Вкус предательства (СИ)

— Спасибо, что подвез. — тихо звучит голос.
— С удовольствием стал бы твоим водителем до отъезда. — шутит он, захлопывая дверь.
В этот момент сверкая фарами подъезжает еще один автомобиль. Внутри вдруг затаивается тревога, и я увожу взгляд на приближающуюся машину.
Ну не может быть!
Это какой-то злой рок!
Из машины выходит Ризанов, уже прожигая взглядом нашу сторону.
— Ладно, поздно уже.
Не хочу, чтобы они сталкивались. Хотя может это даже и полезно. Показать, что я живу полной жизнью. Но это скорее по их правилам жизни, не по моим.
— Доброй ночи, Вероника.
— Спокойной ночи, Андрей.
Я уже даже слышу эти грузные шаги.
— Привет. — хрипит со спины баритон Ризанова.
А я прикрыв глаза, глубоко вдыхаю. Андрей застывает у машины с замешательством на лице.
— Здравствуй. — поворачиваюсь ради приличия, и бросаю секундный взгляд.
Однако, он задерживается, потому что я вижу на его лице тонкий аккуратный стягивающий пластырь на брови и явно опухшую губу.
— Все в порядке, Вероника?
Нахмуренный Андрей уже делает шаг по направлению ко мне.
— Да, да. Это Артур, мой сосед. — звучит не очень, но и по-другому как его назвать я не знаю.
Что меня удивляет так, то, что Ризанов делает шаг ближе и протягивает руку Андрею. Чувствую легкий запах его парфюма, который будто является кнопкой включения флэшбеков.
— Шумов Андрей. — реагирует второй отвечая на рукопожатие: — Коллега Вероники.
— Скорее руководитель. — усмехаюсь, потому что явно не коллеги, он гораздо выше на несколько ступеней.
— Ризанов Артур. — повторяет тот: — Сосед, но скорее быв…
— В общем, поздно уже, — и зачем он это делает: — Увидимся в понедельник. — спешно говорю Андрею.
Ризанов вопросительно смотрит, но я лишь посылаю в него раздраженный взгляд. Андрей явно не понял, но не лезет и кивает.
— Приятно было…эм, познакомиться. — говорит он напоследок, открывая дверь авто: — До понедельника, Вероника.
С нервной улыбкой провожаю его, а когда заводится мотор машины, и она медленно трогается, поворачиваюсь на этого идиота.
Руки в карманах, нечитаемый, задумчивый взгляд вслед уезжающему автомобилю.
— Хороший мужик, да? — в его манере звучит вопрос.
Но не высокомерно или с издевкой, а скорее как-то… Не хочу понимать как.
Очнись, Ника.
— Я пойду.
Даже если бы и хотела что-то ответить, то не знаю что. Подтвердить или объяснять кажется совсем нелепым.
— Не убегай. — медленно поворачивая голову просит он.
Именно просит, и это заставляет еще больше нервничать.
— Поздно уже, тебя тоже ждут.
Несу чушь, вновь намекая на то, о чем вообще должна забыть и не думать.
— Не хочу. — отвечает, засовывая руки в карманы.
— Ладно. Доброй ночи. — собираюсь сделать шаг.
— Ник. — задерживает за руку, не поворачиваюсь, но глубоко вдыхаю, чтобы справиться.
Внутри сходят с ума все органы чувств.
Вот почему не могу.
Потому что только с ним работает, а я все жду, что будет также, только с другим человеком. Но очевидно, либо ждать мне придется долго, либо нужно будет вызвать искусственно.
— Я не хочу с тобой говорить. — отвечаю честно, но так и не поворачиваясь лицом к нему.
— Я знаю. — парирует в ответ: — Может хотя бы послушаешь?
Это срабатывает и я двигаю головой в его сторону.
— О чем? — с опаской звучит собственной вопрос.
Он с несколько секунд молчит, а затем поджимая губы, все же отвечает.
— О той ночи.
Глаза сами собой расширяются, и я резко отшатываюсь от него.
  
Глава 26
 
Артур
Наверно не нужно было. Но как сделал, так сделал. Пока ехал, думал об этом, как и прошедшие несколько дней. А знак, что именно сейчас увидел ее, как отключил мозги.
Жду ответа, но она лишь в шоке хлопает глазами.
— Зачем? — резко спрашивает.
На этот вопрос ответа нет.
Правда, в свете последних событий, я хочу, чтобы она знала, я ненамеренно сделал то, что сделал. Хочу, чтобы перестало, сука, надрывать в груди.
Всю неделю какой-то сплошной пиздец. Кругом. И хотя бы здесь…надо знать не только ту версию, что каждый из нас имеет.
 
