Товарищ кот (СИ)

– Признаюсь: это было куда сложнее, чем могло показаться на первый взгляд.
– Отличная работа мистер Кроули. Не зря вас по праву считают одним из искуснейших гипнотизеров Европы, – не поскупился на похвальбу Чарли, заставив того чуть зардеться. – А с этим что будем делать? Семен, есть предложения?
Вылезший из крысолета Рудольф, пошатываясь, точно пьяный, поначалу тупо смотрел перед собой в одну точку. После же он, проморгавшись, в недоумении огляделся по сторонам и остановил взгляд на Семене.
– Теперь мы играем по новым правилам, – произнес Семен.
– Это по каким же? – с подозрением спросил крыс.
– Я – бью, ты – летишь.
Рудольф было открыл рот, но ответа Семен решил не дожидаться и через секунду здоровяк, получив солидную – по меркам Сени, разумеется – оплеуху действительно отправился в полет. Вот только проблемы их на этом не закончились, так как в нескольких десятков шагов от них вновь открылся портал, откуда вышел Распутин собственной персоной со свитой вооруженных боевиков.
– Ну вот и все, канальи, – пробасил он, яростно сверкая единственным глазом. – Сейчас вы узнаете, почему меня называют Несущим-Медленную-Мучительную-Невероятно-Ужасную-До-Дрожи-Вгоняющую-В-Ужас-Смерть!
Невелика загадка, да и прозвище можно было выбрать покороче – старикан сам чуть не запыхался, покуда его произнес – но сейчас они были явно не в том положении, чтобы упражняться в остроумии.
– Итак, – неожиданно спокойным голосом произнес Кроули, практически став походить на обычного человека. – Кажется, настала пора мне проститься с моим подсознанием.
– Уныние в сторону, рядовой! – рявкнул Чарли, мечась туда-сюда по крыше вагона. – Мы либо доберемся до Варшавы все вместе, либо ляжем прямо тут! МИ-6 своих не бросает!
– А придется, – сказал Кроули, уселся на корточки и принялся возиться с замком чемоданчика. – Ты был прав – если этот безумец получит философский камень, нам всем конец. Я, увы, слишком велик для этой штуки, а вот вам она в самый раз.
Он кивнул в сторону крысолета.
– Должен быть другой выход, – поддержал Чарли Семен. – Оставаться здесь – чистой воды самоубийство.
Несмотря на то, что колдун поначалу вызывал изрядное раздражение своими капризами, непредсказуемыми выходками и попытками уверить их в то, что они лишь плод его воображения, все же как никак вытворял он все это не со зла, а по причине простой дурости, смешанной с пинтой бурбона, да и события последнего времени изрядно их сблизили. Сложно относиться плохо к человеку, когда за вашими головами охотится восставший из мертвых чернокнижник в компании вооруженных до зубов штурмовиков и тройки злобных крыс.
– Летите, – обреченно, но твердо произнес Кроули. – Летите и расскажите всему миру, что Эдвард Александр Кроули погиб как герой. Даже если в последние мгновения жизни я буду рыдать и умолять о пощаде. А скорее всего, именно так оно и будет. Так что поспешите, пока я не передумал.
– Вы закончили свое трогательное прощание? – раздался недовольный голос Распутина. – Не хочу портить столь сентиментальный момент, но у меня вообще-то на сегодня было запланировано еще парочку дел. Так что давайте я вас прикончу, заберу камень и отправлюсь восвояси.
– Минуточку! – крикнул Чарли и поднял лапу. – Корона вас не забудет, мистер Кроули. Сеня – за мной.
Они кое-как угромоздились в крысолет, явно предназначенный для пассажиров поменьше. По-быстрому окинув взглядом приборную доску, Чарли стукнул по какой-то кнопке, дернул носом рычажок, зубами потянул за шнур – и лопасти начали медленно вращаться. Распутин со своими прихвостнями тем временем подбирался все ближе к Кроули, что продолжал яростно возиться с замком чемоданчика. Но вот наконец он радостно ухнул и откинул крышку – как раз в тот момент, когда Семен и Чарли начали набирать высоту.
Схватив камень, Кроули высунул язык, что есть силы размахнулся и запустил бесценный артефакт словно простую каменюку. Раскрыв дверь, Семен высунулся наружу, чтобы поймать философский камень и у него это почти получилось, но в каком-то сантиметре от его лапы побрякушка вдруг застыла в воздухе, а потом медленно начала опускаться обратно прямо в руки Распутину, что лишь откинул голову назад и громогласно расхохотался:
 
