Кудесник (СИ)
Известия 3 апреля 1974 года.
Начальник генерального штаба маршал Виктор Георгиевич Куликов, наконец-то получил от информационной группы генштаба документ «Перспективные средства поражения и их возможное применение на поле боя» и сравнивал его с полученным от Николаева докладом «Поле боя завтра». И весь документ Николаева был такой же. Короткий, ясный по сути и форме, оперирующий вполне понятными вещами. Доклад делился на две части. «Прямая эволюция средств поражения», и «Принципиально новые ударные и разведывательные средства. И самое интересное было как ни странно не во второй части, где про всякие лазеры, и ударные установки электромагнитного импульса. Когда там ещё такие вот штуки сделают. А в первой части, которая тоже делилась на разделы: Пехотное вооружение взвод – рота, пехотное вооружение рота-батальон, и так далее. Даже оружие отдельно для десантников, пехоты, и всяких артиллеристов – мехводов и прочих танкистов, у которых и так калибр приличный. И вот там были тактические беспилотники, дальнобойные снайперские винтовки, подвижные огневые точки на грузовиках – вездеходах на базе 23 миллиметровой спаренной зенитки, такие же миномёты, на базе автоматического миномёта 2Б9 «Василёк», с увеличенным лотком до 15 выстрелов. А ещё комплексная бронезащита для пехотинца в виде нагрудника, шлема защиты на руки и ноги, и радиостанция на каждого бойца, с разделением частот. Отделение, взвод, рота и так далее.
В принципе ничего особенного. Ни в одном пункте ничего революционного или чего-то такого что невозможно сделать. Но вот если бы у него в мотоциклетной роте в 41 было хоть что-то из этого списка! Да хоть те же спарки крупняка[1] на грузовиках! Мобильность – король современного боя. Он помнил, как пара броневиков помогала успешно отбивать атаки немцев на деревню, успевая быть везде, где нужно. А если бы у них была ещё и радиосвязь, то они может быть продержались еще пару суток.
А вот документ, полученный из недр родного ведомства, мало что был одной портянкой, без всяких разделов – подразделов, но и изобиловал словами вероятно, возможно, с можно предположить, и им подобными. И даже не упомянули про беспилотники которые уже как год приняты на вооружение.
Он поднял трубку, и на память набрал номер.
- Пётр Сергеевич? Да. Поднимись ко мне. Есть у меня интересная работка для твоих бездельников.
А через день, генерал Свешников докладывал, что полк усиленный таким вооружением и техникой, сможет противостоять в бою полноценной бригаде НАТО, исключая конечно применение тактического ядерного оружия.
Постепенно в Информационном Управлении накапливалась работа совсем другого типа. Головастые мальчики и девочки, совсем не заботились о том, чтобы быть понятыми бюрократом с одним заочным образованием, причём полученным сразу после войны. А значит приходилось отвечать на многочисленные вопросы, уточнять, а иногда даже делать дополнительный документ с раскрытием сути, чего собственно хотели сказать аналитики.
Такое случалось нечасто, но учитывая, что Управление работало одновременно с десятками ведомств, уже отнимало немало времени.
Виктор точно знал какой человек ему нужен на этом месте, и через какое-то время ему представили сорокапятилетнюю даму – Засорину, Лидию Николаевну, которую удалось переманить из ЛГУ, причём строго под обязательство предоставить квартиру и академические дни. Зато дама была кандидатом филологических наук, и занималась в числе прочего математической лингвистикой, а именно частотным анализом русского языка, что предполагало полную проверку КГБ, и его же неустанный контроль.
Лидия Николаевна и взяла на себя всё общение с теми, кто просил что-то разъяснить или пояснить. Причём делала она это спокойно, уверенно, с доброй улыбкой, и никогда не повышая голос даже на тех, на кого стоило бы прикрикнуть.
Виктор последовательно закрывал все подобные узкие места выводя работу Управления на автоматический режим, и подключаясь только тогда, когда требовалось что-тго совсем из ряда вон. Например, когда Минэлектронпром не грустя, заказал не просто аналитику, а полноценное футурологическое исследование «Роль информационных потоков в городской среде двадцать первого века».
