Фуэте для олигарха (СИ)
Ростислав стремительно направился к последней двери в конце коридора, и когда один из охранников резко распахнул её, Полонский увидел Стефанию, придавленную к постели обнажённым мужчиной, который срывал с неё одежду.
Получив удар по голове рукоятью пистолета, мужское тело моментально обмякло.
Отбросив его в сторону, Полонский протянул руку Стеше, помогая ей подняться на ноги. Осмотревшись по сторонам, он поднял со стула её пальто и набросил ей на плечи, помогая застегнуть пуговицы и прикрыть разорванную одежду.
– Он здесь один? – Полонский показал на молодого человека, лежавшего на полу без сознания. – Свяжите его, – обратился он к охранникам.
– Я не знаю, сколько всего человек в этом доме… – сквозь слёзы произнесла Стефания. – Они держали меня в этой комнате всё время под замком.
– Это Капральченко? – Ростислав снова показал на мужчину.
– Нет, это не он. Тот совсем другой. Он…
Раздавшийся шум в коридоре, заставил Полонского резко повернуть голову. Он взял Стефанию за руку и вместе с охраной стремительно покинул комнату.
Они остановились на лестничном пролёте второго этажа и притаились за одной из колонн.
В центре холла на первом этаже удерживая друг друга на прицеле, стояли Воропаев, который вместе с охранником прикрывал Томашевского и Капральченко с двумя своими подельниками.
Стеша попыталась броситься вниз, но Ростислав крепко закрыл ей рот ладонью и, развернув к себе, прижал её голову к своей груди.
– Опусти пушку, Воропаев. Вам всё равно живыми отсюда не уйти. Мой человек наверху с твоей девкой, Томашевский. И если здесь начнётся пальба, он ей голову скрутит, – громко произнёс Руслан.
– В твоих интересах самому уносить ноги. Сейчас здесь будет отряд национальной гвардии, и если не хочешь угодить за решётку, то лучше сам убирайся по добру по здорову, – громко ответил ему Воропаев.
– Я тебя забыл спросить, что мне делать, гнусная ищейка. С тобой разговор будет отдельным. Томашевский, камни сюда! – Капральченко протянул к нему свою руку. – Ты ведь надеюсь, сюда не только за своей девочкой пришёл, но и принёс мне кое-что, что скрасит наше с ней дальнейшее пребывание вместе. Знаешь, нам было очень хорошо вместе…
Эльдар рванулся вперёд, но Воропаев остановил его.
– Не реагируй! Ты же видишь, что он блефует и хочет вызвать твой гнев.
– Ох, какой проницательный, детектив! Браво, Воропаев! Камни я сказал! – Руслан снова настойчиво протянул руку. – Не отдашь сейчас, всё равно ведь жизни не дам! До конца дней буду преследовать. Ну! Или я звоню своему человеку наверху, – Руслан демонстративно принялся набирать цифры номера на телефоне.
Томашевский достал из кармана пиджака бархатный мешочек чёрного цвета и небрежным жестом бросил его под ноги Капральченко.
– Подавись и проваливай отсюда! Надеюсь, больше никогда тебя не увижу в своей жизни.
Капральченко с ехидной улыбкой склонился к полу, не убирая пистолета и подняв мешочек, стремительно развязал его, высыпая на ладонь бриллианты. Погладив их кончиком пальца и улыбнувшись, он с довольным выражением лица, посмотрел на своих оппонентов.
– Ну, вот давно бы так. Ну а теперь, друзья мои, пришло время разобраться со всеми вами.
Внезапно со спины Воропаева и Эльдара появились ещё два человека, взяв их на прицел.
– Ну что Воропаев, силы теперь не равны? – громко рассмеялся Руслан.
Воропаев резко обернулся назад.
– Ты же обещал, что как только камни будут у тебя, то… – Эльдар не договорил, потому что только в данный момент до конца осознал своё опрометчивое решение приехать сюда без полиции и поверить этому человеку.
– Я врал.
