Эра Огня 4. Костёр в ночи

– Дома. Он вечером выходит.
– Ясно… А вы?..
– А я его жена, Данлотея. Может быть, я смогу вам чем-то помочь?
Я пожал плечами. Жена так жена, я не принципиальный.
– Ну, давайте попробуем. Я бы хотел снять в аренду жильё в этом городе, желательно с ванной. Подскажите, как это вообще делается, и где дешевле?
– С ванной? – широко распахнула глаза Данлотея. – Где же вы жили до этого, господин?
– В Тентере, – соврал я, выдав одно из трёх известных мне названий городов.
– Ничего себе. В самой столице? – Данлотея ахнула и выпустила метлу из рук.
– Ну, там, неподалёку, – смутился я. Как начнёт расспрашивать…
– Что же вас заставило переехать к нам?
– Паломничество, – коротко ответил я, вспомнив загадочную оговорку Гетаинира.
Прокатило. Уважения во взгляде Данлотеи прибавилось.
– Ну смотрите. Сейчас выйдете из трактира и сразу налево, по центральной улице. Не перепутаете, она самая широкая. Минут десять неторопливым шагом – увидите площадь. Там скоро рынок откроется, но пока никого, рано. Посреди площади столб с объявлениями. И там уже смотрите. Если с ванной, то, сразу скажу, дёшево не будет. Таких домов тут три-четыре на весь город. Один, кстати, может, и сдаётся – хозяин давно уехал, климат ему тут не понравился. Дом называется Каменный страж.
Ишь ты. Дом, да ещё и называется. Ладно, разберёмся.
– Но вот таких чудес, чтобы с потолка горячая вода лилась, всё равно не ждите, – тут же приземлила меня Данлотея. – Неужели все эти россказни – правда?!
– Правда, – серьёзно кивнул я. – Ну нет так нет, ладно, сами натаскаем. А вообще, где здесь люди моются?
– Так в бане же! – засмеялась Данлотея. – Их три на город, любую выбирайте. Раз в неделю, по четвергам, все мужики ходят за полцены, а по пятницам – женщины.
– А сегодня что?
– Суббота. Видите, с пятницы свинарник какой развели. – Она подняла метлу, недвусмысленно давая понять, что ей пора работать.
Поблагодарив за сведения, я вышел в мир, и мир бросил мне в лицо сухую листву холодным порывом ветра.
– Что ж ты, сука, негостеприимный такой? – проворчал я и запахнул пиджак. Без особого, правда, толку.
Первым делом зашёл в конюшню. Обнаружил там наличие отсутствия лошади и спящего посреди помещения пацана. Он храпел, как рота красноармейцев после победоносного марша, но я не позволил себя запугать. Бесцеремонно растолкал пацана.
– Да что там ещё? – проворчал он, раздирая глаза. – Драл я эту лестницу, со всеми постояльцами!
– Это ты, конечно, молодец, – решил я начать с позитива. – А лошадь-то где? Тоже драл?
– И лошадь драл! – кивнул пацан. Потом проморгался, взгляд стал осмысленным. Этим самым взглядом он посмотрел на пустующее стойло. – А! Ваша-то лошадь? Эту не, эту не драл. Её дама ваша забрала. Которая чернявенькая.
– Оу, – только и сказал я.
– Ага. Ну так чего? Спать-то можно уже?
– Да-да, извини, что потревожил.
Пацан свернулся калачиком на соломе и тут же снова захрапел.
Я вышел из конюшни, проверил телегу. Вещи вроде на месте. Самое важное мы, конечно, в комнату затащили – кота и факел. Оставалось всего ничего – каменная посуда, из которой, видимо, ела Натсэ, пока скрывалась от Убийц; росточки, которые мы с Авеллой посадили в крепости; какие-то тряпки без формы и цвета, годные на всё, что угодно: завернуться, укрыться, подстелить, разорвать на бинты.
Центральная улица и вправду обнаружилась быстро. Я шёл, глазея по сторонам. Домики тут не слишком отличались от тех, что я видел в Сезане, разве что поплоше, да победнее. Чаще встречались деревянные. На окраине вообще поначалу были чуть ли не деревенские хижины, но постепенно, по мере приближения к центру, благосостоятельность граждан росла.
Сами граждане тоже ничем особым не отличались. Люди как люди. На меня, правда, посматривали с удивлением – я выглядел по местным меркам странновато. С одной стороны вроде в дорогом костюме, а с другой, состояние этого костюма, конечно, было – проще заплакать, чем объяснить. Ну а что я мог поделать? Я не Джеймс Бонд, чтобы в одном и том же костюме победить два Ордена Убийц, а потом на светский раут завалиться.
