Дорога к тебе

— Как ты себя чувствуешь? — останавливаясь в дверях, спросил он. Несмотря на все, что было, он не смел без приглашения вступать на ее территорию. Если она хочет, чтобы он вошел, пусть даст ему об этом знать.
— Уже лучше, — сказала она. — А где девочки?
— В школе. Они и так слишком много пропустили. Во второй половине дня они здесь будут.
Она кивнула.
— Я вижу, тебя сводили в душ?
Она с улыбкой кивнула:
— Угу. Гипсовую повязку обернули полиэтиленом. Получилось не очень удачно, тем более с костылями, так что мне обещали сменить ее на водонепроницаемую.
— Это хорошо. — Засунув руки в карманы джинсов, он посмотрел по сторонам. — Тебе что-нибудь нужно? Шоколад? Журналы?
— Нет, спасибо, у меня все есть. Когда ты собираешься вернуться в город?
— Не знаю. Пока вообще об этом не думал — тебе ведь нужно будет помогать.
— Мне могут помочь девочки — через несколько недель занятия закончатся.
— Ну, это когда еще будет, а до тех пор тебе все же понадобится чья-то помощь. Если ты предпочитаешь сестру-сиделку, я могу нанять.
— Если тебе нужно возвращаться в город, это будет лучше всего.
Бездонная черная дыра разъедала его изнутри. Он ведь только что сказал, что пока не собирается возвращаться в город! Неужели у нее в памяти не отложилось хоть что-нибудь из того, о чем рассказывали девочки?
— Как удачно! — сказал Стив Бауэр, протиснувшись между Джеком и кроватью. — Я хотел предложить вам еще раз пройтись по коридору. Вот Джек вам и поможет.
— Я еще после предыдущей прогулки в себя не пришла.
— А, вы поели? Это хорошо. Скоро вам еще принесут — мы немного вас подкормим. А чем больше вы будете ходить, тем крепче станете и тем скорее начнете пользоваться туалетом. Как только это произойдет, вы сможете уйти домой. — Он протянул ей руку.
Вздохнув, она оперлась на нее и с усилием села. Убедившись, что она сидит уверенно, Стив подал ей отороченную красным мехом комнатную тапочку. Рэйчел пристроила ее себе на ногу. «А нагибается она с трудом», — отметил про себя Джек. Стив подал ей один костыль, помог подняться, затем протянул второй. Пристроив на место оба костыля, она с минуту постояла, опустив голову.
— Нормально? — тихо спросил Стив.
Кивнув, Рэйчел сделала несколько неуверенных шагов.
— Рука болит? — снова спросил Стив.
— Немного болит, но это ничего, — сказала Рэйчел. Голос ее дрожал, так же как и ноги.
— А ей не рано проделывать подобные вещи? — спросил Джек, мысленно представив, как она падает и наносит себе новые травмы.
Но Стив уже придерживал ее за спину.
— Без этого она не сможет вернуться домой. Теперь ваша очередь, — добавил он, когда они поравнялись с Джеком.
Медленно, все время останавливаясь, они двинулись по коридору.
— Как, нормально? — поминутно спрашивал Джек. — Ты молодец, — сказал он, когда они дошли до конца коридора, а когда на обратном пути добрались до середины, сообщил: — Ну вот, уже почти пришли.
Рэйчел отвечала ему односложно, полностью сосредоточившись на том, чтобы удерживать равновесие. Когда они вернулись в палату, она была вся мокрая от пота. Уложив ее в постель, Джек спросил, не нужно ли ей чего-нибудь. Рэйчел только покачала головой и закрыла глаза.
Джек чувствовал себя полностью опустошенным.
— Как там мама? — едва успев забраться в машину, спросила Хоуп. На ней по-прежнему были ковбойские башмаки, и это говорило о том, что она еще не полностью успокоилась.
— Прекрасно, — ответил Джек и открыл дверцу перед Самантой, которая сразу повторила тот же самый вопрос. — Она уже встает и ходит, хотя и с трудом. На обед съела сандвич.
— Это ты его принес? — спросила Хоуп.
— Элиза привезла. — Взглянув в зеркало заднего вида, он тронулся с места.
— Ты все время был у мамы? — спросила Саманта.
— Угу.
— Ну и как, вы поговорили?
— О чем? — с интересом спросил Джек.
— Ты знаешь о чем, папа! — нагнувшись вперед, сказала Хоуп. — О том, что ты будешь жить с нами, и все такое.