– Что значит, врал? А как же честное слово, ведь ты бизнесмен…
– Я не бизнесмен. Это ты разводишь сопли перед своими партнёрами, пытаясь добиться от них чего-нибудь для своего благосостояния. Я привык всё брать силой. И как видишь в итоге, мы с тобой оказались на равных. Моё состояние, которое исчисляет миллиарды, не уступает твоему. Знаешь, когда я увидел, как всё с лёгкостью доставалось тебе в начале твоей блестящей карьеры, я подумал, а чем я хуже. Мы учились на одном курсе. Оба дипломированные юристы и почему я должен прозябать в какой-нибудь юридической консультации, а не править миром, как ты. Правда мой первый неудачный опыт выбиться в люди претерпел крах, и я попал на зону. Но зато там я встретил людей, которые научили меня, как грамотно строить свой бизнес и вот как видишь, этот урок пригодился. Пока ты по крупицам строил свою бизнес-империю годами, я за месяцы брал горстями, то, что принадлежало другим. Пачками, отправляя на тот свет всех тех, кто мне мешал. Теперь настала и твоя очередь, Эльдар.
– Чем же помешал тебе лично я? Я никогда не стоял на твоём пути.
– Ошибаешься. Ты стоял на нём всегда, с момента как переступил порог аудитории в нашем универе. И когда на следующий день сумел сплотить вокруг себя весь курс, я тебя возненавидел. Ты ведь пришёл к нам уже прошедшим и повидавшим жизнь, отслужив в армии, имеющим разряд мастера спорта по боксу и к тому же был старше нас всех. Ты начал перетягивать одеяло на себя, забирая всё лучшее из-под моего носа.
– Послушай, тебе не кажется, что эти студенческие воспоминания и обиды давно пора забыть?
– Забыть? Я бы их давно забыл, если бы после универа ты скатился бы в какую-нибудь яму и прозябал там потихоньку. Но газеты и журналы только и пестрели красочно, смачно рассказывая о твоих деньгах и твоих любовных похождениях. И я, читая их на зоне, уже тогда поклялся, что расшибусь в хлам, но добьюсь всего того, что есть у тебя, и когда-нибудь мы поговорим на равных. И вот когда судьба, наконец, мне предоставила этот шанс, ты не представляешь, как я был счастлив.
– Значит, когда ты мне предлагал вернуть камни, то ты…
– Да, я уже заранее знал, что честного обмена не будет. И что когда ты придёшь ко мне и принесёшь, то, что твой братец украл у меня, я тебя уничтожу, – он направил пистолет в голову Эльдара. – А ты не пытайся защитить своего дружка, – Капральченко посмотрел на Воропаева. – Он сдохнет в любом случае, как, впрочем, и ты. Так что лучше примите смерть, как настоящие мужчины. Молись, Томашевский. Хотя сомневаюсь, что ты веришь в бога, – Руслан коснулся пальцем спускового крючка.
Охранники, стоявшие наверху рядом с Полонским, прицелились, но в этот момент входная дверь с грохотом отворилась и все находившиеся внизу, резко повернули голову в ту сторону, откуда доносился шум.
– Всем на пол! Лицом вниз! – громкие голоса сотрудников национальной гвардии заполнили комнату.
Первый громкий выстрел, словно кнут, разрезал вновь воцарившуюся тишину комнаты.
Охранник рядом с Томашевским, пошатнувшись, упал.
– Эльдар, на пол! – голос Воропаева был громким, срывающимся на полуслове, потому что вторые два выстрела заставили уже его резко остановиться перед Томашевским, закрывая его собой и медленно осесть на пол.
Два точных выстрела, сделанные охранниками со второго этажа, попали в ногу Капральченко, который громко зарычав, повалился на пол и был тут же скручен двумя сотрудниками национальной гвардии.
Полонский резко отстранил от себя Стефанию и бегом направился к лестнице. И, несмотря на предупреждающие крики бойцов национальной гвардии, медленно начал спускаться по ступеням.
Резко остановившись внизу, он, не моргая смотрел на Томашевского, который сидел на коленях возле Воропаева и удерживал его голову в своих руках. Ростислав медленно направился в их сторону, с трудом делая каждый шаг. Словно в замедленной съёмке кошмарного сна, ему всё ещё казалось, что сейчас он проснётся, и вся эта страшная картина перед его глазами исчезнет.
Он опустился рядом с Воропаевым и почти неосязаемо провёл пальцами по его груди, откуда из раны сочилась кровь.
– Скорую! – закричал Ростислав, срывая голос. – Срочно вызовите кто-нибудь скорую! Сашка! – зашептал он и взял в ладони лицо друга. – Ну что ты? Посмотри на меня… Ты слышишь меня?