 
О, вот и дом с надписью «Баня». Пойду-ка, наведу справки.
С маркетингом в Дирне было вяленько. На ресепшене (да простят мне Стихии это гордое слово) сидел настолько грязный мужик, что грязь с него можно было пальцем отколупывать, только не хотелось.
– Четыре дилса, – зевнул он. – Если в четверг, то два, но там толпа будет.
– Не, толпу не надо, – покачал я головой. – У вас записаться надо, или как? Там две девушки ещё…
– Втроём – двенадцать дилсов, – тут же сказал мужик, даже бровью не дёрнув. – Если хотите, чтоб никто не подсматривал – пятнадцать.
С минуту мы с ним смотрели в глаза друг другу. Потом я кивнул:
– Я запомню.
– Заходите, работаем до десяти часов.
В глубокой задумчивости я продолжил путь к центру. И рад бы сказать, что думал о чём-то серьёзном, но мысли мои вертелись вокруг слова «втроём». А ведь на самом-то деле серьёзный вопрос! Как ни крути, а семейная жизнь подразумевает некоторые, скажем так, приятные бонусы. И что? И как?.. Отношения в коллективе сильно непростые, чтобы вот так вот запросто – «втроём». А если по очереди… Ой, блин, что-то мне как-то нехорошо сделалось. Дурдом. График, что ли, составлять? А как же романтика, всё такое? А Авелла вообще ещё девушка непорочная, по крайней мере, физически. Душою-то она с Боргентой была. За каким-то хреном…
Вот в таких размышлениях я и добрался до площади. В столб почти врезался. Это был не просто столб, а массивная тумба с четырьмя гранями, заполненными объявлениями. Я шагнул на ступеньку и начал читать. Сразу повезло, на этой стороне оказались объявления об аренде, продаже и покупке жилья. Все дома тут и вправду имели названия вместо адресов. Названия сочиняли, вообще не заморачиваясь смыслом, лишь бы звучало красиво. Цветочный родник. Серебряный перебор. Дубовый стук. Сиреневый туман.
Каменного стража я нашёл. За него просили аж двадцать гатсов в месяц. Я присвистнул. Недурно. Это на солс, получается, можно прожить пять месяцев… А ведь каждые полгода лошадь продавать не будешь. Интересно, а с работой тут как?
Я обошёл тумбу. С работой было никак. Вернее, девушки для интересного досуга требовались много куда. А вот из нормальной работы требовался только гробовщик. Учитывая то, откуда у меня растут руки, вряд ли я смогу сколотить приличный гроб. Да уж… Вроде бы Авелла говорила, что маги не работают, а оказывают услуги за деньги. Надо бы поразузнать, как это делается. Уж как маг-то я что-то могу! Ну и предложение Гетаинира сбрасывать со счетов не нужно. Чего-то он сегодня в градоправлении узнает…
– Эй, красавчик, не хочешь поразвлечься? – послышался сзади развязный женский голос.
– Отвали, я женат, – огрызнулся я, не оглядываясь, да и не задумываясь.
– Ничего себе, какой ты стал грубый! – изменился голос.
Я резко обернулся. Внизу, перед тумбой, смеясь, стояла Натсэ и подбрасывала на ладони золотые монеты. Две.
– Лошадь продала? – только и спросил я. – Так дорого?
– Тут особое искусство, Морт, – вздохнула она. – Я потому тебя и не взяла.
– Что за искусство?
– Точно хочешь знать?
– Точнее не бывает!
Натсэ поставила ногу на ступеньку, как бы невзначай потянула подол платья, обнажив бедро, и сказала всё тем же голосом, которым только что меня окликала:
– Не желаете ли купить мою лошадку, м-м-м?
Я бы купил у неё всё, что угодно.
– Перестань! – Я за руку втащил её к себе. – А если бы?..
– Морт, я – не Авелла. Но уж от простолюдина и Авелла бы отбиться сумела. Ты там что, аренду смотрел? – Она пошла в обход тумбы.
– Да. Думаю снять что-то за восемь-девять гатсов. Дом с ванной есть, но там двадцатку просят, а это…
– Это как раз то, что нужно, – перебила меня Натсэ и, привстав на цыпочки, сорвала объявление. – Раз уж мы здесь застряли, я хочу хотя бы пожить со всеми удобствами.