Демон на одну ночь (СИ)

Телефон, похоже, вернулся в руки законного владельца, и Аманда услышала, как брат присвистнул:
– Моя суровая сестрица в самом деле сказала то, что я слышал? Она заботится о тебе и волнуется за сильного демона?! Ты уникальный тип, и я имею в виду вовсе не видовую принадлежность.
  
Глава 19, об экспериментах и импровизациях
 
Каждый практик от магической науки точно знает: всякий эксперимент лишь начинается по чёткому, заранее утверждённому плану, а потом быстро превращается в импровизацию. Попытка воссоздать неведомое официальной науке зелье подтверждало данный факт как ничто иное. Аманде казалось, она выступает жонглёром в цирке и в воздухе крутятся с десяток булав, запускаемых ею по кругу в разных вариациях перестановок. Иногда перестановки оказывались совсем уж неудачными – и тогда в лаборатории гремели взрывы, в общий коридор валили клубы вонючего дыма и вслед за ними выскакивали сотрудники отдела токсикологи с нейтрализаторами, блокираторами и извинениями. Внутренний телефон пытался истошным трезвоном пробиться сквозь фоновый шум активной работы отделения, и когда ему это удавалось, Аманда по форме докладывала шефу полиции, что все катаклизмы идут в плановом режиме и показаний к эвакуации полицейского участка нет.
– Не забудь вовремя предупредить, когда показания появятся, – привычно напутствовал шеф, закуривая сигарету.
– Не появятся: нарушители техники безопасности в моём отделении давно повывелись естественным путём.
– Что да, то да. Чем, собственно, ты занята?
– Сперва мы сверили образцы здоровых тканей огнеупорных существ с теми, которые яд лишил огнеупорности. В итоге нам удалось выделить разрозненные останки самого яда и определить его качественный и количественный состав. Теперь я складываю картинку из полученных частей-кубиков. Сложность в том, что их много, а в химии ещё и такая штука как изомерия свойств имеется: это когда ты один кубик к другим и справа и слева безуспешно приставляешь, а потом – чтоб меня черти в котле сварили! – он, оказывается, сверху стоять должен!
Ведьмы, ведьмаки и низшие демоны отдела токсикологии мало-помалу доделывали свои блоки исследований и принудительно изгонялись начальницей домой отдыхать. Некоторые настолько не желали изгоняться, что приходилось прибегать к помощи пентаграмм и заклинаний: день подходил к концу, а шеф полиции требовал пресекать отклонения от режима работы. Поскольку из-за них на порог могла явиться ничем и никем не изгоняемая нечисть: Люди в Чёрном – служащие Управления по охране труда.
Главный же бонус должности начальника отделения – возможность корпеть над делами сколько душе угодно! Секрет таился в том, что закон позволял привлекать к ответу руководителей за переработку их подчинённых, но не позволял руководителю выступать в суде против самого себя: в отношении исков к самому себе давно была принята категоричная запретительная статья. Так что вуаля: хотите работать денно и нощно – выбивайтесь в начальники, дамы и господа!
Магический взрыв от очередного рассыпавшегося заклинания перекрылся внезапно заполнившим опустевшую лабораторию гнётом концентрированной магической силы. Последняя оставшаяся в четырёх стенах ведьма инстинктивно окуталась веером охранных щитов, амулеты на ней пискнули об активации и готовности к работе.
– Впервые вижу, чтобы при внезапной угрозе Иной ощетинился не боевыми заклинаниями и звериным оскалом, а защитными чарами, – с восхищением прокомментировал Габриэль.
– Я служу в полиции и привыкла уважать законы, а инструкция на случай возникновения всяческих угроз гласит: вначале защищайся, потом наноси превентивный удар и лишь затем переходи к атаке, – напомнила Аманда, успокаиваясь и вновь с головой окунаясь в расчёты. – Извини, я сегодня задержусь на работе, лети домой без меня.
В лаборатории установилась тишина, нарушаемая лишь скрипом ручки по бумаге. При всём отсутствии опыта длительных и ценных для него отношений высший демон смекнул, что перед ним открылась стартовая ступенька к развалу этих самых отношений. Ступенька, выбитая в граните главным противником его присутствия в жизни колдуньи – её обожаемым ремеслом. Этот противник представился Габриэлю рыцарем в сияющих латах, снисходительно на него взирающим: мужчины в жизни главного токсиколога штата появляются и исчезают, а любовь к ядам и загадкам противоядий остаётся с ней навсегда. М-да, такого соперника нельзя было недооценивать! А поскольку удалить его из жизни колдуньи не представлялось делом правильным (и возможным), следовало прозрачно намекнуть ему на неизбежность совместного сосуществования. Каким образом намекнуть – Габриэль прекрасно знал. Свободное плаванье в море бизнеса давно научило его, что в противостоянии с принципиально непобедимыми противниками (такими, как требования закона, например), лучше всего срабатывает тактика асимметричных ответов.
  
