Дети за куполом (СИ)

— Ты говорила, «ковёр»… Та штука, которую Орт использовал в поединке?
— А, да. Вставай.
Марк, одолеваемый нехорошим предчувствием, послушался без особой охоты. И точно: тут же сверху свалилась немыслимая тяжесть. Колени подогнулись, и он рухнул лицом вниз на мягкий пол. Воздух стал невыносимо плотным, и Марк едва сумел сделать вдох. Впрочем, долго это не продлилось: наставница убрала поле спустя пару секунд.
— Достаточно было просто объяснить… — прохрипел он, поднимаясь, но осёкся: в чёрных глазах наставницы явно промелькнула враждебность. Да что он ей сделал?
— «Ковёр» — это мягкое направленное поле, которое используют, чтобы безболезненно обездвижить противника, — Карина уселась напротив него. Марк настороженно отметил, что она впервые за всё время их тренировок забыла смотать косу.
— Кстати — да, — вспомнил он. — Больно не было. А почему тогда там, в тренировочном зале?..
— Ковёр бывает и жёсткий, — бесстрастно ответила рубра. — Орт использовал именно его.
— Зачем?
Карина чуть дёрнула уголком губ.
— Ему нравится причинять боль, вот и всё.
Марку послышался какой-то подтекст, но переспросить он не успел. Наставница продолжила:
— Тебе нужно создать обычное мягкое поле. Но когда будешь ограничивать степени свободы, надо оставить и усилить ту, что отвечает за движение вниз. Чем больше усилишь, тем плотнее будет ковёр. Вставай, — она снова поднялась на ноги. — Пробуй.
Несколько попыток прошли впустую. Получалось только ронять наставницу на пол, но не удерживать там. Каждый раз она невозмутимо поднималась, отмахивалась от его извинений, объясняла ошибку и заставляла пробовать снова. Когда он наконец справился, она отдышалась и попросила в следующий раз не держать поле так долго.
— А если оставить движение не вниз, а в другую сторону? — поинтересовался Марк в конце занятия. — Вбок, к стене, например.
Она резко вскинула голову, словно услышав насмешку. Но, вглядевшись в его растерянное лицо, лишь кивнула:
— Можно, но гораздо труднее… Для движения вниз у твоего поля есть подсказка: земное притяжение. Чтобы двигать его в другую сторону, придётся указывать направление самому. Следить за этим одновременно по всей поверхности ковра — не так-то просто. Что, впрочем, не мешает некоторым активно пользоваться этим приёмом.
Последнюю фразу она произнесла вполголоса и сквозь зубы, отведя глаза. Марк не выдержал:
— Что я сделал не так? Почему ты сердишься?
Карина перевела на него сумрачный взгляд и тихо произнесла:
— Прости. Я на тебя не сержусь. Не на тебя.
— На Орта?
Наставница молча дёрнула головой, накинула на плечи плед и ушла к себе, оставив младшего в полном недоумении.
***
Погода после обеда на квинсу выдалась просто роскошная. Солнце грело подозрительно рьяно, и Марк в своей чёрной форме (форсам последний приказ велел носить её везде) изрядно запарился. Махнул рукой и снял куртку, подставив взмокшую кофту подлому весеннему ветерку.
— И это уже точно? — переспросила Нилана. — О, вон лавочка свободная.
— Ортей сказал, — пожал плечами Марк, следуя за ней вглубь сквера. — У него же связи… В те города, что в списке — отпустят, а в остальные, где порядок ещё до конца не навели — нет.
— Мне, значит, не светит, — мрачно подытожила Нилана. — Беардцы в землю закопаются, но так просто не сдадутся.
— Значит, ко мне поедем, как и собирались. Мельядиш — мирный городок, — Марк даже ощущал некую досаду на своих соплеменников. — Севалийцы не любят лишних проблем.
— Да, точно, — Нилана слегка улыбнулась. — Будет здорово. Спасибо, Марк.
Некоторое время они просто молча следили за весёлыми, обалдевшими от неожиданного тепла прохожими. А их на центральной аллее короны сегодня было полно: мало кто из кумсоринцев упустил бы возможность прогуляться в такой день. В толпе то и дело мелькали знакомые лица. Встречаясь с Марком взглядом, кто-то из этих ренов даже кивал ему, узнав — и он кивал в ответ.