 
Джек понял, что девочки тоже беспокоятся. И это после всего, что они вчера порассказали о нем Рэйчел!
— Ты пристегнулась, Хоуп?
— Ну так что, папа? — не отставала Саманта.
Джек внимательно смотрел в зеркало заднего вида до тех пор, пока не услышал щелчок, означавший, что Хоуп наконец пристегнулась.
— Папа!
— Нет, Саманта. Мы об этом не говорили. Твоя мать еще не оправилась от пережитых испытаний. — Он весь день твердил себе это. — Ей нужно как можно больше двигаться и как можно больше есть. Сейчас для нее главное — это вернуться домой.
— А что будет потом?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты останешься?
— Это зависит от ряда обстоятельств.
— Каких?
Он не отвечал, и Саманта повторила свой вопрос. В зеркале заднего вида Джек поймал встревоженный взгляд Хоуп. Она тоже ждала ответа.
— Это зависит от того, что мы с вашей матерью решим делать, — наконец сказал он. — Но прежде надо обдумать кучу других вещей, так что я буду весьма благодарен, если вы не станете в это вмешиваться. Договорились?
— Значит, папа пробыл с тобой весь день? — спросила Саманта.
Сами девочки не пробыли в палате еще и пяти минут. Джек стоял у окна и смотрел вниз, слушая, как они рассказывают Рэйчел о школе. Услышав вопрос, он опустил голову и, сжав губы, ждал ответа.
— Да, — сказала Рэйчел. — К костылям трудно привыкнуть. Он несколько раз водил меня по коридору. И принес мне замечательное мороженое.
— Кофейное, с миндальными орешками? — с явным восхищением спросила Хоуп.
— Да. Оно было превосходным. Я все еще много сплю. Забавно, что после шестнадцати дней безделья я чувствую себя уставшей.
— Я думаю, папа должен с нами остаться, — заявила Саманта. — Ну, я имею в виду — когда ты вернешься домой.
Джек озадаченно потер затылок.
— Об этом мы поговорим позже, — сказала Рэйчел.
— Когда позже? Ты можешь вернуться домой уже через два дня. Он правда хороший, мама.
— Я никогда и не говорила, что он плохой.
— Возможно, тебе надо выслушать его версию.
— Саманта! — повернувшись к ним лицом, упрекнул ее Джек.
— Когда ты заболела, он делал абсолютно все. Я имею в виду — он в первый же день к нам приехал, ездил за покупками, готовил, нас возил. Он даже привез к тебе Веру. Ты об этом знаешь?
— Нет, — не глядя на Джека, сказала Рэйчел. — Но я ему очень благодарна.
— Ради тебя он ушел из фирмы! — крикнула Саманта.
— Да нет же, Сэм! — возразил Джек.
— Нет, ушел!
— Я ушел оттуда ради самого себя, Сэм. Меня это больше не устраивало, я и ушел. Тут дело не в твоей матери. Нельзя даже сказать, что я бросил работу. Телефон все время звонит. Теперь я могу иметь таких клиентов, на которых раньше не мог рассчитывать. — Джек остановился. Он сам не знал, зачем все это говорит. Он хотел бы сказать Рэйчел совсем о другом.
— Вот и прекрасно. — Саманта смотрела на него его собственным упрямым взглядом. — Но если ты вернешься в Сан-Франциско, я тоже с тобой уеду.
— Саманта! — с болью в голосе вскричала Рэйчел.
— Я могу жить и там, и здесь, верно? Между прочим, начинается лето. Я устроюсь там на работу.
— Ты этого не сделаешь, — сказал Джек.
— Нет, сделаю!
— Нет, не сделаешь, потому что маме понадобится твоя помощь, а кроме того, я не стану жить в Сан-Франциско. Я перееду сюда — мне здесь нравится. Если потребуется, куплю себе собственный дом.
Говорить об этом не стоило — идея была еще сырой. Если Рэйчел будет против, ничего не получится. Напрасно Саманта форсировала события. Собственно говоря, это вообще не их дело — Саманты и Хоуп. Это решать им с Рэйчел, и никому больше.
Появление Кэтрин его нисколько не успокоило. Джек в раздражении вышел из палаты и сразу же понял, что снова допустил ошибку. Нужно было попросить Кэтрин, чтобы она увезла его дочерей. Они уже рассказали Рэйчел о своих впечатлениях от этих последних нескольких недель, а теперь он должен рассказать ей, какими они представлялись ему самому.