Моя мама - боевой лекарь (СИ)

— Кьяра, если ты еще не заметила, то я тебе скажу. Отправляя в этот мир, система автоматически омолаживает людей до определенного возраста. Тебе больше двадцати пяти лет никто не даст. Так что ты очень даже в сфере его интересов.
— Я бы больше поверила в то, что его безумно интересует мой волшебный рюкзак и деньги, — ответила я, автоматически щупая свою щеку — да не было там никаких омоложений!
Скептически посмотрела на Итана, который тяжело вздохнул, словно имел дело с безнадежным случаем, и сказал:
— Думай что хочешь.
— Вы о чем там шепчетесь? — с нами тут же поравнялся Кай.
Я склонилась над сыном и шепотом пояснила свой план по изгнанию из нашей группы этого враждебно настроенного бандита. Ведь мало ли что случится во время охоты, под шумок можно сделать много нехорошего. А мне очень не нравилось, как тот смотрит на Кая.
— Мам, а когда ты стала такой продуманной?
— Спроси у своего фея, — ответила я. — Всего день общения с ним — и я узнала очень много нового. В частности, о грамотном введении в заблуждение других для собственного удобства.
— Итан? — спросил Кай с легкими… угрожающими нотками.
— Да-а-а? Я потом расскажу, мы уже почти пришли. Посмотрите.
За разговорами я и не заметила, как мы отошли от города и, пройдя по широкой вытоптанной дороге, остановились недалеко от огромного каменного плато. Плато было бы пустым, если бы не пара валунов и одна-другая сотня маленьких групп, состоящих из зеленых человечков ростом примерно мне по пояс. Наш лидер кратко сообщил, кто и где будет стоять. Мне и Каю досталась позиция около валуна, а вот Итан будет в самом центре. Потом начали говорить что-то о том, как важна охота на порождений тьмы, как мы станем героями и получим почет и уважение. В общем, в этот момент мое внимание переключилось на гоблинов. Я даже прошла чуть вперед, чтобы рассмотреть их получше. Странные растопыренные уши, пирсинг, повязка из меха на бедрах. И у всех одинаково кривые носы.
— Это… гоблины? — неуверенно спросила я.
Я покрепче сжала посох, понимая, что снова нервничаю. Бандитская рожа выветрилась из головы, остались только мысли об одном. Если такая мелкая пакость покусает всех этих людей, то, боюсь, я даже ран никаких не увижу! И как их лечить, если я не смогу понять, кто ранен, а кто нет?
— Они самые, а что такое? — спросил Итан.
— У меня один вопрос.
— Какой?
— Можно им всем заранее сказать, чтоб жрали банки? — спросила я.
И именно в этот момент лидер завершил свою речь, а потому стояла тишина. Ну, собственно, не считая моих слов о банках. Все члены команды тут же обернулись в мою сторону. Кто-то с недоумением, кто-то с улыбкой, кто-то презрительно фыркнул.
— Ну, по крайней мере, у нас в команде есть один лекарь с юмором, ха-ха-ха, — выручил меня наш командир. — Приступаем! Раньше начнем — раньше закончим. Помните, волноваться не о чем, вы не можете умереть в этом месте, здесь все еще территория света.
И мы начали. Около валуна я оказалась с Каем и рыженькой девушкой, которая создавала огненные шарики и кидалась ими в монстров. В сравнении с ней Кай казался намного менее эффектным, зато был в тысячи раз более эффективным. Скорость, с которой он отправлял стрелы в гоблинов, была настолько большой, что я на мгновение замерла. Хотя чему я удивляюсь? Все, за что брался мой сын, он старался делать по максимуму. И у него это весьма хорошо получалось. В кого он такой? Уж точно ни в меня, ни в своего отца.
Стоять и ничего не делать было немного неловко, но в то же время удобно. Не уверена, что я бы поняла, куда бежать и как бить, чтобы случайно не врезать своему союзнику. Никакой работы у меня не было, отвлекать Кая или еще кого-то я не хотела, поэтому подошла ближе к месту сражения посмотреть. Умереть я не могла, отбиваться я умела, так чего бояться? А так хоть посмотрю, как они сражаются.
Гоблины, кстати, оказались на диво злобными и громкими: вопили что-то, кидались на моих союзников с кинжалами или деревяшками, утыканными гвоздями. Но моя команда была куда более злобной: они уничтожали этих зелененьких страхолюдин одним или двумя ударами. Итан так вообще один раз стукнул — и сразу пару десятков обратил в пыль.