— Чтобы забыть? — горько усмехаюсь, прекрасно осознавая, что для меня это невозможно.
Это скорее то, чего хочет она.
На секунду мнется, крепко сжимая свою сумку. Такая какая-то родная, с этой гулькой на голове, ни единого грамма косметики, спортивный костюм и сумка. Сколько раз я видел ее в таком наряде, кажется тысячи, сотни тысяч раз. И, черт возьми, нет больше девушек в мире, которым бы это шло также как ей.
— Надеюсь, это не долгий рассказ. — выдает спустя паузу: — Здесь будем говорить?
Идея оставаться здесь плохая. Два варианта: ее квартира и нейтральная территория. Но ее квартира это еще хуже, чем парковка.
— Нет. Недалеко отсюда парк, там ресторан.
— На территории комплекса же есть детская площадка?
Она вроде спрашивает, но я понимаю, это то, на что она согласна.
Киваю.
Двигается первой чуть впереди, отстаю, следуя позади и сверлю взглядом. Иначе не получается. Максу киваю, чтобы смотрел, не объявится ли кто. Сейчас можно ожидать чего угодно.
Выбирает качели у детского комплекса для игр, и садится. Оставляя расстояние между нами, сажусь с другого края.
— Начинай. — смотрит вперед, сложив руки и поставив сумку на свои колени: — Хотя, подожди, что с Абрамовым?
Резко переводит нахмуренный взгляд.
— Что с Абрамовым… — желваки сами собой появляются на лице: — Он жив.
Знаю, что должен дать более объемную картину, но эта тема до сих пор выводит из себя.
— Артур… — тон такой из прошлого, что даже немного отпускает.
— Я прослушал запись… — начинаю сначала: — …Ты была права, мне не понравилось. — печально усмехаюсь: — Но, исходя из вашего разговора подтвердилось то, что есть еще, скажем, задействованные персоны. Еще до той встречи мне начали искать информацию. И ты не поверишь… — я еще сам, мать его, не верю: — Ирина Романовна Ризанова, помнишь такую? — как-то горько звучит.
— Твою мать сложно забыть. — тихо отвечает Ника и я с ней согласен.
— Это так… Если коротко, причастна и она. Вероятно, причина, что все наследство Ризановым досталось мне. Отец не оставил ей и сраной однушки на окраине. Ни кола, ни двора.
Ника в ужасе смотрит. Краем глаза замечаю, хоть и взгляд опущен на, сложенные в замок, руки.
— О Боже…только не говори, что она с Абрамовым… — шепчет она.
Девочка, причастны оказались все, кого я считал своими близкими людьми.
— Нет, она не готовила твой якобы дебют в порно… — звучит с таким отчаянием, что самому тошно: — Она выкачивала деньги. Миллионы выводились на разные счета за подписью Абрамова. Буквально последний год, но там около ста лямов наберется.
— Вот черт! — поджимаю губы, переводя взгляд на нее.
Ладонями прикрывает рот, а глаза полны шока и сочувствия вперемешку.
Нда…обратная сторона богатства или как там говорят?! Не имей сто рублей, а имей сто друзей… мать его.
— Но как?!
— Абрамов старший, судя по всему, шел на поводу у этой женщины. Еще давным давно, она изменила моему отцу с отцом Кира. Уж не знаю, сколько это продолжалось тогда, но, по фактам, сейчас она также старательно обеспечивает себе безбедную жизнь. Сговор семейства или всему виной только собственная мать, я пока еще не знаю. Но неоспоримо, что мой, так называемый, друг детства выводил деньги для них. Он, в общем-то, и сам не отрицал. Ровно как и то, что ты в ту ночь спала беспробудным сном.
Наблюдаю за ней, испытывая невероятный груз вины, стыда и сожаления.
Ника все еще в ужасе, пытается, видимо, принять информацию.
— Так что… он жив, не хватает пары тройки зубов и скорее всего потребуется несколько швов, но дышит. Смею предположить, что помять друг друга прямо нужно было. — действительно в этом убеждён.