Ничего не придумывая, Виктор описал и персональные сетевые терминалы с возможностью выхода в сеть, и расширение сети государственных архивов и сквозных данных на всех граждан страны, сетевой банкинг, оплата безналичным расчётом, и многое другое, особо отметив необходимость шифрования данных и сбережения информации от всяких сетевых жуликов.
Информационные субсреды ведомств, и городских структур позволяющие управлять движением, и логистикой грузов внутри мегаполисов, и вообще роль информационного обеспечения сверхинтенсивного движения внутри городов, и управления всем городским хозяйством от энерго и тепловых сетей, до уборки снега, и вывоза мусора.
Ну и плюсом переход всего вещания на цифровой формат, и даже смерть некоторых носителей, как например магнитофоны и все виды сменных магнитных носителей.
Доклад получился большой. Двенадцать страниц убористым почерком, но главное, Виктор сделал рисунки. Портативный сетевой терминал (смартфон) устройство позиционирования (навигатор), схему распределения спутниковых, наземных и радиолиний, и другое. Закончив, отдал бумаги перепечатать, и игнорируя совершенно квадратные глаза своей секретарши, зарегистрировал документ как сов.секретно, запечатал в конверт, отправил фельдпочтой Глушкову и думать забыл об этом.
А вот Виктор Михайлович, сначала с удивлением принял пакет у фельдкурьера, и расписавшись в приёмке, вскрыл плотную бумагу карманным ножом, который по привычке таскал всё время с собой.
Начав читать документ, надолго залип на первой иллюстрации, где было нарисовано распределение информационных каналов, и подхватив уже пустой стакан, сделал глоток, и даже не понял, что чай давно выпит, отставил его в сторону, продолжая вглядываться в рисунок. Отложил его в сторону, и поставил так, чтобы можно было бросить взгляд, начал читать следующую страницу.
Вновь сделал глоток из пустого стакана, и совершено потерявшись в пространстве, смотрел на рисунок где девушка держала на вытянутой руке коробочку размером с блокнот, и явно обращаясь к ней, показывает на Кремль за спиной.
И эту картинку Глушков отложил, поставив так, чтобы была видна, вновь вернувшись к документу.
Дочитав сложил все текстовые страницы вместе откинулся на спинку кресла и закурил, глубоко втягивая дым так, что сигарета затрещала словно полено в печке.
В принципе у любой науки, или инженерной дисциплины главный вопрос, куда копать. Потому что тупиковых направлений, или направлений, которые не дадут значимого результата – огромное количество. Да, когда-то и их нужно будет пройти, но одно дело изучать головной мозг тыкая в него ножиком, а совсем другое – видя на экране объёмную модель, снимаемую в реальном времени томографом. Вот и Глушкову сейчас были нужны именно быстрые результаты, которые прежде всего продвинут не только социально-бытовую сферу, но и дадут новые инструменты познания мира, которыми он в первую очередь считал вычислительную технику. И то, что они придумывали внутри своего «думательного» коллектива имело один, но весьма существенный недостаток – у всех этих моделей отсутствовала целостность. Даже попытка изобразить сети объединяющие портативные терминалы в общую структуру получались громоздкими и уж точно не для простых монтажников. А тут вон, маленькая картинка – пять персоналок, воткнуты в одну коробочку, оттуда идёт канал на объединительный модуль, и сами модули соединяются в блоки, которые в свою очередь становятся частью общегородской сети. Чёткая, понятная иерархическая структура, доступная для реализации даже на текущей программно-аппаратной базе. А самое главное сеть объединяющая персональные ЭВМ, получала чёткие и внятные цели для реализации. Например – организация дорожного движения. А ещё что-то было… - Глушков быстро прибрал листки и нашёл что нужно. Вот. Разработка и внедрение систем высокоточного позиционирования. Это, вот, просто золотая тема. И военные будут просто счастливы, они же сейчас по звёздному небу ориентируются[2]. А моряки так вообще…