 
Мне было почти жалко этих гоблинов, пока парочка не отбежала от центра и не бросилась в мою сторону. Кай их, конечно, подстрелил, но я все равно услышала это. Кошмар! Эти гоблины матерились так, словно от количества произнесенных в секунду неприличных слов и непотребств зависела их жизнь! Аж руки зачесались им врезать!
— Мам, что ты там делаешь? — крикнул Кай. — Вернись обратно к валуну.
— Сейчас-сейчас, — отозвалась я, понимая, что если хочется, то зачем себя сдерживать — надо хоть разочек стукнуть.
Будет маленький вклад от меня в общее сражение с порождениями тьмы. Я подняла посох и задумалась: а куда целиться? Вроде как удобнее всего ударить по голове, но морально как-то неприятно. А потом ближайший ко мне гоблин неприлично выругался (думаю, даже Кай услышал это ужасное слово), и рука с посохом сама притянулась к заднице этого засранца! Била я не сильно, но гоблин благополучно исчез.
— Ругаться нехорошо! — ляпнула я, совершенно забыв о том, что порождения тьмы — это не живые существа, а понятия хорошо или плохо у них попросту нет.
Второй гоблин посмотрел на меня так, словно я была восьмым чудом света, а потом поднял биту с гвоздями и, страшно ругаясь, бросился в мою сторону.
— Бессовестный! — возмутилась я, добавив: — И не стыдно же!
Я ударила его автоматически, обратив пыль. А потом подошла еще пара гоблинов… Понятия не имею как, но я увлеклась! В себя пришла только тогда, когда рядом оказался возмущенный Кай:
— Мам, зачем ты их бьешь? Ты лекарь, лекарь! Твоя задача — стоять в сторонке и лечить свою команду, а не бить посохом гоблинов по задницам, да еще и говорить им, что так выражаться нельзя!
— Ох, прости, я инстинктивно. Как взрослый и родитель я не могу молча смотреть на их поведение.
— Они взрослые, а не дети, — возразил мой сын, ловко вскидывая лук и отстреливая сразу четырех порождений, которые бежали к нам.
— Тем более! Убить их мало за то, что они так выражаются при ребенке! — я не смогла сдержать возмущения.
— Мы этим и занимаемся, мам. Мы команда по уничтожению гоблинов, а не команда по их перевоспитанию.
— У вас все в порядке? — рядом возник Итан, который ловко взмахнул мечом и убрал сразу пятерых гоблинов.
Это было… обидно! Я ведь уже прицелилась.
— О да, в полном. Не считая того, что мама решила гоблинов перевоспитать, чтобы они не ругались нецензурно. Посмертно перевоспитать, — со смешком сказал Кай, а в его глазах плясали чертики — он явно вовсю наслаждался ситуацией.
— Горбатых могила исправит, — сказала я. — Вот и помогаем на пути к исправлению…
— Кажется, я счастливый человек, — задумчиво сказал Итан.
— Ты это к чему говоришь? — подозрительно уточнила я.
— Постараюсь исправиться без могил и посмертий, — с совершенно честным лицом ответил Итан. — Я ругаюсь нечасто, а теперь вообще не буду. На всякий случай. А счастлив потому, что приятно избежать грабель, на которые наступают другие.
После чего мы продолжили планомерно истреблять гоблинов. Пару раз ко мне даже подбежали мои сокомандники и попросили полечить. Что там нужно было лечить — понятия не имела: выглядели они уж слишком целыми и бодрыми. Но я все равно бросала исцеляющее заклинание на все желающих.
Бой закончился, а я почувствовала себя не усталой, а отдохнувшей. Словно прекрасно сняла стресс, а не участвовала в битве. Да и битва какая? Одно название. Все слишком просто, слишком… нереально… И это начало наталкивать меня на нехорошие мысли.
— Я пойду и заберу нашу награду, хорошо? Там мало ценного, но никогда не знаешь, что и где пригодится, — сказал Кай, заставляя лук со стрелами исчезнуть. — Это займет минут тридцать, возможно, меньше, так что подождите меня пока где-нибудь.
— Хорошо, мы подождем здесь, — сказал Итан, отводя меня подальше от толпы в сторону незабвенных валунов.