– Не угадала: я прилетел не затем, чтоб унести тебя домой, – жизнерадостно пропел Габриэль, твёрдо намеренный остаться существенным элементом в жизни своей непостижимой дамы сердца.
– А зачем? – растерялась та, отвлекаясь от расчётов и вязи рун на своих листах.
– Затем, чтобы помочь расправиться с твоей загадкой и раскусить мою. – Габриэль выложил в чашку Петри замороженный шарик золотистого зелья.
– Откуда взялось сие творение? – Глаза Аманды загорелись, вокруг шарика закрутились тёмные вихри ведьминских чар. Руки колдуньи сами собой потянулись за плотными перчатками, устойчивыми к большинству химических и даже химико-магических соединений. – Ого-го, какие сложные изящные плетения, будто сама верховная навертела! Предположения по назначению и составу зелья есть? Нет? Тогда быстро выяснить, что это за снадобье, не удастся. Так откуда ты его взял?
– Выплюнул после того, как был вынужден выпить из бокала в целях сохранения репутации сильного бесстрашного монстра, – объяснил Габриэль, с любопытством рассматривая разнокалиберные флаконы, колбы и пробирки, уставившие столы общей токсикологической лаборатории.
– Тебя пыталис-сссь опоить этим з-ззельем?! – Шипение разъярившейся ведьмы разнеслось по всем углам. Лицо её напряглось, по нему скользнула обещающая адское возмездие дьявольская усмешка, и демон порадовался, что мстить колдунья собралась не ему и что стратегия асимметричного ответа и в личной жизни не подвела. Кстати, надо предупредить...
– Прости за плохую весть, но подлила его как раз таки верховная ведьма, – сказал Габриэль.
Лицо его женщины ошеломлённо вытянулось, а потом в её глазах забрезжила некая догадка... Схватив чашечку с шариком и растопив лёд обратно в жидкость, Аманда метнулась в свой отсек, включила басисто жужжащие, внушительных размеров приборы и углубилась в созерцание линий и графиков, плывущих по мониторам.
Озвучивание результатов исследований началось эмоционально.
– Вот зараза! – с чувством высказалась Аманда, отодвигая чашечку с зельем, оскудевшим на десяток капель. – Предприимчивые подруги – зло!
– Она хотела отвратить или приворожить? – холодно осведомился Габриэль, недобро прищурившись.
– Приворожить, конечно. Экспериментальным модернизированным методом с генетической настройкой на объект. Первый в истории опыт инновационного приворота! Гордись: ради тебя аж две из самых известных ведьм страны затратили столько усилий!
– Прежде чем гордиться, хотелось бы уточнить, к кому именно меня намеревались сбагрить. Надеюсь хоть не к самой верховной? – скрежетнул отросшими клыками глава демонов. А он-то до последнего надеялся, что с кланами местных сообществ удастся наладить адекватные деловые взаимоотношения! Ковен можно вычёркивать из списка компаньонов.
На него глянули непонимающе. Аманда тряхнула головой в лабораторной шапочке, прячущей её густые кудри, и произнесла:
– Почему к верховной, что за нелепая версия? Тебя пытались приворожить ко мне.
Тут европейский демон окончательно потерялся в дебрях непостижимой логики обитателей другого континента. Их явно разделяет не только Атлантика! Неужели он недостаточно сильно «приворожён» к своей обольстительной колдунье без всяких зелий?