Он покосился на Нилану — на её губах всё ещё блуждала лёгкая улыбка. Как же рядом с ней уютно! Даже в молчании. Он лишь надеялся, что и ей тоже…
 
— Лана, — позвал он тихонько. — Я давно хочу спросить…
Её эмоционал слегка дрогнул волнением. Ну конечно, она давно уже этого ждёт — это Марк тормозит.
— О чём? — подбодрила она его, замолкшего.
Но продолжать перехотелось — в конце аллеи показалась весьма неожиданная парочка. Ортей шагал, широко и экспрессивно размахивая руками и что-то втирая своей спутнице. Аниса, беловолосая кураторша пятой семьи, слушала молча, жутко злилась и то и дело кидала на одногодника такие острые взгляды, что Марку оставалось только дивиться, как это в нотте не образовалось ещё ни одной дырки.
— Блин, — вырвалось у него, когда Ортей выцепил глазами их с Ниланой, указал Анисе пальцем и прибавил ходу, явно направляясь в их сторону.
Нилана проследила за взглядом Марка и ойкнула.
— Ты мне нужен, — без вступлений сообщил куратор, едва приблизившись. — Поднимай задницу, за мной.
— У меня выходной, — буркнул Марк, не шелохнувшись.
— Не волнует. Я твой командир. Это приказ.
— А у нас разве боевая ситуация?
— Почти. По крайней мере, если не вмешаемся — может в таковую вылиться. Поэтому заканчивай умничать и поднимайся.
Нилана испуганно переводила глаза с одного нотта на другого. Аниса фыркнула:
— Ты кайф словишь, если парню выходной сольёшь? Мы вполне можем обойтись без него. Или найти кого-нибудь другого…
— Не хочу другого, хочу его, — капризно взметнул палец в воздух Ортей, развернулся и стремительно зашагал дальше. — За мной.
— Прости, — Марк быстро чмокнул растерянную девушку в щёку, когда кураторы отвернулись. — Увидимся.
Ему пришлось перейти на рысь, чтобы догнать старших. Рены вокруг недоумённо оборачивались на бегущего по аллее обеспокоенного здоровяка в боевой форме.
— Так что стряслось?
Он спрашивал у Ортея, но отозвалась Аниса:
— Орт засёк сборище заговорщиков. Будем разгонять.
— А-а-а, — протянул Марк. — А при чём здесь мы? Разве не нужно просто доложить в штаб?
— Там наши, — отрезала беловолосая. — Не хотелось бы…
Она не договорила, но Марк понял. Какое наказание ждёт форса, участвовавшего в заговоре?..
— Кто?.. — начал было Марк, но тут же вспомнил странную встречу десяток дней назад и перебил сам себя: — Вадай, да?
— Он самый, — процедил Ортей, не оборачиваясь. — И Эйтана из пятых.
Они уже шли по территории Сервы. Вот и ряды оранжевых складов — как раз в этом районе Марк тогда и столкнулся с Вадаем.
— Человек двадцать, — быстро сообщил Ортей на ходу. — Один нотт. У двери часовой, но бестолковый — уши развесил и стоит слушает, о чём остальные говорят. Сначала проверим дверь. Разберёмся с замком, заходим, Ниса — барьер, я бью, затем все втроём кидаем ковёр. Марк, сможешь?
— Угу, — откликнулся тот. — Меня Карина вчера как раз научила.
— Представляю, — непонятно почему развеселился Ортей. — Ничего больше тебе не сломала?
Они остановились у одного из складов — крупного, обшитого листами металла и крашенного в ярко-оранжевый цвет короба, такого же, как и десятки других вокруг. Марк задрал голову: у самой крыши тянулись длинные окна. В огромных, чтобы мог въехать грузовой перевоз, воротах была и обычного размера дверь для ренов.
— Вот ослы, — прошептал Ортей, чуть потянув ручку на себя. — Даже запереться не догадались.
Дальше всё происходило очень быстро: тёмный тамбур; чей-то возглас; просторное, заставленное ящиками и бочками помещение; крики, удары, звон барьеров; падающие на пол по жесту Анисы рены…
Марк спохватился и неумело расстелил поверх её ковра свой собственный.
— Сильно не дави, — вполголоса посоветовала она. — Задохнутся.
— Давай сначала с нашими поговорим, — предложил Ортей, стягивая шапку, и уселся на ближайшую бочку. — Где там мой белобрысый… Вон, справа. Уберите-ка с него ковёр.