место по пути, — довольный словно кот, расписывал толстяк, — там неплохо кормят, можно заночевать. И даже лишних вопросов не зададут. Давайте остановимся там?
— Давай, — кивнул программист. Закрыл заслонку. Вновь стукнул Валеру локтём. Тесно было тут вдвоем на одном диване. Мелкая карета была. Еще цветы как-то странно начали пахнуть. Вроде бы и не сильно, но надоедливо. Какой-то травяной мерзкий запах.
 
За окном действительно начинало темнеть. Солнце с неба ушло. Залился горизонт розовым закатом. Только облака золотились на вечернем небе. Лучи ещё доставали до них. А до земли уже нет.
Вскоре совсем стало темно, а заветное местечко Пьера так и не появлялось на виду. Валера даже задумался — вдруг тут, правда, какие-нибудь бандиты бродят?
Но толстяк своё дело знал. Обещал довезти и довёз. Только уже в полной темноте. Тут люди были, в отличие от пустой деревни Темнолесья. Горели фонари, домики светили окнами. Карета остановилась возле одного из самых больших. Стоял немного на отшибе. Еще с вывеской. Ясно — таверна какая-то.
— Постоялый двор «Большой кот»! — махнул рукой алхимик, едва они вышли из кареты, — лучше место для таких, как мы. Но вы посидите внутри пока. Чтобы не было проблем. Я сейчас сбегаю и всё устрою. Хорошо?
— Ладно, — Чизман пожал плечами, — устраивай.
— Будет в лучшем виде, господин! — толстяк спешно направился в сторону входа.
Они забрались обратно в карету. Лишь дверь оставили открытой. Чтоб воздух свежий дул. Хоть цветы так вонять не будут. Этот запах будто бы уже повсюду въелся.
— Вот. Сейчас сможешь отведать местной кухни, — хмуро пробормотал Чизман, — Большой кот.... А что есть еще маленький?
— Вдруг это про хозяина? Такой толстый усатый трактирщик.
— Главное, чтоб кошатиной не кормили, — программист ухмыльнулся, — дай-ка возьму таблеток. А то еще разыграется гастрит какой-нибудь.
— Так он и от батончиков легко вылезет.
— А ты специалист что ли?
— Ну, студент же. У нас почти половина курса чем-то таким мучаются.
— Вот, это от дошираков всё, — Чизман принялся копаться в сумке. Что-то достал, сунул в карман. Еще что-то. Дробовик убрал туда. Хорошо. Хотя бы воевать он не собирается. Посетители таверны сегодня останутся живы.
Толстяка всё не было. Пропал куда-то. Они ждали, ждали. Уже собрались негласно вылезти и отправиться на поиски. Но тот как раз вернулся. Весь запыхавшийся, потный. Будто бы не до таверны ходил, а стометровку бегал.
— Ух, — утирая лоб, пробормотал он, — пришлось побегать, пока нашел хозяина. Всё, договорился. Идёмте. Только — давайте без убийств. Всё-таки цивилизованное общество, — он бегло оглядел Валеру. Посмотрел на Чизмана. Довольно улыбнулся, увидев, что у того нет дробовика.
— Может, нам переодеться? — поинтересовался парень.
— Не, тут никому дела нет до таких вещей, — отозвался алхимик, — идёмте.
— Мда. — процедил Чизман, — обычно это означает, что люди тут мутные. И дела у них такие же. Пошли, студент. Влезем в очередное приключение.
Троица вошла в трактир. Внутри было как-то пусто. Трактирщик возился на кухне — за стойкой его не было. А столы были пустыми. Даже обычных таинственных незнакомцев не было. Никто не сидел в углу и мрачно не пил своё пиво. Не было картёжников или пьянчуг. Просто пустой зал.
— Садитесь сюда, — Пьер увёл их в самый угол. Ага. Значит, мутными личностями сегодня будут они.
Программист брезгливо оглядел засаленные сидушки. Попробовал сдуть со стола крошки. Но те надёжно прилипли к нему. Вздохнул и сел. Стул опасливо заскрипел под ним. Валера сел на соседний. Тот был крепче. Положил было руки на стол, но тут же одёрнул — всё липкое и жирное. Грязь намертво впиталась в дерево.
Сам же Пьер поспешил на кухню. Видать, уже что-то заказал им. Вернулся с подносом. Три глиняных кружки и три же дымящиеся плошки. Пахло вроде едой.
— Вот. Это местное пиво, — расставляя посуду, заявил он, — а это рагу.
 
— Из чего? — кривя лицо, спросил Чизман.
— Из мяса? — пожал плечами Пьер, — овощи и мясо. Сборная солянка.
Программист поднял деревянную ложку с подноса, взял тарелку. Потыкал в рагу. Что-то поддел и вытащил кусок варёной кожи. Прям с шерстью.
— Это даже не говядина. Крысятина, наверное...