– Вы и впрямь думали, что это сработает? Срамота! Не зря я бил тебя палкой Алистер и говорил, что из тебя выйдет разве что ярмарочный фокусник.
Открыв еще один портал, Распутин прошел сквозь него и исчез. Следом за ним направились несколько штурмовиков, таща за собой упирающегося Кроули. Остальные же вскинули автоматы – и Семену с Чарли пришлось в спешке улетать подальше от поезда, дабы не быть нашпигованными свинцом.
– Так. И какой у нас запасной план? – спросил Семен, глядя вслед быстро удаляющемуся составу.
– Его нет, – мрачно ответил Чарли, сверяясь с компасом на приборной доске.
– От слова вообще? – слегка разочарованно произнес Семен.
– Вряд ли кто-то мог предположить, что в операцию вмешается считающийся погибшим чародей, – вздохнул Чарли. – Возвращаемся в Варшаву и, как бы мне не хотелось этого избежать, вызываем подкрепление.
– О, хоть одна хорошая новость! – обрадовался Семен. – Кто они – крутые спецагенты вроде тебя?
– Не совсем, – хмыкнул Чарли. – Однако не буду портить впечатление от первого знакомства.
  
Глава 10
 
Я не самый умный парень на свете. Вот моя собака – другое дело. Иногда мне кажется, она разбирается в политике лучше меня.
Франклин Делано Рузвельт 
Хоть в чем-то им повезло. Топлива в крысолете хватило аккурат до Варшавы. Приземлившись в каком-то парке, они оттащили пепелац в ближайшие кусты, под неодобрительные взгляды уток, бороздящих пруд неподалеку, закидали его ветками, листвой и потрусили в сторону отеля. Конечно, бросать такую полезную штуку было очень неосмотрительно – вдруг сопрут – но собака и кот, которые тащат за собой мини-вертолет со встроенным пулеметом, могут вызвать у окружающих очень много неудобных вопросов. 
– И сколько нам осталось? – поинтересовался Семен.
– До отеля? – дернул ухом Чарли.
– До конца света. Ты ж сам говорил, что попади философский камень в руки Распутину – и всему сущему кранты.
– Все так, но есть один нюанс, – ответил Чарли. – Философский камень – вещь довольно непредсказуемая и уникальная. Управляться им умел один лишь покойный Фламель и скорее всего перед смертью он успел передать свои навыки и знания только Кроули. Перед тем, как прикончить Алистера, Распутин постарается вытрясти из него все, что может. Так что наш общий друг жив, покуда держит рот на замке.
– Значит, он уже мертв, – вздохнул Семен.
– Не факт, – возразил Чарли. – Кроули – тот еще врун, болтун и хохотун, но, как показала практика, в экстремальной ситуации способен взять себя в руки и показать свои лучшие стороны. И я сейчас не про его манеру разгуливать нагишом. Так что Распутину придется изрядно потрудиться, чтобы расколоть этот орешек. Однако мы должны поторопиться и вызволить бедолагу из рук безумца, пока не стало слишком поздно.
С этим Семен был целиком и полностью согласен. Добравшись до отеля, они разделились. Чарли направился докладывать о произошедшем руководству и вызывать подмогу, Семен же побрел в номер товарища Сталина. Несмотря на ранний час, тот уже успел проснуться. Сидя за столом, генсек дымил трубкой и внимательно изучал какие-то бумаги. При виде Семена, просочившегося сквозь приоткрытую дверь, Сталин отложил в сторону документы и улыбнулся:
– Вот ты где, шельмец! А я уж боялся, ты потерялся. Голоден небось?
– Мяу, – согласился Семен.
Перекусить бы ему и впрямь не помешало. Отведав молока и колбасы, Семен свернулся на диване и незаметно сам для себя задремал. Проснулся же он от громкого стука в дверь.
– Войдите, – пыхнул трубкой Сталин.
В комнате незаметно и бесшумно словно тень образовался невысокий человек с колючим взглядом. Лицо его было гладко выбрито, тонкие губы напоминали нить. Идеально сидящая накрахмаленная форма едва ли не хрустела, начищенные сапоги блестели так, что болели глаза, на голове у него сидела синяя фуражка с краповым околышем, на носу же восседали круглые очки. Сразу видно – чекист. И кошачье чутье Семена не подвело.